Я и смотался. Безжалостно бросил Олесю на попечение матери, вручил им свою платиновую банковскую карту, дал реквизиты германского склада фирмы «Sukin & Son» для забивания нахомяченым барахлом и высадил дам в Стокгольме. А сам метнулся к Лому.
Старший помощник встретил меня радостным и довольным, как слон. Оказалось, что был и повод — он, наконец-то, научился оперировать языком демонов. Термин «говорить» не подходил для нас, людей. Факелы не говорили, они общались сигналами своего языка в энергетическом спектре. Лом гордо показал мне первый вариант электронного переводчика — неказистый ящичек размером с толстую книгу. Я с сомнением потянул носом.
— Ты знаешь, Ломидзе, а у архимага на Короне разговорный амулет поменьше будет… И как твой гроссбух таскать прикажешь? Он ведь мне на Задаче круглые сутки нужен будет. А с таким аппаратом особо не побегаешь…
Лом тут же оскорбился и полез в бутылку.
— Слушай, Афанасий, ты совсем стыд потерял! Ни «спасибо» мне, ни грамоты «Лучшему изобретателю и рационализатору», ни… Одним словом — зажрался ты! Я тут, понимаешь, совершил научный подвиг — расколол систему передачи данных у факелов, а ты — транслятор, видишь ли, большой! — Тут Лом не выдержали вновь разулыбался, вспомнив, видать, о своем научном достижении.
— Не кипятись, Лом. Я только хотел тебе сказать, что у магов с Короны тоже есть свои наработки в области амулетов-разговорников. И ты мог бы поручить тому же «Скафу» переговорить с архимагом, скажем, или кто там у них отвечает за этот участок работы… Переговорить и попробовать сделать твой транслятор поменьше размером. Чтобы пользователь его в карман мог положить, что ли… А не носить в рюкзаке на спине. Или как кенгуру — в сумке на брюхе.
— Это можно сделать, — задумался Лом. — Ты знаешь, Афоня, когда я его делал, то не задумывался о проблемах миниатюризации и эксплуатации устройства, честно говоря. Главное для меня — было решить задачу, сделать прибор. И я эту задачу решил!
Довольный старший помощник вновь расплылся в улыбке.
— Решил, решил, никто ведь и не спорит, Лом! А теперь реши мне следующие задачи. Мне на Задачу нужны штук десять медкамер. Ну, там всяких кибердокторов, диагностов и прочих реаниматоров. Естественно, с расходниками. Видишь ли, в чем тут закавыка, Лом… — я задумался. — В общем, сейчас на Задаче уже есть ученые. Теперь дело за героями. Да не меняйся ты в лице и не беспокойся понапрасну! Дед мне их обеспечит! В самом широком ассортименте… Но, видишь ли, в чем тут дело… Немолодые они, эти герои… Проще сказать — в основном глубокие старики. И здоровье у них сильно подорвано. Это уж их противники сильно в свое время постарались. Но не удалось им — наши старики одними бинтами вылечились, а от противников только белые косточки остались. В общем — лечить мне их надо, Лом! Ты не думай, я не на шару эти сундуки приватизировать собираюсь, я купить реаниматоры хочу, вполне официально. Ресурсов целой планеты на это ведь хватит, Лом? А то, что я на Короне нашел, то я там на станции и оставил. Не приучен тянуть чужое… Ну, что скажешь?
Лом долго молчал о чем-то напряженно думая. Наконец он осторожно спросил.
— Ты медцентр на Короне привел в порядок? Хорошо… — Мы вновь немного помолчали. — Все, что я могу сделать — это передать твой запрос по инстанции… Это я сделаю. Плюсом является то, что ты ухитрился за время нашего шебутного сотрудничества нахватать у моего руководства бонусов и плюшек. Ну да… За прекращение войны на Короне, за предоставление места для проживания клану факелов на Задаче, за помощь населению планеты магов, еще кое за что… В общем, нереальной твоя просьба мне не представляется. А чем расплачиваться мыслишь?
— А расплачиваться будет в первую очередь королевство Стаггард! Оно мне, понимаешь ли, немного задолжало… А чем? Да чем угодно! Драгоценными камнями, золотом — его на планете в избытке, экспортной древесиной и итальянской мебелью, вот! — захохотал я. — А если серьезно — я буду рассчитываться информацией по исследованию моей Задачи, высокими технологиями факелов и… синими энергокапсулами!
— Ты еще синих котят предложи… Я, между прочим, серьезно. Ну что ж, предложения твои звучат здраво и интересно. Я думаю, медкапсулы ты получишь…
— Эх-х, раз пошла такая пьянка! Слушай сюда, Лом. Еще мне нужно будет… — я пригнулся к самому уху старшего помощника и кое-что ему прошептал.
— С ума сошел, Афоня! Это же не лезет ни в какие рамки… Биоценоз…
— Немного, Лом! Трех-четырех мне будет вполне достаточно! И за ними будут следить, очень пристально следить, уверяю тебя. Просто ежечасно холить и лелеять! И это не к спеху. Это потребуется еще примерно через пару лет.
— Я подумаю… — буркнул этот уберменш из погреба.
К вечеру я вернул в родные пенаты практически выбившихся из сил в борьбе с наиболее дорогими образчиками общества потребления маму и Олесю. Вернул их, увешанных роскошными забугорными пакетами. Верите ли — у них еще хватило батарейки на трехчасовое шуршание этими пакетами и упаковочной бумагой в спальне родителей перед здоровущим зеркалом на встроенном шкафе. Железные леди! Все это время мы с отцом просидели на кухне, беспрестанно куря. Отец от голода — его никто не собирался кормить, а я от злости. Мне ведь еще предстояло везти Костю и Егора в замок «Союз». В конце концов, одетая в новые тряпки, из спальни вышла усталая Олеся и позволила утащить себя к деду на дачу. Как она сказала — под сень дерев! Ага! Глубокой осенью-то! Сень! Правда, на даче деда было упоительно тихо и воздух, воздух был упоительно хорош! А на кухне вообще пахло яблоками и поздними персиками. Олеся отрубилась, едва дойдя до койки. Я же говорю — стахановская вахта! А рекордную высоту трудно достичь, еще труднее её удержать… третий день в течение одной недели. Я выключил везде свет, проверил, заперта ли дверь, и вызвал Шарика.
Но перед визитом в спортлагерь, я решил на бегу посетить одного пенсионера-беллетриста.
— Здрав будь, Петрович!
— О, Афоня! И тебе не хворать! — радостно замолотил Петрович, переворачивая, однако, лежащие перед ним исписанные листы по многолетней привычке текстом вниз. — Какими судьбами?
— Да вот, избу я построил. Себе на голову… Всадница сейчас просто в раж впала — метет с прилавков все, от чайников и занавесок, до ЖК-панелей и компьютеров. А я за ней таскаюсь как рабсила и походный кошелек.
Петрович засмеялся.
— Да уж, молодая жена! Но ты не трожь её, Афоня. И не препятствуй. Она сейчас главным делом в своей жизни занимается — ухетывает свое гнездо…
— А я считал, что главное дело в жизни женщины — это рождение ребенка?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
