была глубоко несчастна и не задумывалась о том, что говорит.
— Мне даже поговорить не с кем, — хлюпая носом, начала жаловаться Лиза. Роботу? Пофиг. Ей было нужно выговориться, пока переживания не разорвали её изнутри. И даже хорошо, что роботу. Он, по крайней мере, не расскажет никому, и над ней не будут смеяться из-за того, что она дала слабину.
— Столько всего навалилось, а я даже папе с мамой не могу об этом написать… Они скажут, чтобы я возвращалась, а как тогда быть со всеми моими планами? Хотя обычная школа для девочек уже не кажется таким уж плохим местом, и даже Луиза не такая грымза, как я думала. Тут всё намного, намного хуже…
— И что же такое у тебя случилось? Из-за чего такие переживания? — спросил участливый голос.
От неожиданности Лиза икнула и замолчала. Потом торопливо вытерла слёзы и нос. Она что, не заметила ремонтника в кокпите и всё это время плакалась при свидетеле⁈ Стыдобище-то какое!
Но в кокпите было место только для пилота, и она была в нём одна, если не считать…
Маленькая голограмма, в точности повторяющая «Палач», вежливо поклонилась ей с панели управления.
Ничего подобного прежде Лиза тут не видела. И в настройках не попадалось — хотя она же в основном движения и оружие перебирала, могла и пропустить… Почему же вдруг включился новый интерфейс? Из-за удара что-то перемкнуло, когда Винсент оторвал ему ногу?
Глаза снова наполнились слезами.
— Что значит — какие переживания⁈ Я же про… проиграааала!
— Всего лишь один бой за рейтинг, — возразил «Палач». — Это же не настоящий бой насмерть.
— Но я теперь ещё долго не смогу вызвать Юлия и отомстить ему! — возмутилась Лиза.
— За что отомстить? — голограмма вполне искренне удивилась.
— Э… — девушка зависла.
А как, действительно, объяснить, за что она собралась мстить?
— Ну, он же мой брат! — вряд ли поймёт. Потому что на самом деле это месть папе, у которого оказался сын чуть старше её самой, а папу она любит, и ей от этого ещё больнее, и…
— Кто тебе это сказал? — спросила голограмма.
— Александра… Александра Герега, — отозвалась девушка.
— И ты ей веришь?
— Но она же лучший генетик в Академии! — воскликнула Лиза.
— Но даже лучший генетик среди всех людей может ошибиться, — возразил «Палач». — Или соврать.
— Но зачем ей это делать⁈ — Лиза искренне не понимала, куда клонит её миниатюрный собеседник.
— А вот над этим стоит подумать, — начал «Палач», усаживаясь поудобнее. — Для чего Александре Герега может быть нужно, чтобы ты верила, будто Ведьмак твой брат?
Упоминание позывного нечаянного брата заставило слёзы буквально брызнуть из глаз.
Какое право он вообще имеет быть её братом⁈ Как ей ему мстить, если он настолько лучше неё⁈ Ей никогда его не догнать, не говоря уж о том, чтобы превзойти!
Всё это вперемежку с рыданиями вываливалось на электронную голову голограммы, не позволяя «Палачу» и слово вставить. Когда Лиза пошла на третий круг, он покачал этой самой головой и запустил среду виртуальной реальности. С тем самым симулятором, на котором тренировалась будущая студентка Звёздной Академии.
— А… — Лиза застыла, осознав, что происходящее в простой интерфейс уже никак не укладывается.
— Покажи мне, — мягко предложила голограмма.
— Ч-что п-показать? — непослушными губами спросила девушка.
— То, из-за чего ты так переживаешь. Я уже понял, что проблема в этой симуляции. Но я хочу посмотреть, как ты её проходишь.
— Т-ты кто такой⁈ — выпалила она наконец, не отводя взгляда от миниатюрной фигурки мобильного доспеха.
— Ты можешь называть меня АЛ, — с джентльменским поклоном ответил «Палач». — Ну же, Фея, я хочу увидеть, как ты работаешь.
Очень медленно до Лизы доходил масштаб случившейся катастрофы.
Она ошиблась мехом.
Она забралась в мобильный доспех Ведьмака!
Панические мысли вихрем закружились у неё в голове. Всё перемешалось: и выкрики Винсента о том, что «Палачом» Юлия управляет ИИ, и непонимание, почему он впустил её — у неё ведь не было доступа, и ужас при мысли о том, что теперь Ведьмак всё узнает, и что ещё хуже — увидит запись того, как она тут из-за него рыдала…
Попросить, чтобы АЛ ничего ему не говорил, не позволяла гордость — это бы означало признаться, насколько для неё важно мнение Юлия о себе.
— Ну же, — в который раз повторила голограмма. — Ты же можешь, я знаю.
И тут словно лопнул какой-то пузырёк внутри. Ужас и отчаяние сменились жаждой доказать, что она ничем не хуже. Узнает что-то? Да пусть знает!
Только руки ещё подрагивали, когда Лиза положила их на панель управления — и результат закономерно оказался сокрушительным.
Она проиграла, как зелёная соплячка.
— Бывает, — не давая ей опомниться, сказала голограмма, — ты просто перенервничала. Повторим?
Она повторила, постаравшись взять себя в руки и мысленно благодаря судьбу за то, что никто, кроме ИИ, не видит её позора. Окажись это всё в учебных логах вирт-капсулы, над ней бы уже сегодня ржала вся Академия. А так оставалась надежда, что Ведьмак не даст хода записи. Оставит для себя.
На этот раз она прошла дальше, но отвлеклась на мысли о Ведьмаке и снова проиграла.
— Ещё раз, — АЛ снова запустил хорошо знакомую ей миссию. — Не бойся. Я ему не скажу.
Лиза вздрогнула. Откуда ему знать, о чём она сейчас думает? Он что, мысли читает⁈ Девушка опасливо покосилась на голограмму, но странным образом у неё прибавилось уверенности в себе. Юлий не узнает о её позоре, можно было не беспокоиться об этом.
Ещё несколько провальных попыток — и она наконец овладела собой настолько, что смогла повторить свой лучший результат.
«9998».
Как всегда, на единицу меньше, чем у заветного результата.
— Я никогда его не превзойду, — тихо сказала девушка.
— Ещё раз, — ответил АЛ, вновь запуская симуляцию.
Лиза по-разному приходила к своему лучшему результату. С восторгом — в первый раз. С отчаянием, злостью, негодующими воплями — когда пыталась сравняться с Ведьмаком. Но равнодушно — впервые.
«9998».
АЛ высветил область, которая выпадала из прямой видимости.
— Один выстрел сюда. Навесом.
Лиза выполнила команду прежде, чем осознала, что делает. Ракета вырвалась из пускового устройства и устремилась к цели по крутой дуге. Последовала короткая
