Они шли с Готреком вдоль кромки джунглей, но пока не встретили никаких следов молодого гнома.
— Может, он заблудился в джунглях? — спросил неуверенно Феликс.
— Может, и так. Всё равно сейчас уже ничего не разглядеть. Придётся подождать до утра.
Но когда наступило утро, они не нашли больше никаких следов и понятия не имели, куда мог пропасть короткобородый. Поисковые группы также вернулись из джунглей ни с чем.
Катя повела гномов ещё глубже в дебри. С ней пошли десять самых крепких матросов, старшим из которых был Урли. Ахабссон решил остаться с кораблём и наблюдать за ремонтом. Феликс решил, что это означало, что капитан доверяет им. С другой стороны они никуда не могли деться без корабля, поэтому Ахабссон мог это себе позволить.
Оказавшись на твёрдой земле, гномы нацепили на себя более традиционное боевое снаряжение. Теперь они были в кольчугах, на спинах несли щиты. Были у них и шлемы, но из-за ужасной духоты практически все оставили их болтаться на ремешках, завязанных на шеях. Гномы были вооружены мушкетами и арбалетами, а Урли держал в руках устрашающего вида мушкетон. Даже у Феликса за поясом имелась пара позаимствованных у капитана пистолетов. Он, как и гномы, надел кольчугу, и хотя лезть в гору в ней было сущим адом, ему было спокойнее под её защитой. И только на Готреке и Кате Мурилло не было никаких доспехов.
В воздухе роились москиты, попадавшиеся на пути болотца кишели пиявками, а по веткам и стволам деревьев сновали большие муравьи, которые больно кусались, о чём Феликс узнал, попытавшись голыми руками смахнуть парочку со своей одежды. Посреди всех этих тропиков гномы выглядели совсем неуместно, точно так же, как выглядели бы орки на эльфийской свадьбе. Феликс тоже чувствовал себя не в своей тарелке. Он вырос в столице Империи, Альтдорфе, и сейчас с удовольствием предпочёл бы находиться именно там.
А вот по Кате не было заметно, чтобы она испытывала какого-либо рода беспокойство. Она продолжала бодро вести их отряд вдоль ручья, всё дальше уходя вглубь острова. Феликс видел, что она хорошо может скрывать свои чувства. Девушка присела на ствол упавшего пальмового дерева и сделала глоток из фляжки. Гномы столпились вокруг, всматриваясь в сумрак джунглей, многие тоже приложились к своим бурдюкам с элем.
— И что теперь? — спросил Феликс, — Что мы ищем?
— Старую дорогу или тропу. На карте была линия, которая могла означать только это.
— А не слишком ли ты доверяешься узору на шкатулке для драгоценностей?
— Мой отец был хитрым, Феликс Ягер, и очень дотошным. Я также помню, что он упоминал какую-то древнюю дорогу, проходившую через джунгли.
Феликс подумал, что они гоняются за химерами. Остров — огромен как Имперский баронат или даже целое графство, а они рыскают по нему в поисках сокровищ, которых на самом деле может вообще не быть, опираясь лишь на обрывочные воспоминания старых историй, рассказанных Кате её отцом. И это, считая, что она говорит правду, в чём Феликс был уже не совсем уверен.
«Только гномы могут польститься на такой след», — подумал Феликс и тут же осознал, что обманывает себя. Многие путешественники шли на гораздо более безумные поступки, полагаясь на ещё более туманные слухи. Да, он и сам вместе с Готреком поступал так. Тем более, что им всё равно было нечем больше заняться, пока корабль ремонтируется.
Феликсу пришло на ум, что Ахабссон на самом деле не рискует ничем кроме жизней простых солдат. Все важные члены экипажа: инженеры, комендоры и матросы остались на борту корабля. Капитан приказал им всем остаться, не обращая внимания на их протестующее ворчание. Если поисковый отряд никогда не вернётся из дебрей джунглей, Ахабссон попросту закончит ремонт, поднимет якорь и отчалит. Верил ли он рассказам девушки, спрашивал себя Феликс, вполне возможно, что не очень-то. Он рискнул жизнями своих пассажиров и части экипажа, в надежде найти сокровища. Вот так просто. Уважение Феликса к деловой хватке Ахабссона росло пропорционально его возмущению к ней.
— Что будет, когда найдём тракт? — спросил Феликс, гномы замолчали, явно ожидая, что скажет девушка.
— Скажу, когда мы до него дойдём, — ответила она. Теперь, когда они оказались в лесу, её поведение изменилось. Оно стало более царственным. Она вела себя так, словно привыкла, что бы ей всегда беспрекословно подчинялись.
— А что если с тобой что-нибудь случится?
— Постарайтесь, чтобы не случилось, — со смехом ответила Катя, но Феликсу было очевидно, что она просто не хочет рассказывать.
— Мы очень постараемся, — ответил он.
К полудню они вышли на древнюю дорогу. Она оказалась сильно заросшей, сквозь трещины между камнями разрослась высокая трава. Но кое-где брусчатка была всё ещё хорошо видна, она напомнила Феликсу о дорогах, виденных им на другом конце мира.
— Это немного похоже на кладку, которую мы видели на Путях Древних и в храме на Альбионе, да? — обратился он к Готреку.
— Ага, человек. Я думал, когда же ты заметишь. Однако они не совсем такие же. Больше похожи на сделанные людьми копии более древних сооружений, — Катя бросила на них косой взгляд.
— Вы бывали на Альбионе? — спросила она. Феликс ответил кивком.
— Вы необыкновенно много попутешествовали.
— Можно сказать и так, — проговорил Феликс, он ускорил шаги и, обогнав гномов, направился вперёд в джунгли. У него были очень неприятные воспоминания, связанные с Путями Древних, и он ни за что не хотел переживать их снова. Он шагал, не обращая внимания ни на заливистое пение птиц, ни на хлеставшие его лицо ветви.
— Феликс, остановись! — услышал он окрик девушки, — Ты идёшь не в ту сторону.
— Думаешь, здесь были Древние? — спросил Готрека Феликс, поравнявшись с ним. Убийца склонил голову набок, раздумывая над ответом.
— Возможно. Это не похоже на работу орков.
Феликс заметил, что Катя смотрит на них.
— Вы знаете о Древних? — спросила она, — Я думала, только учёные или колдуны знают о них.
— Совсем чуть-чуть. Нам попадались их творения раньше. Очень далеко отсюда. А ты спрашиваешь так, как будто знаешь о них больше меня.
— Мой отец был по-своему учёным. Он рассказывал о какой-то доисторической цивилизации, построившей города и храмы, и об орках, уничтоживших её. Скорее всего, после Древних и до орков здесь жили люди, ведь Древних давным-давно нет, я лично расспрашивала про них многих учёных.
— Спроси пять учёных про Древних, получишь пятнадцать разных мнений, — хмыкнул Феликс, — О них ничего неизвестно наверняка.
— Меня всё равно больше интересуют сокровища, — улыбнулась ему Катя, но что-то в её взгляде говорило Феликсу об обратном.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
