– Замолчи, – велел ему одноклассник, и в его голосе мелькнула мольба. – Молчи, Сань. Ты сам виноват. Прости, но сам. С-сам, – он вдруг стал заикаться и испуганно глянул на Александра.
– Да, ты правильно говоришь, во всем виноват он один, – сказал как-то гортанно, как ворона, Олег, пытаясь сесть, но это у него плохо получалось из-за связанных рук и ног. – Дионов виноват. Если бы он не сделал то, что сделал, если бы не оборвал мою карьеру и мою жизнь в той славной драке, мы все бы были счастливы. Все. И моя Василиса. – Он вздохнул, вспоминая то ли свою бывшую любимую, то ли Марту, которую не отпускал Александр.
Ник и Саша переглянулись. Наверное, это был первый раз в их жизни, когда они оказались на борту одной лодки.
– Что ты хочешь, Женька? – спросил Дионов мягким голосом – он, как и Кларский, сдерживал себя и свои эмоции. И боль.
– Развяжите его, – приказал Евгений, сильнее прижимая нож к горлу Ники – на ней даже показалась капелька крови. – Иначе убью ее.
– А если я застрелю тебя? – спросил Никита, глядя на свою девушку, с которой хотел построить новую жизнь в другом, новом, месте. Она тоже не отрывала от него взгляда.
– А если – ее? Если в нее пуля попадет? – Евгений вдруг посмотрел безнадежным взглядом на Кларского. – Или ты супергерой?
– Женька, мы можем все решить. Отпусти ее, – сквозь боль проговорил Саша, поддерживая Марту, у которой из-за ужаса мутилось в голове.
Она боялась за сестру, за любимого человека, за себя.
За свое будущее.
То, что происходило сейчас, стало ее платой за счастье длиною в день.
– Даже если ты станешь стрелять в меня, я успею перерезать твоей подружке горло, – продолжал нервно Женя. – Развязывайте его, – он вновь кивнул на Алмазова. Тот улыбался. У него получилось сесть на колени. Кроме стоящего напротив него Жени, на Олега мало кто теперь смотрел. Все стояли к нему спиной или же боком.
– Женя, зачем ты это делаешь? – продолжал Саша, еще крепче обнимая слабую Марту, готовый защищать ее до последнего, если это будет необходимо. Девушка страдала из-за него, и только из-за него.
Евгений молчал. Только с Никой он был разговорчивым, дав себе мимолетную слабину.
– Я могу сказать, – вновь подал голос Алмазов. – Все просто. Все совершенно просто. Так вышло, что только я знаю, где находится девушка нашего Жени, – он издал ехидный смешок. Евгений напрягся, казалось, что каждый его мускул напрягся. – Только я знаю. Он будет делать все, что я скажу, иначе не узнает, где его любимая. И тогда она умрет без воды и еды. Правда, Женя?
Парень молчал, стиснув зубы и крепко удерживая нож у горла Ники.
– Правда, – сказал он.
Ника и Марта встретились взглядами. Если глаза Марты были красными, в слезах, то у Ники они были широко раскрытыми, но без единой слезинки. И с жизнью.
– Если я погибну или если меня схватят менты или кто-то еще, она погибнет, – продолжал Олег. – Отлично я придумал, да? Ну, пусть они меня развяжут. Я все еще не наелся своего самого холодного блюда, – изящно выразился Алмазов о своей красно-белой мести. Им овладело странное желание разрушать – но не мебель или какие-то материальные предметы, а жизни. Его ведь жизнь разрушили, так? Так. Почему же тогда он не может делать это же?
В голове у Олега вновь все перемешалось.
– Убери пушку и развязывай его, иначе убью ее, – произнес срывающимся голосом Женя, глядя на Ника. – Бери и развязывай, черт тебя подери!
– Если я тебя застрелю, твою девушку точно никто не спасет, – хрипло проговорил Никита, не собираясь убирать пистолет. – Она умрет в мучениях, запертая где-то этим куском мяса. А если ты уберешь нож и отпустишь ее, – Кларский посмотрел на Нику, которая огромными от страха глазами смотрела ему в глаза, – то я помогу тебе найти твою девушку. Обещаю – Я обещаю, что мы найдем ее, Жень, – подхватил Саша. – Мы, менты, частные детективы – все будут ее искать. И найдут. Убери от девушки нож.
Евгений растерянно взглянул на парней.
– Ох уж эти обещания. Они врут тебе, друг мой Евгений. Но даже если и нет… Они не найдут ее, – уверенно изрек с пола Алмазов, поняв состояние несчастного Жени. – Ты ведь меня знаешь, я не дурак. Они не найдут ее, – повторил он. – А если и найдут, то не сразу. Но ведь и воздуха у нее не так много, – Олег сделал трагическую паузу, – чтобы продержаться пару дней.
Евгений скрипнул зубами, так и не отпуская Нику.
А Женя молчал и ничего не делал – просто продолжал удерживать девушку. Для него самого все происходящее было кошмаром, затянувшимся наркотическим бредом, разламывающим душу пополам. Жене казалось, что он находится на грани, перейдя которую станет таким же, как этот чокнутый Алмазов.
Одновременно он испытывал и страх, и безразличие. Он просто хотел спасти свою девушку, которую похитил Олег. А ведь у них все так было хорошо – она переехала в его квартиру, и они планировали расписаться, чтобы стать парой официальной. Они встречались уже несколько лет, познакомившись примерно тогда же, когда и Саша впервые встретил Нику.
А эта сволочь, вылезшая из тюрьмы, все испортила. Превратила их крохотный рай в ледяной ад своей мести.
Глядя на умудрившегося встать на колени связанного Олега, у которого глаза были такими страшными, что даже напряженному Нику, изредка оглядывающемуся на психа, было не по себе. Трудно было поверить, что когда-то он был нормальным парнем, интересным, обаятельным и умеющим втереться в доверие даже бабушек на дворовых скамейках, может быть, психованным, несколько деспотичным и мстительным, не дружившим с головой.
* * *
У парня по кличке Алмаз все было отлично. Он серьезно занимался биатлоном, постоянно разъезжая по соревнованиям, учился в универе, получая зачеты и экзамены просто, потому что был классным спортсменом, встречался с прелестной и обаятельной девочкой с красивым именем Василиса и не жаловался на жизнь.
А потом его начало ломать, словно сама жизнь проверяла его. Даст слабину или нет?
Его подставили с допингом, и не кто иной, как его тренер и отец девушки, на которой парень собрался жениться. Из спорта пришлось уйти. Любимая бросила. Начались проблемы в семье и с деньгами.
Это потом уже узнали, что тренер Роман Иванович так жестоко поступил с подающим надежды биатлонистом, потому что тот не желал оставлять в покое его дочь Василису, разлюбившую Олега и начавшую испытывать чувства к одному из его приятелей. Девушка говорила Олегу о том, что они расстаются, а он кричал, что она не посмеет бросить его. Алмазов пугал ее, угрожал, умолял, говорил, что убьет того, в кого она посмела влюбиться, но перепуганная внезапной сменой характера обычно нежного и обаятельного парня Василиса не желала к нему возвращаться и попросила помощи у отца. Тот, как смог, используя жесткие методы, помог, и Олега выгнали из команды после допинг-скандала. Дисквалифицировали на пару лет. Алмаз, конечно, мечтал вернуться, и это стояло в его долгосрочных планах, но он словно сорвался. Олег связался с подозрительной компанией, прожигающей время по клубам и в ночных гонках, и, как стали подозревать его знакомые и прежние друзья, с которыми Олег почему-то перестал общаться, он начал употреблять наркотики. Это помогло его «крыше» еще больше двинуться набок.
