– Маркус важнее, – не согласился Антуан.
– Почему? Если он так хорошо спрятался, то своими поисками мы только приведем этих людей к нему. Если при этом так и не выясним, кто они, то не сможем его защитить.
– Нелл, я понимаю, что ты все еще испытываешь сильную эмоциональную привязанность к этому Маркусу, – мягко заметил Антуан, – но я должен думать не только о его безопасности, но также и о том, чтобы никто не пострадал от его рук.
– Он не опасен.
– На его совести уже четыре трупа, – напомнил Берт.
– Это была самооборона!
– Весьма брутальная самооборона, – заметил Фрай.
– Их было трое, а он один, – ничуть не смутилась я. – Вы думаете, в такие моменты реально рассчитать силы?
– И тем не менее, – отрезал Антуан. – Да, его спровоцировали, но он все еще спровоцирован. И находится в состоянии неопределенности и стресса, а мы все помним, каким он был в таких условиях: нервным и агрессивным. И потом… Он нужен нам хотя бы как свидетель.
Дверь переговорной распахнулась, поэтому наш спор прервался сам собой. На пороге появилась несколько запыхавшаяся Маль. Она извинилась за опоздание и торопливо заняла свободное место за столом, а мы потянулись к распечаткам, которые принес Антуан: за нашим спором мы совсем о них забыли.
– Это не гибриды, – первым делом заявила Маль, не дожидаясь вопросов. – Никаких посторонних хромосом, они абсолютно точно люди, так сказать, «без примесей».
– Но они генетические копии тех мужчин, которых мы нашли по их отпечаткам пальцев? – уточнил Антуан, пробегая глазами текст отчета.
– Да.
– И что это значит? – Антуан поднял на нее строгий взгляд. – Они что, копии, но созданы как-то иначе?
– Клонированы? – предположил Фрай.
– Эта технология находится пока в зачаточном состоянии, – отмахнулся Антуан. – Мы едва научились клонировать клетку, но не целый организм. И уж тем более не человека.
Все снова посмотрели на Маль. Было видно, что она чувствует себя неуютно. То ли ее смущало недоверие в голосе Антуана, то ли то, что у нее нет ответов на его вопросы. Ее взгляд бегал с предмета на предмет, пока не остановился на несколько секунд на мне, но потом она снова опустила его в папку, раскрытую перед ней на столе.
– Генетически они идентичны, – повторила она, – но при сравнении мертвых тел с медицинскими картами живых двойников я обратила внимание на ряд мелких несоответствий. У кого-то лишняя пломба, у кого-то следы двустороннего воспаления легких, которого нет в медицинской карте оригинала. Вроде бы ничего особенного, это всего лишь говорит о том, что эти… копии, клоны – я пока не знаю – после создания болели и лечились. Странно другое: у одного из них довольно старый перелом. Ему как минимум десять лет.
– Десять лет? – хором переспросили мы с Бертом.
– В этом нет никакого смысла, – добавил Берт. – Это просто невозможно!
– Невозможного не существует, – пробормотал Фрай, после чего едва не застонал в голос.
Он откинулся на спинку кресла и съехал вниз, закрывая лицо руками.
– В чем дело? – Антуан настороженно покосился на него.
– Арка, – невнятно пробормотал Фрай, не отнимая ладони от лица.
– Та самая Арка? – уточнила я. – Она-то здесь при чем?
Фрай вздохнул, выпрямился и сложил руки перед собой как примерный отличник в школе.
– Короче, я вам сейчас кое-что расскажу, но буду отрицать, что рассказал вам это. А лучше, если вы сделаете вид, что ничего такого не знаете.
– Интригующее начало, – протянул Берт, обменявшись со мной настороженными взглядами.
– Да… – согласился Фрай. Он набрал в легкие побольше воздуха и выпалил: – Вполне вероятно, что эти люди – не копии, а те самые люди, которых мы нашли пока живыми. Но из будущего. Видимо, из-за не менее десятилетнего рубежа, что вполне соответствует теории схождения потоков, которую мы сейчас прорабатываем.
– Постой… – перебила я, тряхнув головой. – Ваша Арка – это машина времени?
– Не машина, нет. Портал. Временной портал. Это пока теория. В теории схождение потоков может образовывать… дыры во времени. Мы построили Арку, чтобы локализовать такое схождение потоков… Другими словами, чтобы получить дыру в ритуальном зале, наблюдать ее и изучить.
– И у вас получилось? – напряженно уточнил Антуан.
Фрай смутился.
– Не совсем. Вообще-то… Все это по-прежнему всего лишь теория. Понимаете, схождения потоков пока так и не произошло, мы еще ждем.
– И куда вы планируете открыть этот временной портал? Точнее… В когда? – с сомнением поинтересовался Берт. – Ты же сам в пятницу рассказывал, как опасно что-то менять в прошлом, что это может привести к коллапсу Вселенной.
– На самом деле, мы не умеем управлять порталом. Пока. Пока мы просто надеемся, что дыра появится в нужном месте и мы сможем отправить через нее зонд, чтобы взглянуть на то, что по другую сторону. Прошлое это будет или будущее, я не знаю.
– То есть процесс неуправляем? – хмыкнул Антуан, заметно расслабляясь.
– Пока нет, – кивнул Фрай. – Но кто знает, как далеко мы продвинемся через десять лет? Или через двадцать?
– Ты думаешь, что кто-то из будущего открыл портал в прошлое, чтобы похитить Маркуса-химеру? – прищурившись, уточнил Берт. – Рискуя привести собственную вселенную к коллапсу? Тебе не кажется, что это несколько неразумно? Какой псих пойдет на такое? И зачем?
– Да откуда же я знаю! – нервно рассмеялся Фрай. – Я лишь предположил.
– Вообще-то, – неуверенно вставила Маль, – в предположении Орба есть смысл. Меня при исследовании тел смущало то, что они казались старше, чем те люди, которых мы нашли.
– Значит, у нас две теории и обе одинаково фантастичны: неизвестная нам технология копирования и путешествия во времени, – вздохнул Антуан. – И ни в том, ни в другом случае мы не представляем, кто мог на это пойти и зачем. И связана ли наша ситуация напрямую с Рантор или мы имеем дело с новой проблемой. – Он обвел нас тяжелым взглядом. – Предложения?
– Я согласен с тем, что нужно прежде всего найти Маркуса, – быстро сказал Берт. – Хотя бы потому, что те неизвестные тоже будут его искать, и сейчас это наш единственный способ перехватить их. Другие ниточки они пока обрубили.
На этот раз я не нашла, что возразить. И хотя у меня была еще одна версия, чем стоит заняться, я не хотела озвучивать ее при всех. Поэтому только молча кивнула, соглашаясь с Бертом.
– Тогда ищите, – велел Антуан, и почему-то в упор посмотрел на меня, захлопывая папку.
Он встал и вышел из переговорной, давая понять, что на этом совещание закончено. Я поспешно вскочила и выбежала за ним следом.
– Антуан! Еще один момент!
Он остановился, обернулся, изображая нетерпение, но дождался, пока я подойду ближе.
– В чем дело? У тебя есть, что сказать?
– Только спросить, – нервничая уточнила я. – Лина. Где она?
– Там, где ее никто не найдет. Почему ты спрашиваешь?
– Просто я подумала… Если кто-то охотится за химерами Рантор, то она тоже в опасности. Лучше бы нам взять ее под свою защиту. Скажите мне, где она?
– Твое предположение разумно, – согласился Антуан, – но я не могу тебе этого сказать. Это секретная информация и, прости, но учитывая все, что происходит, я вынужден возводить стены. За Линой присмотрят, но не ты. Ты, пожалуйста, сосредоточься на поисках Маркуса.
И повернувшись, он пошел прочь, оставив меня один на один с нехорошими подозрениями и предчувствиями.
* * *
Я все еще стояла посреди коридора, глядя перед собой, хотя Антуана уже и след простыл, когда прямо над моим ухом раздался голос Берта:
– Тебе не кажется, что все это очень неправильно?
Я повернула к нему голову, вопросительно приподнимая брови. Берт стоял за моим плечом в расстегнутом кителе, засунув руки в карманы форменных брюк. Маркус в свое время никогда себе подобного не позволял.
– Что именно?
– То, что у нас нет записи произошедшего. Подумай сама, – торопливо добавил он, когда я нахмурилась. – Антуан так сомневался в том, стоит ли выпускать Маркуса, теперь больше всего переживает, не причинит ли он кому-то вреда, но ни в его квартире, ни в его доме слежку не установили.
