На мгновение девушка представила кривую улыбку монаха и подумала виновато, как он отреагирует на известие о ее скоропалительном замужестве. Макоби сознавала, что Гларт привязался к ней, да и сама она полюбила его. Но размышлять на эту тему смысла не имело. Решение принято. Лучшее и единственно верное.
Безжалостно подавив в себе первые признаки сомнения, принцесса выбежала на лестничную площадку и, перепрыгивая через ступеньки, бросилась вниз. Несмотря на традицию, опаздывать на собственную свадьбу она не намеревалась.
Призрак Дариана почти закончил работу, когда появилась Макоби, стремительно пересекла комнату и скрылась за входной дверью.
К счастью, мыслями девушка уже находилась в другом месте, поэтому ничего вокруг не видела. Она не заметила ни призрака, ни его приготовлений.
Как только дверь за принцессой закрылась, дух Дариана удвоил усилия, понимая, что в любую секунду его как ветром сдует отсюда. Пыхтя от напряжения, он…
Клатт!.. Раздраженно ругаясь, Дариан полетел за своей хозяйкой.
Гларта постигло тяжелое разочарование.
Хотя юноша и сказал Макоби, что хочет изучить обстановку, на самом деле у него теплилась слабая надежда, что он сумеет разобраться со всем самостоятельно. Гларт не мог позволить Макоби увидеться с человеком, пытавшимся ее убить и завладеть амулетом. Идея представлялась безрассудной. Еще он понимал, что не сможет больше служить ей поддержкой.
Гларт уже почти дошел до королевского дворца, вокруг которого было полно стражи, когда внезапно у него появилось тоскливое чувство, что с Макоби не все в порядке. Тоска быстро сменилась уверенностью, что девушка что-то затевает. У монаха защемило сердце. Проклиная себя за то, что посмел оставить принцессу одну, Гларт торопливо повернул в сторону студенческого квартала.
Молодой монах бежал по улице, когда кто-то окликнул его по имени. Обернувшись, Гларт увидел гнавшихся за ним Угмана и Безногого. Внутри у него все словно оборвалось. Макоби с ними не было.
— Мне показалось, что я попросил вас…
— Она пропала, — перебил Угман. — Растворилась в воздухе.
— Клатт! Она снова использовала амулет!
— Какой амулет?
— Не важно. Это мощное магическое средство. Она может находиться где угодно! И это после того, как обещала не прибегать к нему!
Гларт напряженно задумался, стараясь представить, куда принцесса могла отправиться. Сараккан!.. Точно! Как пить дать она решила навестить его.
— Послушай, — вмешался Безногий неуверенно, — если этот амулет может перенести малышку куда угодно, то с таким же успехом он может вернуть ее назад. И если она обещала, что не воспользуется его силой в твое отсутствие, то наверняка захочет вернуться в квартиру до твоего прихода, чтобы никто ничего не узнал, верно?
Гларт уставился на эльфа в изумлении. Конечно! Он абсолютно прав! Макоби вернется с минуты на минуту и расскажет, что произошло. Если только… нет, лучше об этом не думать. Не буди лиха, пока оно тихо.
— Возвращаемся домой! — воскликнул он, и троица с монахом во главе возобновила бег под проливным дождем.
Они неслись по улице, разбрызгивая лужи и скользя по предательски мокрым каменным плитам. Гларт первым достиг цели. Распахнув дверь, он стремглав пересек комнату, выкрикивая на ходу имя девушки, но тут что-то привлекло его внимание, и он резко остановился.
Кто-то написал на стене сигаретным пеплом странное сообщение. Разъезжающиеся письмена гласили:
МАКОБИ ВЫХОДИТ ЗАМУЖ ЗА САРАККАНА
ЧАСОВНЯ РЕГИСТРАЦИИ ПОЛДЕ
— Что за черт?! — возмутился Угман.
— О нет! — выдохнул Гларт в отчаянии. У него перехватило дыхание, будто от удара дубиной в солнечное сплетение.
— Что это такое Часовня Регистрации Полде, а? — спросил Безногий.
— Должно быть, это полдень, — пояснил Гларт. — Клатт! В нашем распоряжении всего десять минут! Угман, ты знаешь, где эта часовня?
— Будет лучше, если я покажу, — сказал пещерный тролль. — Бегом за мной!
Он повернулся и пулей вылетел из дома. Гларт метнулся за ним. Безногий на секунду задержался, чтобы прихватить с собой длинную увесистую палку, подпиравшую дверь, после чего присоединился к компании. Троица снова помчалась под проливным дождем по улице, словно вопрос шел о жизни и смерти.
Суперинтендант сел за стол и положил перед собой руки ладонями вниз.
Причуда посмотрел на Трассу и нахмурил брови. Инспектор поискал взглядом стул, чтобы присесть, но не нашел. Придется стоять. Такое многозначительное начало не предвещало ничего хорошего.
— Инспектор, — пророкотал суперинтендант, — где вы все утро пропадали?
— Так, бегал по делам, знаете ли. Уточнял кое-какие детали относительно… относительно ареста Сараккана, сэр.
— Это ордер на его арест торчит у вас из внутреннего кармана?
— Э-э-э… — Трасса бросил взгляд на компрометирующий документ. — Да, сэр.
— Покажите. — Суперинтендант протянул руку.
— Он в порядке, сэр, если вас беспокоит это. Я сделал…
— Дайте его сюда!
Трасса понял, что дальнейшее сопротивление бесполезно. С упавшим сердцем он вытащил листок и передал шефу. Причуда развернул его и углубился в изучение.
— Ну и почему здесь вашим почерком написано Миал, а, инспектор?
— Я собирался изменить…
— Вы собирались арестовать Миала, не так ли? Несмотря на мои четкие указания, вы намеревались ввергнуть наш город в распрю с Минае Лантаном.
Гордость заставила Трассу выпятить грудь и попытаться объясниться.
— Со всем уважением, сэр, я полицейский офицер…
— Уважь лучше мою задницу. Ты болван, Трасса, вот кто ты. И с этого момента ты больше не полицейский офицер, а полицейский констебль. Отныне будешь нести дежурство на улице. А теперь пошел вон отсюда!..
Трасса повернулся на сто восемьдесят градусов и нетвердым шагом направился к двери. Когда он открыл ее, суперинтендант снова заговорил:
— Да, вот еще что…
Бывший инспектор обернулся в надежде услышать, что все произошедшее было милой шуткой.
— Если я узнаю, — произнес Причуда, — что ты выписываешь штрафы за стоянку лошадей из Минае Лантана, особенно тех, что принадлежат людям Миала, отрежу тебе башку вот этими самыми руками. Я ясно выразился?
— Да, сэр.
— А теперь — чтоб духу твоего здесь не было! Увидишь Раси, скажи, чтобы явился ко мне. Хочу сообщить ему приятную весть. Отныне он инспектор.
Макоби шла по улице, радуясь каплям небесной влаги на щеках.
Ливень прекратился, сменившись мелким теплым дождиком. Принцесса не боялась, что редкие прохожие могут узнать ее, и капюшон не набросила, подставив лицо под освежающее дыхание влажного ветра.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
