Надевая Эритовый Обруч, я прежде всего хотел понять, готовы ли мои былые сотоварищи по Поколению к дальнейшей войне и не знают ли они что-нибудь о Неназываемом. И вновь, как и после неудачи первого штурма, я не увидел в них растерянности. Да, они выглядели не слишком-то весело, даже мрачно, — но держались при этом весьма уверенно, как будто им ничего не стоило поднять против меня ещё десятки и сотни Миров. В былые годы на всю мою Ночную Империю хватило одной Сигрлинн, поддержанной простой мощью Замка Всех Древних, — а теперь со мной не могло справиться всё Поколение с Великим Мерлином в придачу. Но я всё же создал свой Талисман, и пламенная колонна в покое Хединсейской цитадели, придавая новые силы, делала меня в то же время стократно более уязвимым. По сути дела, я мог теперь покинуть остров только в случае крайней нужды. Я бы даже не смог отправиться на помощь Хагену и Хрофту, хотя бы им обоим грозила смертельная опасность. Пока Маги Поколения торчат здесь, подле самого Хединсея, я не мог полностью рассчитывать на Ракота.
Итак, сородичи мои или ещё ничего не знали о Неназываемом, или потрясающе владели собой — мне-то моё спокойствие стоило громадных трудов. Но пока ещё жила надежда, что, быть может, всё обойдется — неиспытанное заклинание, особенно такое сложное, как применённое Ракотом, могло и не сработать с первого раза.
И отступать Шендар с сообществом вовсе не собирался. И отсутствие Мерлина, похоже, их вовсе не удивляло — все делали вид, что именно так и должны были развиваться события.
Но я также понимал и то, что заклятие Ракота волей-неволей отсрочило появление на поле боя самих Молодых Богов — что им сейчас два восставших Мага, когда гибель может грозить всем их владениям!
— Итак, уходить вы не намерены, вы желаете продолжать войну, — подытожил я. — Что ж, давайте потягаемся уже не в споре армий, но непосредственно нашей силой Магов. Вы не боитесь, что и здесь ваши надежды не оправдаются?
И вновь я ощутил мгновенный приказ Шендара; переплетающиеся силы моих сородичей напряглись, мой призрак, созданный Эритовым Обручем, оказался в перекрестии множества нацеленных на него враждебных заклятий. Я замер, ещё не понимая, что они задумали — Эритовый Призрак испокон веку считался неуязвимым.
В голове внезапно вспыхнула оглушающая боль, как от тяжёлого удара; кажется, я застонал, меня затягивала багровая пучина, яростный огонь жёг меня здесь, в заклинательном покое, только там, где находился мой Эритовый Двойник, я мог найти спасение, могучие силы неудержимо тянули меня туда, сознание готово было птицей выпорхнуть из терзаемого тела — чтобы там, на серебристой ладье, обрести спокойствие и исцеление. Я видел лица своих сородичей: теперь они казались мне исполненными участия и сострадания, они, и только они могли спасти меня, — и я потянулся к ним всеми оставшимися силами.
Резкий, грубый удар швырнул меня на пол моего заклинательного чертога. Я ничего не видел — перед глазами вертелась бешеная карусель безумных картин. А потом жестокие холодные тиски сжали моё сознание, мир встряхнуло последний раз, и он встал на место. Чья-то рука поспешно сорвала с моей головы Обруч.
Я лежал на плитах пола, привалившись спиной к стене; из носа и ушей сочилась кровь, голова раскалывалась от странной тянущей боли. А надо мной, тревожно глядя мне в глаза и держа меня за руку, склонился Ракот. Окно чертога было выбито, толстенные прутья решётки выворочены из каменной кладки, куда их намертво вделали когда-то мастера народа гномов.
— Хвала Великому, ты жив! — облегчённо вздохнул Ракот, почти без сил падая на стул. — Как же ты дал им себя поймать? Я увидел, как их стрела пробила оба защитных барьера над островом, ударила в окно твоей башни, и кинулся сюда — и то чуть было не опоздал. Они уже начали утаскивать тебя к себе, ты раздваивался… Жуткое зрелище! И всё, что мне оставалось, это просто попытаться разрубить твои путы. Мне это удалось, но, боюсь, для тебя это оказалось едва ли не хуже их удара!
Ещё не закончив, Ракот поднялся, распахнул дверь, взял из рук какого-то слуги широкую чашу с горячим вином, осторожно поднёс к моим губам.
— Пей. Пей и быстрее приходи в себя — наши родственнички удосужились наконец заметить Дальних вкупе с Перворождёнными и, боюсь, от удивления сейчас что-нибудь учинят… Я до них так и не добрался — не успел, проклятье! Да и Дальние… они уже рядом!
Пышущее жаром питьё действительно помогло вернуть силы; опираясь на руку Ракота, я с трудом поднялся.
— Решай, Хедин, решай, что делаем дальше! — торопил меня Ракот, его слова ввинчивались в сознание подобно раскалённым буравам. — Или мне придётся идти жечь весь этот флот и твоих любезных эльфов!
— П-погоди. — Я наконец оторвался от руки Восставшего и нетвёрдо шагнул к развороченному оконному проёму. Уцелевшие остатки армады, собранной моим Поколением, рассеялись без следа, как туман под свежим ветром; мне открылась безупречная красота строгого строя эльфийских судов.
Безусловно, они прекрасно видели всё, что случилось с предыдущими моими противниками; и не похоже, чтобы это смутило предводителя войска Перворожденных. Сияющие корабли ровными рядами двигались к крепости, паруса надувал магический ветер — и едва заметно поблескивали над высокими бортами ряды серебристых шлемов.
Роскошная ладья Магов неподвижно висела среди волн воздушного океана; передовые корабли эльфов уже поравнялись с ней, а ещё дальше, со стороны севера, приближался огромный зеленоватый шар, сотканный из мириадов пылающих нитей. В нём даже на первый взгляд безошибочно угадывалась исполинская мощь; я не мог разобрать, что находится внутри этого монстра, но сомневаться в том, откуда он взялся, не приходилось. Дальние покинули свои тайные обиталища у самых границ Упорядоченного и теперь шли на нас со всей своей силой.
Я постепенно оправлялся от настигшего меня через Эритовый Обруч магического удара. Надо признать, Шендар мастерски осуществил этот сложный маневр, совершенно незаметно для меня сплетя весьма хитроумное заклинание, и, опять-таки скрытно, объединил силы всех Магов Поколения, чтобы разорвать связь моего сознания с телом, выманить мой разум в астральное подобие тела Эритового Призрака… Мысленно я воздал Шендару должное — если бы не Ракот, я бы уже оказался в плену.
Но что же теперь делать с Дальними? В отличие от Магов Поколения, эти не собирались отсиживаться за чужими спинами. Громадный шар, средоточие силы Дальних, обгоняя стройные ряды эльфийских кораблей, устремился прямиком к серебристой ладье Магов. В этом движении Дальних явно сквозила угроза; и тут я вновь получил подтверждение здравомыслию Шендара. Изящный кораблик, как будто подхваченный мощным штормом, сорвался с места, стремительно удаляясь от острова; его очертания подёрнулись дымкой — на нём кто-то очень спешил распахнуть Врата Миров. Зелёная молния, ударившая с вершины шара Дальних, бесполезно лопнула в опустевшем небе. Мои сородичи скрылись.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
