ты не против, — заметил Зефир на предложение. — Там платят больше. Особенно, если повезет. Но после участия в Большой охоте есть шанс, что возьмут в какой-нибудь стоящий колодец. Может, даже второго или первого уровня.
— С твоими доспехами и без оружия? Попробуй. А я попробую как-нибудь добраться до Харозо. У него остались твои браслеты!
— И ты попробуй, — улыбнулся Зефир. Перевернулся на бок и коснулся губами ее виска. — Только не рискуй, как сегодня. Лучше живая ты, чем браслеты на трупе.
— О, не волнуйся! И вообще, кто знал, что этот скот бывает таким? У Харамуда перед охотой он был совсем другим. А здесь туда же, ненавидит солнцерожденных, — возмутилась Сальвет от всего сердца.
Всю следующую неделю Сальвет пересекалась с Зефиром только утром и вечером. Вечером, когда уходила охотиться на кошмаров, утром — возвращаясь с охоты.
В один из таких дней Сальвет застала возле порога интересную картину. В предрассветных сумерках кто-то орал во все горло, зовя ее друга по имени. Стоило подойти ближе, как с губ сорвался невольный смех. Она поняла, кто зовет Зефира.
Глава 24
— Зефир! Зе-фи-и-ир! — звала фигура в темном плаще, наброшенном на плечи. Как не падал только!
Фигура стояла под окнами их худого домишки и покачивалась. Для надежности обнимала фонарь, который и в лучшие-то времена не горел. С таким соседом он не стал бы светить, даже если бы починили.
— Зефир! — вновь разнесся над тихим кварталом громкий голос. — Зефир, соглашайся! Заплачу! Хорошо заплачу!
Сальвет подошла ближе. Если прежде ее удивляло отсутствие желающих настучать крикунье по ушам, то теперь этот вопрос отпал. К этой теневой лучше не подходить просто так. Даже пьяная не промах и вполне в состоянии раскроить пару-другую особо недовольных голов.
— Зефи-и-ир! Заплачу тройную цену! Тройную! Зефир!!
Стоило подойти еще ближе, как ее присутствие было обнаружено.
— О, Сальвет, — икнуло пьяное недоразумение в расстрепанной одежде. Беспорядок внешности отчаянно пытался скрыть плащ. Получалось с попеременным успехом: издалека не видно, вблизи — туши свет. — Будь другом, уговори своего друга. Я зап-плачу! Обоим. Честно. Даю слово.
— Неужели? — бочком протиснулась Сальвет к двери. Необычное поведение теневой вызывало некоторые сомнения. Осторожно постучала костяшками пальцев. — Зефир? Ты дома?
— Дома, — донесся до нее негромкий смеющийся голос из-за двери.
— А чего?.. — обернулась через плечо Сальвет. Настойчивая гостья продолжала орать и предлагать плату. — Чего не впустишь ее? Или она с катушек съехала? Чего она вообще сюда приперлась-то? Что хочет, знаешь?
— Ага, — ответил из-за двери голос Зефира. — В кровать меня затащить.
— Хм. Набиваешь цену? — понимающе улыбнулась Сальвет. — А о соседях подумал? Погонят они нас с тобой отсюда, как пить дать.
— Не подумал, — признался Зефир. Отворил дверь, встал поперек прохода, наблюдая за гостьей, обнимающей фонарный столб. — Уже поздно, конечно, но за ту плату, что мне только что пообещали, снимем в другом месте. Достала уже орать на всю улицу, идиотка! Заходи. С тебя обещанная плата. И сразу. Нет с собой, возвращайся, когда наскребешь.
— Все с собой, — завалилась в дом следом за Сальвет Айзу.
Буквально за порогом вжала парня в стену, закрыв рот настойчивым поцелуем.
Сальвет махнула на развлечения друга рукой и направилась в душ. После бессонной ночи планировала расслабиться. Жаль, в доме была только холодная вода, но ее всегда можно было нагреть магией. Тем и спасались.
Когда вылезла из воды, оказалось, что парочка переехала из коридора на единственную кровать.
— И где мне спать предлагаете? — недовольно фыркнула Сальвет, наблюдая за форменным безобразием. — Зефир, имей совесть! Двигайте в ее особняк развлекаться. Я всю ночь на ногах, пока вы тут развлекались на всю улицу. И хочу отдохнуть.
Судя по тому, как ее дернули за руку на кровать, Айзу была не просто пьяна, а в стельку. Ничем другим интерес к себе с ее стороны Сальвет объяснить не могла. Впрочем, это был занятный опыт. В трезвом виде Айзу бы ей не далась, а ведь интересно же, что в той такого нашел Зефир.
Ее друг оказался совсем не против участия третьего в развлечениях. Так что оба оторвались на полную катушку, заполучив пьяную в хлам теневую к себе в кровать.
Этим днем Зефир не пошел в академию.
Когда к вечеру очнулась Айзу, то выяснилось, что она ничего не помнит из случившегося утром. Ночь тоже не помнила, кстати. Наверное, поэтому Зефиру было так откровенно весело рассказывать, какие теневая тут под дверьми серенады пела. И, кстати, она все еще должна денег, потому как заплатила в два раза меньше, чем договаривались.
О своем участии в развлечениях Сальвет благоразумно умолчала. Растрепанная Айзу, сидящая нагишом на кровати, вызывала даже капельку сочувствия. Так что она протянула ей ойл.
— За счет заведения, — ответила на скептический взгляд черных глаз за длинной челкой белоснежных волос. — Душ есть. Если хочешь. Но вода только холодная. Могу подогреть, если не хочешь просить Зефира.
— Зефир палец о палец не ударит, пока ему не заплатят за развлечения, — возмутился сонный парень в подушку. Заслужил ленивый взгляд черных глаз на свою спину, но сделал вид, что не заметил того. — Ты сказала, что у тебя деньги с собой.
— Закрой рот, щенок, — поморщилась Айзу на громкий голос. Приняла после некоторого раздумья ойл из рук девушки. — Душ там?
Сальвет проследила за указанием руки поднявшейся с кровати обнаженной фигуры. Сложена просто на зависть. И любовница шикарная. Даже пьяная — просто потрясающие впечатления.
— Там, — согласилась она. За теневой не последовала. Не просила помочь с водой, сама разберется. А там, глядишь, ледяной душ быстрее в чувство приведет, чем выпитый ойл. — Зефир, я тебе завидую, кажется.
— Я сам себе завидую, — усмехнулся в подушку Зефир. Смотрел на дверь в душевую сквозь полуприкрытые глаза. — И сочувствую за компанию. У нас есть что-нибудь пожрать?
— Думаешь, останется на завтрак? — усомнилась Сальвет.
— На ужин, там смеркается уже. А кошмары ее знают. Может, и согласится, — Зефир рывком сел на низеньком матраце, который заменял им кровать. — Займу ее минут на пятнадцать. Найди что-нибудь, хорошо?
— Пятнадцать? — удивленно переспросила Сальвет и поймала на свой вопрос ехидный взгляд золотистых
