К невероятному ужасу Эльвин, неожиданно открылась дверь и в комнату вполз гигантский паук, неся на своей плоской спине, покрытой драгоценным камнями, золотой кубок с чем-то синим.
Все расступились, женщина прошла к пауку, приняла кубок и, подойдя к Эльвин, протянула его ей.
У Эльвин сжалось сердце.
Только не это! Что они дают ей? Что они хотят с ней сделать?
Пытаясь не потерять сознание от недостатка кислорода, она собралась с духом и отвернулась.
– Выпейте. – Женщина даже не приказывала, и не просила, и не уговаривала… странно… Эльвин не уловила в её интонации ни одной эмоции. Наверное, именно это и привело её в замешательство. Она повернула голову.
Зеленоватое лицо старой женщины, её красный чепец и большие глаза оказались очень близко. Эльвин глянула в кубок и помотала головой.
– Пейте. – Снова проговорила женщина. – Или вы хотите умереть ещё до того, как увидите Его? Вы что, не хотите увидеть Его? – И опять же это были не вопросы и не констатация факта, и не уговоры. А что это было? Что? Эльвин взволнованно задумалась.
– Его? – Переспросила она сразу. Конечно, речь шла о Томе. Слава богу, значит, он ещё жив. И ей позволят увидеться с ним?
– Я могу поговорить с ним? – Спросила она быстро.
Женщина кивнула, низко наклонив голову.
– Он вас ждёт. Пейте.
Эльвин снова глянула в кубок. Разумеется, брать что-то из рук неприятеля было очень опасно, но с другой стороны, она действительно чувствовала, что погибает без воздуха и может не дотянуть до встречи с Томом. Но возможно… даже наверняка, всё было не так страшно.
Напиток синего цвета (она взяла кубок двумя руками и сделала глоток), холодный. С острым запахом рыбы… Илмавеси?!
В голове пронёсся давнишний урок Мистера Грифа. Лёгкие словно покрылись корочкой льда и наполнились кислородом. Так значит с помощью этого зелья можно не только дышать под водой, но в любом другом месте, где воздуха почти нет!
Эльвин глубоко вздохнула и, окинув присутствующих уже более ясным взглядом, спрыгнула с каменной кровати, где сидела. Люди в углу многозначительно переглянулись.
Паук бесшумно уполз прочь.
Женщина невозмутимо поклонилась.
– Я Рума. – Наконец представилась она. – По приказу Его Величества буду смотреть за Вами и помогать Вам готовиться к торжеству. (Эльвин не ответила). Идёмте за мной!
Длинная юбка Румы прошелестела к выходу. Люди, стоявшие в стороне, теперь окружили Эльвин, стража распахнула дверь.
Вся толпа оказалась в просторном, широком коридоре и двинулась вперёд к высокой арке. Потом, чуть тревожа тишину, толпа негромко прошагала сквозь множество тёмных залов и свернула вправо.
Может, это был всего лишь сон? Неужели это на самом деле может быть реальностью? Прямо сейчас. В эту самую минуту.
Эльвин дивилась своим глазам. Ещё никогда в жизни они не показывали ей такого.
Царство Тьмы, Тёмное Королевство… Неужели оно такое?
Кто придумал, что там слышны стоны умирающих? Кто придумал, что там вместо факелов – черепа с горящими глазами? Кто соврал, что там повсюду мерзость и гадость, когда здесь такая красота?!
Спускающиеся от потолков корни деревьев, увитые синими фонариками; стены расписанные причудливыми узорами; пол из чёрного мрамора; статуи в виде драконов и гномов; тихие маленькие водопады; резные высокие зеркала и везде стража, спрятанная в круглых углублениях в стенах. Повсюду полумрак.
«– Здесь душно. – Думала про себя Эльвин, и её сердце прыгало от страха и волнения. – Я здесь одна. Никто ничего не знает. Я ушла искать Тома и пропала сама. Пропала и не знаю, вернусь ли. Отсюда. Живая. – Она огляделась. – И как бы здесь ни было красиво – мне здесь не жить. Это не мой мир».
– Пришли. – Вдруг объявила Рума, поднимая руку и останавливаясь перед высокой, роскошной аркой, по бокам которой чернела стража. Эльвин глянула вверх и просто обомлела. Над аркой золотом и нефритами была выбита огромная шестиугольчатая корона.
Так значит, они шли не к Тому? Её вели говорить с Вэнджелом?
Ещё до того как Эльвин успела открыть рот для вопроса, двери сами собой плавно отворились. В лицо дунуло сухим, колким холодом, по телу побежали мурашки, страх серым ковриком расстелился под ногами, протягиваясь в зал.
Руки в перчатках настойчиво, но не сильно толкнули Эльвин в спину, заставляя идти.
– Я жду. – Бархатной музыкой прозвучал из зала чей-то голос. – Проходи.
Глава 56. В ЗАЛЕ ЧЁРНОЙ РОЗЫ. ДОПРОС.
«Бесконечные зеркала. Бесконечность. Зеркала». – Только это и охватило разум Эльвин, стоило ей сделать несколько шагов.
Зал казался безразмерным, неизмеримым, бесконечным. Сплошные зеркала по стенам и полу. Чистые, незамутнённые. Человек терялся среди них. Он отражался везде и, в конце концов, переставал ощущать себя цельным и защищённым. Зеркала расхватывали его отражение, его спокойствие, его силу, разъединяли и теряли в себе.
И только две противоположные друг другу стены были свободны от глаз зеркал и просто были украшены бело-красным орнаментом.
У одной из таких стен, на высоком, увитом чёрной розой троне, сидел Вэнджел. Справа от Принца стоял рыжеволосый юноша Горн, слева – черноволосый Том, а за троном чернела ещё одна до боли знакомая фигура. Эльвин сразу вспомнила этого устрашающего вида мужчину. Именно он приходил тогда в магазин Мистера Глюмуса, именно его она смогла прогнать оттуда, даже не зная, с кем имеет дело.
Двое главных слуг были для Вэнджела правой и левой рукой; третий – спиной, опорой и защитой. Сам же Принц, как холодная тень, находился на пересечении их силы, от чего, наверное, становился ещё сильнее.
Как только порог зала был преодолён, люди, кольцом окружавшие Эльвин, стеклись в ровную колонну за её спиной и стали один за другим останавливаться от двери и до самых ступеней к трону, куда Рума подвела Эльвин.
– Девушка у Вас, Ваше Величество. – Хрипло объявила старуха, делая низкий реверанс. – Зелье выпито. Все Ваши приказы исполнены.
При взгляде не Вэнджела у Эльвин на секунду замерло сердце. Он смотрел на неё, не моргая, своими огромными холодными глазами.
– Да. – Сказал он потусторонним шёпотом, даже, кажется, не замечая Румы. – Допрос… Идите. – Он спокойно, и может, даже немного устало, поднял верх левую руку, давая.
В ту же секунду, всё так же кланяясь, Рума двинулась к выходу, по дороге подбирая остальных слуг. Все дружно удалились. С негромким стуком закрылись тяжёлые двери. После этого воцарилась полная, гробовая тишина.
