потому что они были запрограммированы, быть хорошими солдатами, пушечным мясом, и, когда им прикажут выйти на улицы и бороться с сумасшедшими китайцами и русскими, они будут подчиняться приказам.
Из пепла мы будем строить новое общество, и в нем останется только одна сверхдержава, и это будет глобальное правительство, которое выигрывает. Не забывайте, что Соединенные Штаты имеют лучшее оружие, которого не имеет никакой другой народ, и мы покажем это оружие миру, когда придет нужное время».
Поэтому на недавно состоявшемся Петербургском международном экономическом форуме Киссинджер заявил, что события в Ливии и Сирии являются частью большого стратегического плана Америки.
Ретроспектива
Немецкий политолог Александр Рар утверждает, что Путин принадлежит к представителям «суперкласса» мировой элиты: «…Россия важна для генерирования благосостояния в Европе. И в который раз должна стать в авангарде объединения общего цивилизованного пространства. Российское правительство состоит из убежденных европейцев, в чем я лично мог убедиться на ужине с Путиным в Кремле».
Однако среди правящей элиты России Путин отличается достаточно неопределенным миропониманием. Его неофициальный визит в сентябре 2005 года на Афон — самое святое место для православных, и посещение китайского буддийского монастыря Шаолинь — колыбели восточных единоборств, а также его дружба с еврейскими священниками в России и Израиле, абсолютно похожи, но непонятно, что для него предпочтительнее…
Скорее всего, как бывший сотрудник секретной спецслужбы, всё для него только игра, в которой он делает ставки на всё сразу, чтобы скрыть свои идеологические и политические намерения и по ситуации иметь широкое поле для политического маневрирования.
Андропов во главе СССР
Андропов находился у власти в СССР всего полтора года. Он запомнился масштабной борьбой за улучшение экономики страны и кампанией по укреплению трудовой дисциплины. Не менее важным было для него сокращение партийного аппарата за счет увольнения брежневских кадров и замены их на своих приближённых. Это была настоящая «чистка» с выборочными репрессиями.
При этом многие попытки его реформ создают впечатление, что Андропов за десятилетия борьбы за власть, получив её, так и не имел четкого плана реформ. В его решениях не было ни системы, ни идеологии. Более того, ни о каком плане трансформации коммунистического общества и конвергенции с Западом он официально не проронил ни слова…
Хотя реальная «чистка» старых кадров и замена на кажущихся ему перспективными интеллектуалов их экономической, политической и творческой интеллигенции дала несомненный, но странный результат.
При Горбачеве все они оказались явной и агрессивной агентурой влияния США, а в 90‐х годах при Ельцине так же жестко, как и Андропов, уничтожали профессионалов среди партийных работников, ученых, специалистов ВПК и особенно сотрудников органов госбезопасности, кроме тех, кто был их наставниками и хозяевами.
Хотя среди всех категорий советского общества, деморализованного антисоветской пропагандой и демагогией «перестройщиков», нашлось немало искренних сторонников построения в России капитализма с российской спецификой. Все хотели выжить в период «смуты» и «беспредела» ельцинской команды реформаторов.
Скорее всего, Андропов еще не был уверен в твердости своих позиций, поэтому во всем проявлял осторожность и старался не конфликтовать с оставшимися членами руководства: Черненко, Тихоновым, Романовым, Гришиным и Щербицким, каждый из которых, как оказалось, также являлся реальным претендентом на власть в стране.
Однако Андропов успел продвинуть в высшее руководство ряд верных ему региональных политиков, которые не были его соперниками на власть. Так, первый секретарь Ленинградского обкома КПСС Григорий Романов стал секретарём ЦК, курировавшим отдел административных органов, оборонный отдел и отдел машиностроения, который после смерти Андропова был одним из главных претендентов на пост генсека.
Первый секретарь Томского обкома КПСС Егор Лигачёв был назначен заведующим Отделом организационно-партийной работы компартии с задачей укрепления позиций команды Андропова в регионах. Его деятельность оказалась эффективной — в результате «чисток» и перестановок число сторонников нового генерального секретаря возросла до 70 %.
Первым секретарем Краснодарского крайкома КПСС стал Виталий Воротников, который до этого в тесном контакте с КГБ работал послом на Кубе и координировал интересы СССР в Латинской Америке. При нём в Краснодарском крае из партии было исключено несколько тысяч человек, и в 1983 году он был назначен на пост председателя Совмина РСФСР и стал кандидатом в члены Политбюро. Более ярким представителем «чекистов» в команде Андропова был председателем КГБ Виктор Чебриков. Он проработал в органах госбезопасности уже 15 лет и был заместителем Андропова.
Поэтому, став генеральным секретарем, он немедленно освободил от обязанностей председателя КГБ Федорчука, назначенного Брежневым для ослабления позиций Андропова в органах. Он стал главой МВД, откуда пришедший к власти в 1985 году Горбачев немедленно отправил его на пенсию.
Андропов приблизил к себе Гейдара Алиева, который десять лет руководил Азербайджаном. При нем Алиев стал первым заместителем Совмина СССР и мог бы стать преемником Андропова, но этому мешала его национальность. Понимая это, Алиев не рвался на вершину власти. Эта мудрость помогла ему после развала СССР в 1991 году остаться во главе ставшего самостоятельным государством Азербайджана и успешно передать власть своему сыну.
Однако, как оказалось, главными кадровыми назначениями Андропова стали продвижение на вершину власти Михаила Горбачева и Николая Рыжкова. Именно Горбачев вошел в историю как идеолог перестройки, экономических и политических реформ, а Рыжков стал председателем Правительства СССР.
При этом они, по заданию Юрия Владимирович, привлекли к разработке нового государственного курса многих видных учёных и экономистов — Олега Богомолова, Георгия Арбатова и Татьяну Заславскую, а затем Егора Гайдара и Анатолия Чубайса. В годы перестройки Горбачев и возвращенный из ссылки в Канаду Александр Яковлев привлекли к переформатированию социализма в СССР в дикий капитализм столько западных агентов влияния, что нет им числа («Имя им — Легион»).
Еще в середине 70‐х годов Андропов приблизил к себе группу советников, которые составили «интеллектуальный штаб» советских либералов. Это были академики Арбатов и Иноземцев и журналист Бовин. Андропова поддерживал также Анатолий Черняев, возглавляющий Международный отдел
