Твоя задача — явиться утром и провести развод, потом в течение дня проверить посты и докладывать обо всем мне. Да! Еще следить за боеприпасами, пушками и всем таким прочим — в случае появления в гавани чужих кораблей никаких действий не предпринимать, а ждать приказа.
— Угу, — выслушав, Андрей кивнул. — Значит, по приказу все. А если чужие корабли стрелять начнут?
— А вот если начнут — тогда и мы ответим. Без всякого приказа, ха-ха! Вообще-то, — комендант вдруг стал серьезен и даже, казалось, протрезвел. — Вообще, мы с тобой завтра все орудия досконально проверим и, самое главное, выясним — есть ли среди наших солдат артиллеристы.
— Хо?! — по-настоящему удивился Громов. — Так еще и артиллеристов может не быть? Вот это крепость!
— Может и не быть, да, — угрюмо согласился капитан Педро. — Зато все солдаты готовы жизнь положить за свободную Каталонию и короля Карлоса! А это, поверь, многого стоит — умение управляться с пушками дело наживное. Научатся!
Этот день прошел смутно, в тумане — Громов даже не помнил, как добрался домой, скорее всего, кто-то из солдат отвез в повозке… как, кстати, и капитана Педро. Зато следующее утро началось, как и обещал комендант — с боевой учебы.
Сначала был произведен развод — все, как положено, с построением и громовым рыком сержантов, с подъемом каталонского флага под барабанный бой. Приятно было смотреть, жаль, что недолго — новый комендант крепости оказался лицом практичным, тут же приступив к боевой учебе.
В качестве учителя оказался приглашенный английский капрал, старый рубака с круглым, украшенным шрамами лицом и кулаками, размером с голову новобранца. Ему даже не нужно было специально повышать голос, чтоб услышали, похоже, этот славный английский воин всегда так говорил, ничуть не сомневаясь, что гарнизон его понимает. Понимали, конечно… кое-что — капрал ведь не только говорил, но и показывал на примере стандартной двадцатичетырехфунтовой пушки, специально перемещенной для учебных целей от стены в сад, к виселицам, которые нынче не пустовали — все ж успели кого-то повесить.
— Враги! — кивнув на вяло раскачивающиеся трупы, с гордостью бросил капитан Педро. — Хотели взорвать пороховой погреб, слава богу, их вовремя обезвредили.
Громов нехотя повернул голову:
— А у крайнего, похоже, в голове дырка.
— У них у всех дырки, — раскуривая трубку, спокойно пояснил комендант. — Вражины оказали сопротивление — пришлось сначала их пристрелить, а уже потом — повесить.
— Зачем же тогда вешать? — изумился сеньор лейтенант. — Ведь и так убитые.
— Для порядку, — Педро Кавальиш выпустил в небо клубы зеленовато-бурого дыма и громко чихнул. — Ах, добрый виргинский табачок! Да-да, дружище Андреас, — для порядку и устрашения — чтоб виселица зря не пустовала и другим неповадно было.
— Логично.
Согласно кивнув, Андрей простился с капитаном до вечера и направился к своим подчиненным — наблюдать за учебой.
— Вот это — банник! — скинув кафтан и закатав рукава рубахи, деятельно объяснял капрал. — Прежде чем зарядить, берете и засовываете его… нет, не себе в задницу, как вы, верно, подумали, тысяча чертей вам в пасть! Прочищаете ствол, вот зачем банник, а уже потом с помощью этой палки с колотушкой на конце… кто сказал, что на конский член похоже? Никто ничего подобного… Значит, послышалось. Итак, палка эта шуфла называется, ею заталкиваете в ствол картуз с порохом… а ну-ка, давай ты, молодчик, попробуй. Давай-давай, не бойся — причиндалы не оторвет, тысяча чертей тебе в глотку! Ага… Вот, молодец, правильно. А вы что стоите, бездельники? А ну хватайте ядро… туда, туда его, в пушку… ага… Эй ты, парень, нечего в носу ковырять — бери вот эту плаку — пыжовник, забивай пыж… Ну слава богу, вроде управились. Теперь разворачивайте орудие… гм… ну хотя бы в сторону во-он той горушки… А ты иди сюда, вот тебе протравник — протыкай картуз… Проткнул? Да сильнее, сильнее, не гулящую девку по заду гладишь! Все! Теперь порох сыпьте… вон сюда, на полку… и в затравочное отверстие — тоже. Ну и что, что ветер? Сыпьте, да следите, чтоб не сдуло. Вот! Фитиль, надеюсь, запалить успели? Нет? Тоже мне, пушкари… Ага, зажгли уже… Давайте-ка сюда… Уши заткнуть!
Что-то зашипело, затрещал вспыхнувший порох… через пару секунд пушка подпрыгнула и резко рванулась назад, с ревом извергнув из себя целую кучу дыма и ядро, на глазах изумленных пушкарей снесшее половину горушки!
— Во, видали? — когда рассеялся дым, капрал гордо расправил плечи. — Тысяча чертей!
— Козопаса, кажись, убили, — опасливо косясь на орудие, произнес какой-то низкорослый солдатик с вытянутым унылым лицом. — Как бы эта адская дурища прямо тут же не разорвалась! Я слыхал — бывали случаи.
— Теперь — без моей подсказки, — между тем распорядился капрал. — Сами все делайте — прочищайте, закладывайте, насыпайте порох… если что не так, я подскажу.
Солдаты принялись действовать, Громов же, искоса поглядывая на вверенное ему войско (количеством явно до полуроты не дотягивающее), подошел к англичанину:
— Неплохой выстрел, сэр.
— Что вы, господин лейтенант, — сконфузился бравый вояка. — Я ведь из простых.
— Все равно, за такой выстрел можно и сэром назвать, — одобрительно покивал молодой человек. — Настоящего профессионала видно издалека, знаете ли! Вот, помнится, был у меня в гараже один слесарь — золотые руки, но, как выпьет, так лучше и не подходи.
— А, так вы насчет выпить, сэр лейтенант! — капрал распушил рыжие усы. — Так это я завсегда пожалуйста. Даже обязательно надо выпить — а то вкус пороха так на губах и останется. Чувствуете, кислит?
— Кислит, — согласился Громов. — А вы на ветер поправку делаете?
— Когда как, — англичанин сейчас разговаривал важно, с достоинством и без ругани, видать оценил всю серьезность собеседника. — Когда и не успеешь, не до того. Я ведь на кораблях много служил, старшим канониром. Вот, я вам доложу, работка! Все качается, толком не повернешься — теснота, а ежели еще вражье ядро в пушечный порт залетит… Ах, тысяча чертей — видал я такое дело, не приведи господи. А вообще, эта пушка на полторы тысячи ярдов бьет, даже больше, — капрал кивнул на «учебное» орудие с копошащимися вокруг него солдатиками крепостного гарнизона.
— Пушка к выстрелу готова, сеньор лейтенант! — подбежав, доложил сержант — коренастый малый с вечно недовольным лицом ипохондрика и большими красными руками. — Прикажете открыть огонь?
— Что они спрашивают? — с интересом осведомился капрал.
Громов ответил честно:
— Не знаю. Наверное, спрашивают разрешения стрелять.
— Раз зарядили, так пусть уж стреляют, черт побери!
Андрей махнул рукой.
— Уши за-аткнуть! — тут же скомандовал англичанин. — Приготовились… Огонь!
Бабах!!!
На этот раз ядро угодило в воду, в залив, как раз между
