Тело Джанверта почти высохло, но он все еще дрожал от холода. Он понимал, что ему надо торопиться. Тела убитых будут найдены, и люди Хеллстрома скоро окажутся здесь. Джанверт должен оторваться от погони, уйти дальше от этого секретного выхода. Не важно как, но он должен вернуться к цивилизации и рассказать обо всем.
Ориентируясь по свечению неба, Джанверт начал спускаться по склону, крепко сжимая оружие в правой руке. Эта вещь подтвердит его историю. Демонстрация его действия на любом животном снимет все вопросы.
Сбитые ноги болели, пальцы задевали невидимые камни и корни. Он споткнулся, сделал два резких шага, наскочил на низкую деревянную ограду и перелетел через нее, упав в пыль узкой дороги.
Джанверт поднялся и осмотрел дорогу, насколько ему позволял слабый свет звезд. Она уходила вниз и влево, в целом идя в направлении, как ему казалось, Фостервилля. Тяжело и шумно дыша, он побрел по дороге в город.
Дорога нырнула в расщелину, и он потерял ненадолго свечение, но на подъеме снова его увидел.
Пыль, выбиваемая ногами, щекотала ноздри. Легкий бриз гладил Джанверта по правой щеке. Дорога вновь ушла вниз и слегка повернула вправо. Темнота впереди могла означать только полосу деревьев. Он опять споткнулся, ударившись пальцем левой ноги о край канавы. Выругавшись, Джанверт присел и помассировал ушибленный палец. Сидя на корточках, он увидел вспыхнувший в темноте огонек. Рефлекторно Джанверт схватил оружие, прицелился и выстрелил.
Огонек погас.
Джанверт выпрямился и, вытянув руку, пошел вперед, прижимая оружие к правому боку. Его вытянутая рука оказалась слишком высоко, чтобы встретить препятствие, и он упал на холодную металлическую поверхность. Джанверт застыл от ужаса, но потом понял, что лежит на капоте.
Машина!
Джанверт осторожно поднялся и обошел машину слева, касаясь ее свободной рукой. У окна пальцами нащупал щель вверху и ощутил запах табачного дыма. Он посмотрел в окно, но в темноте ничего не увидел. Слышалось только равномерное сиплое дыхание. Джанверт нащупал ручку и открыл дверь. В салоне вспыхнуло автоматическое освещение. Двое мужчин в рабочих костюмах, в белых рубашках и при галстуках, лежали без сознания на передних сиденьях. Шофер держал еще тлеющую сигарету, прожегшую круг на его левой штанине. Джанверт взял сигарету и уронил в пыль у своих ног.
Когда он прикуривал, Джанверт заметил огонек и выстрелил. Значит, на расстоянии это оружие не убивает. Стены и расстояние ослабляют его, очевидно, радиус действия ограничен.
Джанверт встряхнул водителя за плечо, но у того лишь мотнулась из стороны в сторону голова. При этом плащ его распахнулся, обнаружив наплечную кобуру и короткоствольный пистолет. Джанверт взял его и тут под приборным щитком увидел радио.
Они не люди Хеллстрома! Они полицейские!
Глава 66
Что сказал трутень (аксиома Муравейника):
«Вы, Внешние! Нам нужны ваши дети, а не вы! Мы их получим через ваши трупы».
— Как может он быть снаружи? — негодовал Хеллстром. Гнев только усиливал волну страха, захлестнувшего его. Он пересек комнату и подошел к наблюдателю-женщине, обратившейся к нему.
— Вот он, — сказала наблюдатель. — Смотрите! Там! — Она указала на горящий перед ней зеленым светом экран. На экране виднелась переливающаяся в приборах ночного видения фигура Джанверта. Беглец брел по пыльной дороге.
— Северный периметр, — прошептал Хеллстром, узнавая ландшафт позади Джанверта. — Как он смог туда добраться?
Восхищение Джанвертом боролось в нем со вскипающим бешенством. Джанверт был Внешним!
— Мы получаем сообщения о волнениях на третьем уровне, — доложил наблюдатель слева от Хеллстрома.
— Он нашел одну из замаскированных дверей на уровне три, — сказал Хеллстром. — Как он смог забраться так далеко? Еще немного, и он увидит машину со своими наблюдателями! Машина в тех деревьях, — он показал на экран. — Засекли его наши наблюдатели?
— Мы послали группу преследования, — отозвался наблюдатель слева. — Им нужно еще несколько минут. Они были на пятом уровне, и мы провели их через верхний выход.
Наблюдатель рядом с Хеллстромом сказал:
— Я увидел интерференционную вспышку, перед тем как его заметил. Похоже, он использовал свое оружие. Мог он поразить наблюдателей в машине?
— Или убить их, — усмехнулся Хеллстром. — Поэтическое возмездие, если это так. Кто следит за этой машиной?
— Группу сняли час назад, чтобы помочь в поисках беглого пленного, — произнес кто-то у него за спиной.
Хеллстром кивнул. Конечно! Он сам отдал приказ.
— В машине уже некоторое время никто не разговаривает, — сказал наблюдатель слева. — Звукосниматель находится на дереве над машиной. — Наблюдатель постучал пальцем по блестящему наушнику на своем правом ухе. — Я слышу, как подходит Джанверт. Наблюдатели в машине, похоже, без сознания. Они дышат хрипло, так, как бывает, когда их тяжело оглушают.
— Может быть, это долгожданная передышка, — вздохнул Хеллстром. — Как далеко группа преследования?
— Пять минут, не более, — опять произнес кто-то у него за спиной.
— Перекройте дорогу между ним и городом, — сказал Хеллстром. — На случай…
— Что делать с другими наблюдателями? — спросил наблюдатель, сидящий перед ним.
— Скажите работникам, чтобы они не привлекали к себе внимания! Дьявол побери этого Джанверта! Муравейник нуждается в таких бридерах.
Как он сумел уйти из Муравейника?
— Он у машины, — информировал наблюдатель слева.
Наблюдатель в глубине арки сказала:
— Получен отчет о том, каким образом ему удалось бежать.
Она повернулась и коротко изложила то, что обнаружила группа очистки на уровне три.
«Он оседлал продуктовый конвейер!» — подумал Хеллстром.
Внешний рисковал так, как никогда бы не рискнул обычный работник. Итоги этого будут всесторонне рассмотрены позднее.
— Захваченная женщина? — спросил Хеллстром. — Ей показали, что ее ждет в случае отказа?
Кто-то позади него произнес с явным неодобрением:
— Да, ей показали, Нильс.
Хеллстром кивнул. Им, конечно, это не понравилось. Ему самому это не нравилось. Но в этом была необходимость, и все сейчас это понимали.
— Приведите ее сюда, — сказал Хеллстром.
Им пришлось втащить ее в круг тусклого освещения от экранов наблюдателей и поддерживать ее на ногах.
Хеллстром подавил в себе отвращение и заговорил медленно и отчетливо, словно с ребенком, он все время чувствовал, что приносит жертву Муравейнику.
— Кловис Карр, — сказал он. — Это имя ты нам сообщила. Ты не отказываешься от него?
Сквозь полумрак она пристально смотрела на зеленоватую трупную бледность кожи Хеллстрома. «Это кошмар, — говорила она себе. — Я проснусь, и кошмар рассеется».
Хеллстром увидел понимание, пробуждающееся в ее глазах, когда произнесли ее имя.
— Через минуту, мисс Карр, ваш друг Джанверт войдет в зону слышимости нашего громкоговорителя. — Хеллстром показал на экран. — Я обращусь к нему, и тогда вы постараетесь убедить его вернуться. Глубоко сожалею, что причиняю вам душевную боль, но вы должны понять, что у нас нет выбора. Вы готовы?
Она кивнула. Ее лицо казалось маской ужаса в зеленом свете. Готова? Конечно! Кошмару надо подыгрывать.
— Отлично, — сказал Хеллстром. — Старайтесь думать позитивно, мисс Карр. Думайте об успехе. Я верю, что у вас получится.
Снова она кивнула, но уже так, словно потеряла контроль над своими мускулами.
Глава 67
Из руководства Муравейника:
«Общество само следует рассматривать как живую материю. Та же этика и мораль, которыми мы руководствуемся, вмешиваясь в священную плоть отдельной клетки, должна руководить нами при вмешательстве в общественные процессы».
Джанверт дотянулся до микрофона, не смея поверить, что держит в руках этот знак цивилизации, как где-то высоко над его плечом раздался голос.
