Позади кабины, в будке, я вырезал болгаркой квадратное отверстие. Вставил в него оконный кондиционер, закрепил по своему разумению, и наконец, почувствовал настоящую прохладу. В этом мире она ценилась дорого, как нигде. Постепенно, я проложил проводку по всей будке. Розетки торчали по всем стенам. Здесь я немного перестарался с их количеством. Что самое удивительное, там, на «гражданке», я не знал с какой стороны подойти ко всей этой работе, которую сейчас выполнил легко и непринужденно. Отсутствие помощи извне очень стимулирует собственную сообразительность. Полы застелил ковровыми дорожками и даже нашел матрац с подушкой. Но спать в будке мне казалось легкомысленным. Я мог оказаться заперт в ней с полной потерей мобильности. В целом, я не мог нарадоваться на свое новое приобретение. Оно мне дало чувство домашнего комфорта, в котором я очень нуждался. У меня теперь был небольшой холодильник, и я имел возможность пить охлажденные напитки в том виде, в котором они предназначались. Когда я охладил первую банку колы, и сделал первый глоток. мне показалось, что я воспарил к небесам от счастья.
Будка, в отличие, от бочки, лучше подходила для моего плана уничтожения озерного гиганта. Я мог доверху забить ее различными ядами. У меня все было готово к тому, чтобы загрузить их и ехать на озеро. Оставалась последняя проблема, как все это запихнуть внутрь громадины. Раньше мне казалось, что достаточно вылить яд в воду и это существо отравится. Сейчас, пораскинув мозгами, уже сомневаюсь, что это будет достаточно эффективно. Какова масса гиганта? По виду — тысячи тонн. Вода озера разбавит яд до допустимых концентраций, которые не причинят монстру никакого вреда. Придется что-то придумывать.
За семь дней, прошедших с моей встречи с Супердаком, активность монстров спала на нет. Такое затишье сильно настораживало меня. Какую-то гадость мне готовили, нутром чую. Впрочем, как и я для них. Кто же ударит первым? Какую новую штуку направят против меня? Будем решать проблемы, по мере их поступления. Страхом делу не поможешь. Держи ухо востро и не прощелкай опасность.
Улица новостроек, по которой я уже проезжал дня два назад, была примечательна тем, что на ней погибло летающее корыто. Птица упала на проезжую часть, вместе с остатками крыши, в которую она врезалась. Упала она, наверное, груженная «птабами», которые тут же и зарылись, образовав локальное минное поле. На этом поле нашли свою смерть два человека из белого автомобиля. Скоро должно показаться примечательное местечко. Оно и показалось, но только привлекло мое внимание совсем не оно, а белое полотно на заборе. Клянусь, в прошлый раз оно здесь не висело. Не отрывая взгляда, я подъехал поближе. Пот прошиб меня с головы до ног. На белом полотнище, похожем на простыню, коряво начертанная чем-то красным, красовалась надпись: «Я ЗДЕСЬ. ВАРЯ». В голове не укладывалось. Этой штуки здесь точно не было. Неужели кто-то выжил? Сам факт, что я здесь один, казался мне константой. Я остановился и заглушил мотор и сразу услышал слабый детский крик.
— Я здесь! Я здесь! Смотрите, подо мной змея! Я здесь!
На дереве сидела девочка и махала мне рукой. Боже, или у меня галлюцинации, или я не знаю, что думать. Я понял, что под деревом кружится Тяни-Толкай. Поэтому снова завел машину и протаранив забор, направился к дереву для спасения девочки. Тварь почуяла меня и привычно свернулась спиралью. Тебе же хуже. Я достал двустволку и пальнул ей в то место, где белело незащищенное брюхо. Выстрел получился удачным. Пара пластин вырвалась картечью со спины и отлетели в сторону. Тварь задергалась в конвульсиях и сдохла.
Я вылез из кабины. Ребенок уже спускался по дереву. Я принял ее у земли. Пальцы ухватились за тощее тельце девочки. Ребра, обтянутые кожей.
— Вы за мной приехали? — большие глазищи смотрели на меня с такой надеждой, что я замешкался с ответом.
— Ну конечно, за кем еще — а про себя добавил — больше то никого не осталось. — Пора сматываться отсюда, пока новые не набежали, или еще кто похуже — и подкинул девочку на высокую ступеньку грузовика.
В кабине уже осмотрел ее как следует. Ребенок восьми — десяти лет, чумазая, попахивает немного, но глаза живые и умные. Как ей удалось не сойти с ума и вообще выжить? Я было хотел начать расспросы, но вспомнил, что передо мной ребенок, который возможно ел последний раз очень давно.
— Чипсы будешь?
Девочка моргнула глазищами в знак согласия. Я сунул руку за сиденье и вытащил пакет со всякой нездоровой пищей.
— Только немного, а то заворот кишок случится.
— Угу — ребенок уже пытался закинуть полный рот еды.
— Нет-нет, давай по одной, а то заберу. Давай ешь потихоньку, а я буду тебя расспрашивать?
— Давай — Девочка согласилась — А вы меня к родителям отвезете?
Ее вопрос снова загнал меня в тупик. Как ответить ребенку, у которого сейчас появилась такая надежда.
— Не сразу, мне еще нужно решить здесь кое-какие вопросы, а потом сразу к родителям. А где они? — Я был уверен, что они погибли.
— В город уехали, а я осталась на хозяйстве. Так до сих пор и не приехали — девочка перестала жевать и вопросительно посмотрела мне в глаза. В ее глазах появился страх.
— Рано выехали?
— Затемно.
У меня вырвался вздох облегчения.
— Это хорошо. У них там все намного лучше, чем здесь. Просто это место объявлено карантином и сейчас никого не пускают внутрь. Пока не истребят всю заразу.
— Да уж, страшные они, змеи эти. Всю кухню нам разнесли.
— А где же ты пряталась?
— В подвале. У нас там дверь крепкая, чтобы волк не сдул.
— Какой волк?
— Из трех поросят. Папа всегда говорит, что дом поросенка должен быть крепостью.
Трудно представить, что пережил ребенок за это время. Не всякий взрослый справится с таким. Хотя на вид девочка вполне здорова психически. Вон как уплетает чипсы и смеется. Я спохватился и выхватил пачку.
— Ну, все, на первый раз хватит, заболеешь чего доброго, а из меня доктор…
Девочка вылупилась на меня, не зная как среагировать.
— А как вас зовут?
— Дядя Аркадий
— Меня, Варя
— Очень приятно, Варя. Сколько тебе лет?
— Девять. Третий класс закончила.
— Да уж. — Я не представлял, что бы сказать такого обнадеживающего ребенку. Опыта обращения с детьми у меня не было никакого. Как мне отнестись к этому случаю. С одной стороны я теперь не один и это вроде хорошо. Но ребенок будет обузой. Какой с нее может
