что у всех наступает время увядания.
Активная жизнь для обычных шиноби это период с тринадцати до двадцати четырёх, время роста, когда изнуряющими тренировками можно раскачать объём резерва, натренировать кейракукей на максимальную проходимость для техник. Потом резерв не прибавляется, и в период становления шиноби оттачивают мастерство, ускоряют применения техник и работают над контролем чакры. После сорока наступает время увядания, когда потраченный резерв восстанавливается не за день-два, а долгими неделями и даже месяцами. Чем старше становишься, тем дольше длится этот восстановительный период, а резерв начинает уменьшаться. Кабуто даже упоминал какие-то цифры, коэффициенты скорости и зависимости одного от другого. Пара ген в месяц или вроде того. Несколько чуу в год, которые увеличиваются в какой-то там прогрессии. Но в любом случае, однажды наступает такой момент, когда резерв исчезает. Ты становишься простым человеком. Стариком. В лучшем случае физически развитым.
Наруто не так давно исполнилось сорок восемь, но он принадлежал к клану долгожителей, у которых до сорока ещё длилось время роста, но и он почувствовал, что остановился в развитии и не может увеличить резерв ни на ген.
Конечно, были и другие исключения. Шиноби уровня Каге, с очень большими резервами чакры, тоже долго держались. Но Конан к таким не относилась. Да, она была сильна, но её резерв даже в юности вряд ли превышал пятьдесят-шестьдесят чуу. Разница с Нагато почти в восемьдесят раз.
Вакаи-гун-фуин поддерживала внешний вид и здоровье, но не влияла на собственную чакру и резерв человека.
— Наступило моё время, — невесело произнесла Конан.
— Шиноби не могут пользоваться чакрой вечно, — осторожно сказал Наруто. — Никто из нас…
— Просто… — Конан закусила губу, — на первый взгляд кажется, что ничего не изменилось, но на самом деле изменилось всё. А я чувствую себя такой… беспомощной. Я не смогу защитить их, если… Я не смогу помочь. Я стала обузой.
— Ну это уже глупости! — возмутился Наруто. — Никакая ты не обуза. Да и Яхико с Нагато могут сами вас защищать и Хия тоже, знаешь, не пальцем деланная. Тогда… Я говорил не только о времени, но и о чувствах. Нагато любит тебя, до сих пор любит и волнуется. Он хочет быть с тобой как можно дольше. Не разбивай ему сердце.
— Знаешь… Когда-то, ещё в «Акацуки» мы разговаривали с одним парнем. Он называл себя «Тоби»… Он рассказал мне одну историю о своей бабушке.
— Историю? — напрягся Наруто, потому что вспомнил, кем был тот «Тоби».
— Да… — Конан рассеяно поправила волосы. — Он сказал, что его бабушка очень любила своего мужа… но потом серьёзно заболела и перед смертью выбрала ему новую жену, чтобы та о нём заботилась. Он сказал её имя, имя новой жены: Кэйко. Обожаемая… Я почему-то запомнила. Точней, я вспомнила об этом, когда заочно познакомилась с…
— Учиха Кэйко? — Наруто вздрогнул, так как одну из младших дочерей Шисуи звали так, вроде бы как раз в честь матери оябуна.
Он не слишком хорошо знал погибших в резне клана, но был уверен, что Кэйко из рассказа «Тоби» — та самая. Да и Учиха не скрывали, что Обито был их близкой роднёй, то ли двоюродным, то ли троюродным братом Итачи и Саске.
Кэйко-младшая родилась в третьем месяце восьмого цикла года Крысы, тот год был богат на детей и свадьбы: весной поженились Таро с Шикару, а осенью Шикамару Нара с Яманако Ино, ещё женился отец Ино на Куренай-сенсей, подруге Гурэн и Анко, женился Акимичи Чёджи на скромной девушке Нара Шихо. А ещё кроме Кэйко и её братьев чуть раньше тройню парней родила Шизуне.
В итоге Кэйко по возрасту была близка к Хии, которая родилась через год, и девочки были подружками.
— Я слышала о том, что случилось с её подругой, от Хии-чан, но без подробностей, — Конан посмотрела прямо в глаза, и Наруто вздохнул. Ну конечно, такое не могло пройти мимо Хии, к тому же учитывая компьютерные сообщения, которые можно было отправлять и получать почти мгновенно. А ведь дочери не стоило волноваться во время беременности. Но с такой техникой Наруто пока был на «вы», но более юные, в том числе его дети, работали со всеми этими новинками только вперёд, так что заблокировать подобный обмен информацией никак бы не смог.
— Да, недавно Кэйко-чан стала вдовой, — кивнул Наруто, нахмурившись. — Её муж был медиком, но он погиб… в результате своего эксперимента. Он хотел попробовать внедрить в себя чакру Ооцуцуки, которого превратили в плод во время вторжения. Но выяснилось, что это чревато… Всё же Ооцуцуки не совсем люди и отличаются от нас.
Он вспомнил этого придурка, который внезапно захотел стать сильней. История на самом деле вышла не самой красивой. А Кэйко точно сильно разочаровалась в мужчинах и, видимо, искала поддержки, раз Хия всё узнала.
— Хия-чан много говорила о ней, какая она сильная и красивая… — отвела взгляд Конан. — Она скучает по подруге. Было бы неплохо, если бы Кэйко-сан получила долговременную миссию в Стране Дождя. Я слышала, что она весьма сильна в стихии земли и огня?
— Э… Да, — смутился Наруто от такой неуклюжей попытки.
— В горах Страны Дождя когда-то пролегали торговые туннели, которые были завалены или запечатаны во время войн. У нас нет подходящих специалистов, которые бы смогли их вновь открыть. Возможно, это была бы подходящая миссия для Кэйко-сан.
— Ты что, правда?.. — Наруто осёкся, посмотрев в глаза Конан.
— Я просто хочу с ней познакомиться… Это всё, — грустно улыбнулась та. — Я пока не планирую оставлять Нагато… В некоторых вопросах он всё ещё такой беспомощный.
* * *
На обратном пути Наруто решил сделать небольшой крюк и проведать друзей, благо в это мирное время шиноби уже не столь трепетно относились к границам деревень и в Суну у него был почти свободный допуск. На границе его узнали и провели до дома Агары. Когда-то в глубине души Наруто считал, что надо было очень сильно любить, чтобы согласиться променять яркую и живую Коноху на это унылое жаркое место, затерянное в песках. Юмико навсегда запомнилась Наруто живой и весёлой девочкой, которая никогда не унывала. Боевая, задорная и смешливая малышка, названная сестра, которая выросла в красивую сильную куноичи. Он был рад, что у неё сложилось с Агарой, что два его дорогих человека нашли друг друга
