синем платье. Ее серебристые волосы были собраны в сложную прическу, а острый взгляд давал понять, что она подмечает мельчайшие детали.
– Леди Харвис, лорд Ибисидский, – произнесла она глубоким мелодичным голосом, присев в реверансе. – Добро пожаловать в «Золотую шпильку». Миссис Этель Дин, к вашим услугам. Могу я предложить что-нибудь освежающее? Или сразу перейдем к делу? Вы упоминали, что будете ограничены во времени.
– Опустим формальности, – Дар слегка кивнул, показывая, что предпочитает не терять ни минуты. – Леди Харвис хочет подготовиться к балу. Думаю, у вас есть платья, которые стоит ей показать.
– Разумеется, все согласно вашим распоряжениям, – госпожа Дин слегка улыбнулась и жестом пригласила нас следовать за ней. – Также у нас есть несколько эксклюзивных идей, которые идеально подчеркнут ваш стиль, леди Харвис.
Вот так ты и узнаешь, что у тебя есть свой стиль… который надо лишь подчеркнуть.
Мы прошли дальше, и оказались в салоне, отделанном в светлых тонах. Здесь на манекенах висели платья, которые можно смело назвать настоящими произведениями искусства: переливающиеся ткани, изысканная вышивка, сложные драпировки. Каждое из них казалось предназначенным для особого случая и было достойно принцессы.
– Что ж, – Дар уселся в удобное кресло у стены, явно намереваясь наблюдать за процессом, – посмотрим, как приготовленные наряды будут на тебе смотреться.
Я бросила на него лукавый взгляд.
– Кажется, ты наслаждаешься всем этим чуть больше, чем следовало бы.
– Возможно, – отозвался он с легкой усмешкой. – Но только потому, что я знаю – результат будет впечатляющим.
Льстец.
Но приятно…
* * *
Не знаю, как там было раньше, но сейчас модный дом предлагал своим титулованным клиентам почти королевский размах.
В обычных магазинах меня проводили бы в примерочную кабинку. Или комнатку! Но здесь для того, чтобы одеться отводилась целая зала. И две швеи-помощницы, видимо, для того, чтобы сразу расставить или подшить наряд по фигуре.
– Сначала хочу сказать, что рада, наконец-то, познакомиться в вами лично, – с доброжелательной улыбкой произнесла модистка. – Я примерно такой вас и представляла: хрупкость и утонченная красота. Теперь я понимаю выбор лорда Ибисидского.
Я сначала удивленно приподняла бровь, а потом мне вспомнились зачарованные платья. То первое – из изумрудного бархата, который послал лорд Ибисидский для бала в его особняке, потом второе – которое я недавно надела, когда вернулась из плена в долине Хар. В голове тут же появилась догадка.
– Так вы смастерили те волшебные наряды! – произнесла я. – Они чудесные, госпожа Дин, я тоже рада познакомиться с вами. То, что вы делаете, это просто невероятно!
– Спасибо за похвалу, мне очень приятно, – отозвалась модистка и едва заметно кивнула одной из ассистенток. – Надеюсь, эти наряды тоже не разочаруют вас, леди Харвис. Первое, что мы готовы вам представить…
Ее помощница подкатила манекен, скрытый под шелковым черным чехлом, что сполз от легкого движения руки.
Платье было воплощением роскоши и богатства. Юбка состояла из множества слоев – от тончайшего шелка до органзы. Корсаж украсили бисером и сверкающими камнями, словно хотели ослепить каждого, кто осмелится на него взглянуть.
Оборки, ленты, отделка – казалось, не осталось ни одного сантиметра ткани, который не был бы чем-то украшен. Даже на рукавах из прозрачного кружева оказались нашиты миниатюрные розы, и каждая из них выглядела словно настоящая.
Я встала перед зеркалом и посмотрела на свое отражение. Несомненно, это был шедевр. Оно идеально подошло бы для королевского бала или пышного торжества в дворцовом зале. Но…
Это не платье. Это люстра. Роскошная, королевская, но люстра.
– Великолепно, – осторожно отозвалась я, чтобы не обидеть госпожу Дин, ожидающую моего вердикта. – Только на мне фасон совсем не смотрится. Такое платье будет носить меня, а не я его.
– Вы правы, – отозвалась она задумчиво меня разглядывая. – Вам нужно что-то другое – подчеркивающее вашу красоту и легкость. Показывать лорду Ибисидскому не будете?
– Думаю, что воздержимся, – с мягкой улыбкой ответила я.
А еще, я банально боялась до него не дойти!
И это было чистой правдой – я не привыкла к тяжелым платьям, а у этого только шлейф занимал часть примерочной залы. К тому же, велик шанс, что я наступлю на какой-то слой юбок. И это будет весьма неприятным конфузом.
Нет, меня как и любую барышню, которая проходила обучение в пансионе, учили носить платья. В том числе такие.
Но это было давно! И в последний год я делала выбор в пользу практичности.
– Лесли, помоги леди раздеться, Линда, принеси следующее, – распорядилась модистка.
Увидев следующий манекен, я восторженно замерла.
Основа наряда была выполнена из гладкого атласа насыщенного рубинового цвета, плотно облегающего фигуру и расходящегося книзу подобно бутону розы. А верх мастерицы украсили тонкой сеткой из крошечных алмазов, переливающихся в лучах магического освещения.
Платье не подразумевало рукавов, что подчеркивало линии плеч и рук, а сзади юбка переходила в легкий шлейф, создавая баланс между откровенностью и изысканностью.
– Это наш смелый эксперимент, – сказала госпожа Дин с легкой улыбкой. – Для тех, кто не боится оказаться в центре внимания.
– Я бы даже сказала, что не боится бросить вызов, – тихо заметила я, разглядывая наряд.
– Мы уверены, что оно вам идеально подойдет, – уверенно добавила швея, подавая платье. – Если же вас смущают обнаженные плечи, то можем предложить болеро к этому наряду.
Ассистентки помогли мне одеться. Я взглянула в зеркало и на секунду задержала дыхание.
Плечи невольно развернулись, а спина выпрямилась. Такой фасон требовал уверенности. И даже, пожалуй, самоуверенности.
Я задумчиво посмотрела вниз.
Наряд не иначе как волшебный, так как не могу сказать, что природа очень уж щедро одарила меня в области бюста. Но в этом глубоком декольте можно потеряться и никогда не найтись!
– Смелость украшает, – подбодрила меня модистка, жестом приглашая предстать перед лордом Ибисидским.
Я отчего-то разволновалась, поэтому шла на негнущихся ногах, чувствуя, как сердце бьется все быстрее.
Дар, увидев меня в этом платье, медленно поднялся из кресла, его взгляд потемнел, становясь почти гипнотическим. Он не торопился говорить, словно тщательно подбирал слова, и каждое его движение напоминало поведение хищника, который изучает добычу.
– Восхитительно, – его голос звучал низко, с хрипотцой, от которой по рукам пробежали мурашки. – Но я тебя в нем никуда не выпущу.
Он сделал шаг ближе, и в серых глазах зажглось что-то опасное, горячее, совсем не сочетающееся ледяной сдержанностью мэра столицы.
– Сам буду смотреть, – продолжил он, склонившись к моему уху и опаляя обжигающим дыханием. – Очень долго. Очень-очень долго.
От его слов у меня внутри все перевернулось. Казалось, что даже воздух вокруг нас стал гуще, а тишина – оглушающей.
– Это комплимент или предупреждение? – попыталась пошутить я, чтобы хоть как-то сбить напряжение.
Его губы дрогнули в легкой усмешке.
– Это факт, – сказал Дар, не отводя от меня взгляда. – Платье заставляет забыть обо всем остальном. Но вот вопрос: готова ли ты к такому эффекту?
Я посмотрела на свое отражение, все еще ощущая на себе тяжесть его взгляда. Платье было великолепным, но реакция Одара сделала его еще более дерзким, чем я могла предположить.
Обратно в зал я шла очень медленно, с прямой спиной и легкой улыбкой, уже зная, что выбор остановлю не на нем.
– Платье очень красивое, но в зеркале отражаюсь не я. Это какая-то другая Адель, более взрослая, раскованная и энергичная, – призналась я модистке.
И это было сказано совершенно искренне. Потому что, возможно, когда-нибудь я стану настолько смелой, что надену нечто подобное. Но это точно не сейчас. К тому же в восемнадцать лет я бы не хотела становится роковой леди. Красивой, уверенной и сильной – да, но не раскованной, раскрепощенной.
– Понимаю вас, – госпожа Дин вовсе не выглядела расстроенной, наоборот, воодушевленной. – Кажется, я догадалась, что вам нужно. Линда, достань то самое платье.
«То самое» – она выделила это словосочетание. Помощница даже словно удивилась ее решению, но побежала исполнять.
И когда я увидела его, то поняла, почему оно то самое.
С легким движением чехол был снят, и передо мной предстало платье, которое заставило на мгновение задержать дыхание.
