в денежном эквиваленте? Хотя.… Зная тебя, другое б не предложил. И во сколько единиц оценил разовое нарушение?
- В десять, а что?
Мара аж поперхнулась.
- Извини, Антон, но в моём родном языке отсутствуют синонимым тому, что хочу сказать. Скажу по-русски, ты «охренел»? Знаешь, какая ставка у техника в лаборатории? Ну ладно у техника, у врача-специалиста, имеющего статус в обществе выше среднего? Не знаешь? Скажу – не более двухсот пятидесяти единиц. А техник в месяц получает не более ста двадцати. И после каждого эмоционального срыва ты будешь снимать с них десять единиц? И не раз на дню? Так к концу месяца они не то, что не получит ничего, ещё останутся тебе должны.
- Упс. – Антон удивлённо посмотрел на девушку. – Ты это серьёзно? Я имею в виду ставки?
- Есть жесткая тарификация по специальностям и не стоит забывать о статусе каждого человека в обществе. Это жёсткая иерархия, которая может себя, изжила, но никуда не делась и с ней приходится считаться.
- Хорошо, Мара, я понял. Подумаю, как выйти из дурацкой ситуации. Сам её создал, сам и буду выкручиваться. – Антон посмотрел на сестру и, увидев кивок, вновь обратился к девушке. – Ещё один серьёзный вопрос. Хотим выслушать твоё мнение, потому что ты нам не чужая, но плоть от плоти принадлежишь этому миру. В любом случае прошу информацию, которую услышишь, не выносить за пределы этой комнаты.
Дождавшись кивка, продолжил.
- Возвращаясь к разговору о единой волне общения в трёх союзных мирах. Мы уже сказали, что человеческий мозг чрезвычайно сложная конструкция, в которой никто из ныне живущих до конца так и не разобрался ни у нас, ни у Вас. Определено, какие разделы мозга за что отвечает, это так, хотя и по вроде как устоявшимся предположениям можно поспорить. Разговор пойдёт совсем о другом. Ты уже в курсе, что модуляции волн мозговой активности имеют множество как врождённых настроек, так и приобретённых благодаря работе каждого индивидума над самим собой. Мы ещё в детстве нашли возможность повысить модуляцию на порядок, тем самым создав лично свой канал, на котором можем обмениваться информацией только вдвоём. За много лет обмена информацией с себе подобными, имею в виду менталов, убедились, что нашу «волну» подслушать никто не может. Мы не остановились на достигнутом, стали развивать свои способности дальше. Конечно, будет громко сказано, что стали своего рода «сканерами» мозговой активности, но того, чего добились мы, больше, уверен, мало кто достиг. К чему веду? К тому, что именно в твоём мире, Мара, мы обнаружили как минимум три канала, о которых не знают власти. И этими каналами ежедневно активно пользуется множество людей... Впервые наткнулся на другую волну, когда на нас напали Имперцы после неудачного визита в твой дом, помнишь? Их обособленное общение и навело меня на мысль, что раз есть один канал, может быть второй, третий и так далее. Мы ведь четверо не уникумы во Вселенной... Стал слушать, эксперементировать. Как догадываешься, наткнулся именно на тех, кого зесь называют игои. Большинство из них пользуются не только устной речью, но и общаются с себе подобными мысленно. Да, Мара, именно мысленно, сохраняя в тайне от остальных, что они не изгои, просто другие. И таких не единицы и не десятки. Даже не сотни и тысячи. Не знаю, мы не интересовались содержанием разговоров, но частоту волновой модуляции засекли точно. И не раз убеждались, что это не случайные всплески активности мозга отдельных персон, а вполне связанная речь при ментальном общении. Отсюда вытекает вопрос. Стоит ли об этом извещать руководство не только планеты, но и всего Союза. Уверен, на других планетах Союза дело обстоит аналогично.
Мара выслушала Антона с непроницаемым лицом, лишь пару раз отчего-то скривилась, словно от неприятных воспоминаний. После паузы постаралась объяснить, глядя на напряжённые лица двойняшек.
- Антош, Рина. То, что сейчас услышала, очень важно как в плане безопасности, так и просто в человеческом понимании строения общества. Я имею в виду безопасности населения наших миров. Не хотела делиться своими ощущениями, но для меня услышанное не стало новостью, скорее получила подтверждением некоторым размышлений. До этой минуты ни кем никогда не делились, но Вам расскажу. Много лет назад, когда только стала курсантом Отдела Поиска, на одной из тренировок на Полигоне получила серьёзную травму. Была в коме около недели, а в больнице провела в общей сложности больше двух месяцев. Как позже сказали врачи, у меня обнаружили повреждёние мозга от неизвестного узконаправленного излучения. Было проведено расследование, но кто меня хотел убить и каким аппаратом воспользовался злоумышленнк, так и осталось неизвестно. Были две версии - на меня воздействовал не человек, а какой-то высокотехнологический аппарат. Вторая версия – воздействовал человек, но его ментальная атака была многократно усилена техникой. К чему рассказываю? На протяжении нескольких дней после того, как пришла в сознание, слышала в голове многоголосый шум. Причём понимала, что это не мои галлюцинации, и не слышу одновременно разговоры множества людей. Совсем другое. Это было похоже на звучание множества струн, пониманете? Не одной или двух, как при обычном общении, а порядка пяти или шести. Слышала голоса, правда слов разобрать не могла, словно отсутствовала фокусировка. Но, хотя и не понимала слов, ощущала эмоции людей – смех, радость, слёзы и злость. Первый день чуть не сошла с ума от непрерывного гула в голове. На второй уже морально смирилась с неизбежным, а спустя неделю всё сошло на нет, исчезло напрочь, хотя именно после травмы у меня значительно расширился диапазон поиска. Подобных мне за всю историю существования Отдела было всего лишь двое. Я способна засечь любое мыслящее существо на расстоянии полутысячи километров вокруг себя. Не стану утверждать, что могу общаться на таком расстоянии, нет, это диапазон фиксации наличия разумного. Общаться же с себе подобным, уловить мысли человека - максимальное расстояние уже намного меньше. Двести, максимум триста километров для меня предел, притом в изматывающем режиме.
- Ты сильная, Мара, - Арина сидела рядом с братом, положив голову ему на плечо, – но у нас есть уникумы, кто может подать сигнал тревоги или подобный короткий сигнал на четыре, а некоторые и на пять тысяч километров. Хранители, их так называют, это особая каста эмпатов и менталов, которые круглосуточно мониторят огромные расстояния на предмет прорыва из других миров, причём засекают конкретное место с точностью до десятка метров. Их единицы на
