Бок о бок с искусственными солдатами спрыгивали на землю и строились набранные из вахтовиков дружинники, со стороны поместья подтягивались оставшиеся верными Огневым бойцы и челядь, вооружённые кто чем, но готовые сражаться все до последней служанки.
В сторонке, поглядывая на остальных свысока, неприступным островом среди людского океана высились локи. Доставить их к месту боевых действий оказалось сложнейшей логистической задачей, за решение которой следовало сказать спасибо Вениамину и всё тем же постоянно выручающим нас контрабандистам — ребята на одних только наших заказах наверняка поднялись за неделю так, как получалось не каждый месяц.
Локов было немного, всего тридцать пять голов, но все они были до зубов вооружены и закованы в панцири дорогих бронескафандров. Если бы удалось попросить их поделиться своими арсеналами, получилось бы вооружить целиком пару-другую отрядов репликантов… Но совершать такую глупость, конечно, я не собирался.
Вождь отряда уже послал мне приглашение на ритуальный поединок. И по хорошему, конечно, следовало его провести, чтобы доказать представителям воинственной расы своё право командовать…
Но мне было некогда этим заниматься. И локи, хвала Кровавым, не настаивали — понимали, что всему своё время. Приняли моё обещание почтить славную традицию чуть позже… После боя.
Сейчас же надо было использовать каждую секунду.
Разгрузка ещё не завершилась, когда подтянувшаяся вслед за фургонами с оружием техника начала копать вокруг новые траншеи, а инженеры Огневых принялись устанавливать на завязших в земле кораблях турели, протягивая временные кабели к реакторам кораблей и превращая их фактически в долговременные огневые точки. Пусть мы провернули финт, которого никто не ожидал, и заставили всех немного удивиться — но рано или поздно наши противники могли решить, что стоит заглянуть в гости, засвидетельствовать нам своё почтение…
Тем не менее, главное наше преимущество здесь и сейчас заключалось в скорости. Получив оружие, бойцы грузились в подъезжающие одно за другим транспортные средства и тут же направлялись к назначенным им целям. Я взломал системы управления городской автобусной сетью, а заодно перехватил управление роботизированными такси и грузовиками пары немаленьких контор по доставке крупногабаритных грузов. Всё, что имело колёса и управлялось автопилотами, получило простую команду: ехать в нашу сторону… Так что с тем, чтобы перебросить быстро куда-то большую массу людей, проблем у нас никаких не было.
Первыми целями были выбраны оружейные магазины, принадлежащие их владельцам склады, участки дорожной инспекции и полиции. Увы, судя по сведениям, редкие на спутнике армейские склады были опустошены практически сразу же — ирийцы никогда не готовились к серьёзной заварушке на поверхности, полностью положившись на прикрытие со стороны орбитальных батарей. При такой доктрине планетарные войска считались атавизмом, и это сыграло с земляками Темнозара злую шутку.
Механизмов всеобщего призыва не было тоже. Здесь, правда, Сенат сориентировался быстро и просто поставил под ружьё всех тех, кто доступнее всего и к кому можно обратиться максимально оперативно: оружие раздали полицейским, представителям охранных контор и дорожным инспекторам. Их всех, кто не дезертировал под шумок, тут же отправили «на фронт», занимать позиции вокруг узлов системы противокосмической обороны, в первую очередь — основных, расположенных возле космопортов. На местах осталось по паре-другой человек, чтобы не допустить полной анархии… Чем мы и решили воспользоваться.
Прикрывая наши действия, я полностью положил для всех посторонних связь в столичном округе: взломал ретрансляторы местной сети и заставил их блокировать все сообщения, кроме наших собственных. Из-за необходимости проверки и фильтрации, правда, теперь всё работало с огромными задержками — но для нас оно хотя бы работало, в отличие от остальных.
Этим удалось добиться, в том числе, косвенного оправдания нашей излишней самостоятельности. Дубовский безуспешно пытался раз за разом вызывать нас, но я не отвечал, делая вид, что сообщения теряются. Было только вопросом времени, когда ситуация дойдёт до Перовского и тот начнёт передавать приказы напрямую через Снежану. Конечно, на фоне одарённых других семей наше поведение смотрелось скорее нормой, и я в любом случае не собирался подчиняться — но зачем вступать в прямую конфронтацию? Пусть даже всё и шито белыми нитками, но лучше соблюсти минимум приличий и позволить участникам событий сохранить лицо.
Пока же наши отряды с огромной скоростью, не встречая никакого сопротивления, один за другим захватывали все более-менее значимые для нас объекты столицы, не брезгуя создавать опорные пункты в удобных для обороны точках города. Везде, где было можно, выгребались остатки оружия и боеприпасов, вместе с трофеями всё это раздавалось тем репликантам, которые всё ещё были безоружными.
Потихоньку мои люди занимали позиции и вблизи поместий тех семей, которые, как я считал, совершенно точно замарались в действиях против нас — речь о Мироновых, Романцевых, Парашаевых и Кащеевых. Хотя вниманием мы не обошли никого, везде караулило хотя бы несколько наблюдателей.
Кроме того, возле каждого из Храмов Смерти Ирия уже некоторое время дежурили мои агенты.
Масштабные боевые действия неизбежно влекут за собой серьёзные потери. Каждую секунду гибнут лучшие, те, кто не испугался, не дезертировал, выполнил свой долг до конца… И лишился этой жизни.
И теперь Мир Мёртвых, не способный больше переваривать этот ставший после Катастрофы несъедобным для него корм, привычно срыгивает сотни душ обратно.
Вернувшиеся в первые часы, даже дни, совершенно дезориентированы — шутка ли, целый кусок из твоей жизни пропал полностью, и ты вообще не помнишь последние годы. Мир вокруг изменился до неузнаваемости, нужно встраиваться в него фактически с нуля, пришивать себя к новым реалиям «на живую». Те, кого ты помнишь, уже давно стали другими… Семьи, возможно, потеряны, воспоминания о социальных связях больше не актуальны… Да и, шутка ли — Империи, которая была всю твою жизнь, а до этого — всю жизнь твоих родителей, и так далее… Её больше не существует!
Поэтому тот, кто объяснит ситуацию, даст ответы на все вопросы и поможет адаптироваться, будет смотреться в выгодном свете. Тем более, вернувшиеся освобождены от всех клятв и обязательств — будто кто-то нажал кнопку «перезагрузка» и убрал всё лишнее, вернув к изначальному, идеальному состоянию.
А ещё, кроме желания получить ответы на вопросы, после возвращения с Той Стороны всегда страшно хочется двух вещей. Есть и размножаться.
Поэтому возле дверей Храмов, прямо на улице, мои люди жарили мясо. И среди них обязательно присутствовала хотя бы пара девушек-репликантов «при параде» — на оптовую закупку брендовой одежды, косметики и прочих радостей пришлось хорошенько потратиться. Благо, понимание прекрасного у наших дам было встроено по умолчанию, а может — пришло с изучением соответствующих гипнозаписей. Объяснять, что и как надевать, им не пришлось…
Глава 37
Зигфрид открыл глаза и понял, что не может пошевелиться.
Он лежал на холодном, даже ледяном полу, в просторном полутёмном помещении. Очень высокий потолок, бегающие тени, запах воска… Какой-то храм?
Судя по звукам, вокруг было людно. Со всех сторон доносились шепотки, шорохи, шелест одежды, лёгкие шаги… Иногда — брань, даже громкие вскрики, но совсем редко. В основном все вокруг старались вести себя сдержанно.
Никто не спешил подойти, спросить, что случилось, предложить помощь.
Тело затекло и болело, лежать на жёстком полу было очень неудобно. Обнажённую кожу неприятно обдувало ветерком. Сейчас бы встать, хоть перевернуться на бок… Но проклятые мышцы не слушались. Как во сне, когда надвигается что-то страшное, а ты не можешь пошевелиться.
Поняв, что на помощь рассчитывать не приходится, Зигфрид начал работать над собой. Пусть и не сразу, он проломил этот невидимый барьер: сначала, с огромнейшим трудом, заставил хотя бы один палец на руке шевельнуться, потом другой. И так, постепенно и мучительно возвращая подвижность задеревеневшим членам и приводя себя в норму, в конце концов умудрился сесть.
