Утром для разнообразия решил пройтись по порту, оглядеться. Который день тут, а до сих пор этого не сделал.
Домов да прочих сооружений тут было очень мало. Сказывалась удалённость от путей-дорог, да иных мест. Горы не близко, лес и того дальше, торговля не налажена. Да и что здесь «искать»? Мне до сих пор не понятно, что тут забыли те немногочисленные купцы, прибывшие с последними кораблями.
Я дошёл до крайней восточной точки порта, остановился у покосившихся зубьев частокола и снова огляделся. Моё внимание привлёк один человек, за которым лениво брёл небольшой медведь. Люди вокруг старались обходить стороной эту личность, а то и вовсе не замечать.
Человек остановился, скинул с головы на спину меховой наголовник. Обмотанные вокруг шеи уши-лопасти не дали тому совсем свалиться наземь.
Это был друид. Как пить дать друид.
Он вдруг повернулся вправо, явно ощущая, что кто-то на него пялится. Секундное раздумье и человек направился прямо ко мне. Его медведь сердито буркнул и, склонив голову к самой земле, поплёлся следом за хозяином.
Друид приблизился и поздоровался кивком.
— Скажи, мил человек, — начал мужчина приятным голосом, — где тут найти…
— Простите, но я тут в таком же положении, как и вы.
— То есть.
— То есть — не местный.
Друид понимающе улыбнулся.
— Прибыли на эльфийском судне? — уточнил он. — А я на «Рассекающем»…
— И по что судьба сюда привела?
На самом деле мне было всё равно. Спрашивал всё больше из вежливости, да и чтобы время убить.
— Я люблю посещать чужие края.
— Путешественник?
— Можно и так сказать. А вы?
— По службе. Посылают то в одно место, то в другое, — расплывчато отвечал друиду.
Медведь за его спиной смешно присел на задницу, раскинул задние лапы в стороны и, понурив большую лохматую голову, поглядывал наземь.
— А вы в этих одеждах очень похожи на местного, — продолжал друид. — Меня, кстати, зовут Фёдором. Прозвище — Ветер.
— Я - Бор. Прозвищ много… смотря, где нахожусь.
— Бор? Интересное имя… редкое. Сейчас так практически никого не называют. Откуда вы родом?
— С Ингоса.
— А-а, теперь ясно… Северяне ещё помнят, а некоторые ещё и чтят древние традиции.
— Что вам до моего имени? Ничего особенного.
Друид как-то странно пожал плечами.
— Ну, раз вы так считаете.
— Послушайте, Фёдор, вы бы загадками не говорили. Я человек прямой: есть что сказать, так валяйте!
— Сие слово на одном древнем наречии означает «рождённый». Так звали прародителя великого племени аро, от которого пошли мы — канийцы.
— Никогда не слышал о таком.
— Это не удивительно… Кстати, так его прозывают только на Ингосе. Правильнее говорить Бёрр.
— Как?
— Бёрр, а что?
И только друид это сказал, как я тут же вспомнил один момент, когда мне, вернее Сверру, старый наставник Гуннар, как обычно вечером у костра, рассказывал древние сказки да былины:
— Ростом Бёрр выше самого высокого кедра. У него могучая стать, как у умойрских кряжистых дубов. А волосы длинные-предлинные, словно берёзовые косы. Он носил густую бороду, гуще мха; плащ из серебряных ниток. Бёрр, женился на женщине, которую звали Вестла. Она была дочерью инеистого великана Вёльтирна. И родился у Бёрра и Вестлы сын, имя которому Воттан…
— Верно, — кивнул головой друид. — Верно. А говорите, что не знаете.
Я удивлённо посмотрел на Фёдора, с трудом понимая, что только что вслух рассказал повествование Гуннара.
— От Воттана идёт династия Валиров, — добавил друид. — Говорю, чтоб вы понимали. А также Видаров, Гермодов и Бальдуров…
— Глупости! — резко заявил кто-то.
Мы с друидом обернулись: оказывается, что к нам незаметно подошёл Бернар. По его лицу сразу стало понятно, что он ни в чём не согласен с друидом.
— Любая династия, будь то Валиры, Видары да прочие, всегда мнили себя потомками перволюдей.
— А джуны? — спросил я. — Они откуда?
Ветер с любопытством уставился на эльфа, мол, коли умный — отвечай. Тот совсем не скрывал своей надменности и, как следствия, превосходства над друидом.
— У нас на Тенебре есть поговорка: джуны пришли с юга, эльфа с запада, люди с севера, а орки — с востока.
— А остальные? — чуть улыбнулся Фёдор.
Бернар не стал отвечать. Ветер быстро смекнул, что эльф в некотором роде гонит его прочь, и, уже было стал откланиваться, чтобы уходить, как вдруг его внимание сосредоточилось на моих мечах:
— У вас, Бор, весьма занимательные клинки.
А вот это уже мне не особо понравилось. Совсем не понравилось.
Друид проигнорировал мой красноречивый взгляд. Он продолжал разглядывать оружие, при этом даже чуть наклонился.
— Ха! — простота Ветра, конечно, в чём-то подкупала, но уж если выбирать, с кем общаться, то уж лучше с эльфами. Они хотя бы тактичны. А у нас, северян, в чужой огород не лазают. — Знакомы с рунами?
— Что? — не понял я, поглядывая на своё оружие.
— Говорю, вы должно быть знакомы с рунной магией.
— Впервые слышу. Что это?
Бернар сощурился, но пока помалкивал. Он явно ждал продолжения от друида.
А Ветер не очень удивился. Скорее всего, он и так понимал, что оружие не моё. Фёдор ещё раз кинул взгляд на эфесы клинков, а потом проговорил:
— Не ваше оружие? Купили?
Я оскалился, но всё же ответил:
— Теперь моё. Достались от одного эльфа. А как они очутились у него — не знаю.
— Понятно, — друид явно относился к говорливым людям. Таким дай волю, будут болтать до бесконечности. Этот Ветер уже начинал утомлять. — Если хотите, то я кое-что поведаю о вашем оружии.
— Любопытно было бы, — хотя, если честно, то не очень. Разумнее было бы уйти прочь.
А Бернар по-прежнему молчал.
— Судя по клейму, — начал Фёдор, — делал их один и тот же мастер. Скорее всего, эльф.
Эка удивил! Ну, сейчас ему проясню:
— Это Братья Вороны. Вот этот клинок, фальшион, зовут Поющим. Сакс — Неистовым. Кошкодёр — сестрицей Лютой. И тут вы правы: все эти клинки выковал Эдельмир ди Дусер. Говорят, по заказу Валиров.
И лицо Ветра, и лицо Бернара вмиг преобразилось. Они даже стали в чём-то похожи.
— Ух, ты! — как-то странно обрадовался друид. — Ну, друг, скажу без преувеличений, что это несказанная удача. Эдельмир — знаток своего дела. Он великий маг…
— Ещё бы! — ухмыльнулся Бернар. Видно было, что ему не очень хотелось соглашаться, а всё ж приходилось.
Друид зацокал языком, при этом что-то бормоча себе под нос. Люди, проходившие рядом, странно косились то на него, то на меня, то на священника-эльфа. Медведь уже начинал подрёмывать, продолжая сидеть на задних лапах. При этом друидский питомец чуть похрапывал.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
