Проблема была только в том, что мы чуть-чуть увлеклись… И за это время «Косатка», под управлением вернувшего себе кресло первого пилота Александера, успела выйти из сверхсвета, затормозить и даже сесть на нужную нам планету. Так что теперь приходилось поторапливаться — снаружи нас уже ждали, в первую очередь меня. Ведь это на моё имя Вениамин послал запрос администрации Кровавой Арены, сопроводив его кругленьким взносом. Настолько кругленьким, что на него можно было бы снарядить несколько боевых кораблей.
Если бы узнал заранее, что так будет — потребовал бы от жреца Хаоса компенсации. Но он мою претензию, когда я пришёл разбираться, проигнорировал, только посмотрел остекленевшим глазами с огромными зрачками, пробормотал какую-то бессвязную чушь, и глупо улыбнулся.
На мой вопрос, что происходит, вместо жреца ответил Громовержец. Тяжело вздохнув, дракон признался, что когда мы в последний раз садились на Ирий, Руслан закупился на всю дорогу сильнодействующими наркотиками. Судя по всему, запрет на спиртное, наложенный Богом Хаоса, на эти вещества не распространялся.
Так что я остался со своим возмущением один на один. Хотя следовало признать, что виноват сам, лучше надо было читать мелкий текст в договоре. Пункт про взнос раскопал дотошный Вениамин. Сам, когда читал, его просто не заметил…
Пришлось смириться. Возмущаться можно сколько угодно — но все договорённости уже скреплены нерушимыми клятвами, пути назад нет. А Разрушитель и его глупый последователь ещё поплатятся за все свои фокусы. Когда-нибудь…
Сейчас же пришла пора выполнять свою часть обязательств.
В сопровождении нашей небольшой и такой разношёрстной команды, я наконец спустился на поверхность Неары, второй планеты Теты Всадника, ничем не примечательного красного карлика. Нас встречал настоящий кортеж из старомодно выглядящих колёсных автомобилей, с водителями в костюмах — и таких же старомодных шляпах-котелках. Судя по всему, автопилот и автоматику местные не признавали.
Смотреть бои на Кровавой Арене мы отправились в полном составе — кроме Руслана, который был всё ещё в не очень вменяемом состоянии, и Центуриона, не оставляющего в одиночестве своего хозяина. Зато корабль покинул Громовержец, и отговорить его я не стал.
Местные не удивились присутствию дракона. Более того — для него, как оказалось, уже подготовлен специальный грузовик, похожий на те, в которых перевозят скот. И Гром хоть немного попыхтел, возмущаясь таким неподобающим статусу транспортом, но всё-таки внутрь полез.
Ехали недолго. Мощёная булыжником дорога уже очень скоро начала постепенно забирать вверх, взбираясь на невысокий холм, а мелькающие за окнами симпатичные особнячки, лужки с пасущимися коровами, рощицы и плодовые сады сменились двух-, трёх— и четырёхэтажными домами небольшого города.
Остановились на площади перед высокой каменной оградой, за которой угадывался уютный зелёный сквер и невысокое здание салатного цвета, с белыми колоннами и оконными рамами.
У дверей нас встречал мужчина, также в строгом костюме и шляпе, и прячущийся за его спиной целый выводок прислуги.
— Темнозар Храбрович. Спутники… И спутницы. Добро пожаловать на Неару! Меня зовут Говард Валентайн, и я представляю администрацию Кровавой Арены.
Мы обменялись рукопожатиями.
А дальше были формальности, куча формальностей… Всё очень вежливо, но строго и дотошно.
Пока моя команда размещалась в особняке, обеспечивала минимальные меры по обеспечению нашей безопасности и знакомилась с легионами прислуги, мне пришлось подтвердить множество вещей, заявленных в отправленной ранее Вениамином анкете.
Подтверждались ответы не как-нибудь, а клятвой Кровавыми — или перстнями. Причём, как оказалось, Валентайн этот — не какая-нибудь сошка, а тень, знатный аристократ, член какого-то клуба… Короче, проверка на соответствие оказалась действительно серьёзной.
Последним вопросом представителя администрации было — нет ли среди нас тех, кто служит Разрушителю. Я честно ответил, что нет, ведь Руслан остался на борту.
— Отлично. Тогда будем считать, что все формальности соблюдены. Вы внесены в списки, можете посещать все мероприятия Кровавой Арены как зрители. Первый бой уже завтра, так что вам повезло успеть в последний момент. Какие-нибудь вопросы?
— Да, у меня есть один. А с чем был связан вопрос про последователей хаоса?
— Существует полный и безальтернативный запрет на их присутствие.
— А служители других богов — могут быть?
— Да. Остальные могут.
— С чем это связано, не скажете?
— Да были, знаете ли… Прецеденты. А с какой целью интересуетесь?
— Так, просто любопытство…
Вот оказалось как. Картинка начала обрастать подробностями: судя по всему, Руслан сам никак не мог пробраться сюда, разве что — нелегально. Судя по виденным нами многочисленным городовым, это могло стать проблемой: меры по защите принимались беспрецедентные.
— Говард, у меня к вам ещё вопрос. Моя супруга, — я кинул быстрый взгляд на подошедшую к нам Яромиру. — Фанатка одной из участниц боёв. Мы могли бы как-нибудь с нею встретиться?
— Увы, но нет. До окончания мероприятия все контакты с гладиаторами строго запрещены. Полностью. А кто вас интересует?
— Кажется, её зовут Ива. Да, дорогая?..
Яра кинула в меня убийственный взгляд. Но уполномоченный кивнул, будто услышал то, что и ожидал услышать.
— Так я и думал. Она одна из самых популярных среди женщин-гладиаторов сейчас. Но, как и сказал — к сожалению, до завершения игр встретиться с нею невозможно. Да и после этого, боюсь, какое-то время придётся подождать.
— Да? А в чём дело?..
— На конец игр запланирована церемония посвящения. Сёстры Битв принимают гладиатора Иву в свои ряды.
— Чинга ту мадре… — Хосе не сдержал эмоций. Мне, если честно, тоже захотелось выругаться.
Валентайн будто не заметил нашей реакции, и продолжил:
— Всё будет проходить в прямом эфире, прямо перед голокамерами… И перед вами, дорогие зрители. Такое происходит впервые, не пропустите. Конечно, всё это случится, если девушка дойдёт до финала… Но в этом никто не сомневается.
— То есть… Сразу после окончания боёв, без перерыва, Сёстры Битв принимают Иву в свои ряды? Иначе говоря — она посвятит себя богине войны?
— Да.
— И до этого момента её увидеть никак нельзя?
— Всё так. И после обряда… Скорее всего, девушке некоторое время будет не до посетителей. Процедура, знаете ли, не самая простая.
— Это понятно. Слушайте, такое дело… — я увлёк Валентайна за собой, отвёл в сторону и понизил голос до шёпота. — Нам бы очень хотелось увидеть эту Иву до обряда и до начала боёв. Может, это всё-таки можно сделать?
— Увы, нет. Боюсь вас расстроить, но вне арены все бойцы находятся под усиленной охраной. Погибнуть они имеют право только перед объективами голокамер. Так что если у вас какие-то счёты…
— Нет-нет, нам именно что надо увидеться и поговорить.
— Хорошо. Просто… У этой девушки внезапно очень могущественные враги. Которые давно пытаются достать её… Разными способами. Поэтому наши люди оберегают её в усиленном режиме.
— Я вас понял, Говард. Спасибо.
— Если у вас больше нет вопросов, я могу идти?
— Да, можете… Хотя нет, постойте. А можете рассказать про то, что требуется, чтобы стать гладиатором? Ну, чисто гипотетически. Если я вдруг захочу сам прославиться и покрасоваться перед зрителями…
Поймал на себе очень заинтересованный взгляд уполномоченного.
— Чисто гипотетически… Если, конечно, вы сам, — это слово он выделил выражением, — хотите участвовать в боях…
— Да-да, если я сам хочу участвовать в боях…
— Это можно, и даже очень легко, устроить. Даже скажу больше — это было бы нам очень интересно…
Глава 7
Дождь истошно барабанил по черепице и гремел по водосточным трубам. Вместе со стонами Яромиры он сплетался в настоящую симфонию, красивейшую и бесконечно приятную для слуха.
