— Не боись, не отберу, но и пока я здесь пить не смей, добью. Джиль очухается лишь под утро. Думай стоит его развязать сразу или лучше подождать пока зелье подействует и сам до города дойти сможешь. А может кому из приказчиков милость окажете. Чтоб одного за кромку не пустить целого флакона может быть и хватит. Чудеса случаются, да и без хорошего инструмента иной раз никак. Ты же сейчас седмицу точно протянешь, значит и до домашних захоронок доживёшь. Ни в жизнь не поверю, что для себя этаким зельем не запасся. Ранешнее, оно хоть и послабее будет, но на такого тебя точно хватит. Опять же не стоит забывать про чудеса…
— Бывай, торгаш, ещё встретимся… Надеюсь, — Чужак застыл на удар сердца. Потом с кривой ухмылкой старательно вытер подошву о лицо купца и направился к стоянке. Высокий силуэт уже пропал за деревьями когда до купца донеслось:
— Воду и жратву на стоянке найдёшь, но ради милостей Богини на глаза не попадайся.
…На стоянке царила темнота и тишина. Гретта обнаружилась под фургоном. Она спала свернувшись клубочком на большой толстой шкуре и засунув прижатые друг к другу ладошки между бедер. Алекс помедлил рассматривая её с грустной полуулыбкой, потом вытащил из фургона пару толстых одеял и стянув с себя одежду осторожно пристроился рядом с спящей женщиной. Гретта смешно зачмокала, потом как-то разом обмякла, растеклась вжимаясь в мужчину. Отключился Алекс на первом же баране. Даже не понял успел ли пристроить женскую голову к себе на плечо. Зато запомнил, что пахли волосы очень вкусно, совсем по домашнему и были вовсе не чёрные, а очень-очень тёмные. И уже засыпая успел подумать, что Зверь ушёл и уже давно, а вот когда точно, не понятно.
Часть 4
Жизнь продолжается
Глава 1
Долгая дорога к длинным разговорам
13/05/3003 года от Явления Богини. Лес
Спал как колода, не шевелясь и даже не дёргаясь и лишь когда лучи поднявшегося светила устроили чехарду на лице, попытался повернуться и тут же проснулся. Он уже начал забывать, как это делить ложе с двумя красотками и наверное от того почувствовал себя некомфортно. Ещё и сам спал одетым и девки оказались замотаны в плотные одёжки от которых, в добавок, ощутимо пованивало. Как, впрочем, и от самих девок, особенно от той, что поменьше. Она пряталась со спины изо всех силенок вжимаясь в неё исхудалым… гм, скорее весьма фигуристым тельцем которое последние дни отвратительно кормили.
«О-о-о, неужто на любительниц диет потянуло…»
От этой мысли проснулся сразу и окончательно. Больно уж она оказалась нездешней. Не пришло здесь ещё время для подобной дурости.
Осторожно высвободившись из плена тоненьких рук и сел. Донёсшийся из-за спины то ли писк, то ли стон тут же сменился шорохом и к ней вновь кто-то прилип. Впрочем, теперь девчонка этим не ограничилось и после активной толкотни из под правой руки высунулась сонная мордашка с любопытными глазёнками.
Милка. Ну а кто, собственно, там мог еще быть, коль именно ее мамка лежала перед ним на спине и глазела с не меньшим любопытством. Окончательно стряхнув сон, осмотрелся. Оказалось, что уже не так уж и рано, на Земле в такие часы офисный планктон уже сидит за рабочими столами и мечтая об обеде старательно пялится в мониторы делая вид, что творит нечто кому-то нужное. Светило изрядно подзадержалось с побудкой добравшись до него лишь сквозь дыру в тенте фургона. Окончательно разрушали идиллию парочка невысоких баб не первой молодости кучковавшихся вокруг трех больших котлов. Обернувшись на доносящиеся из-за спины скребущие звуки обнаружил ещё четверых столь же потасканных жизнью старательно трудившихся над вчерашними шкурками.
«Во-о-о… совсем в Емелюшку переродился. Только на телеге. И вместо замшелой щуки из речной проруби изрядно помолодевшая красотка Гретта с хутора. Она-то, судя по кипежу, дурочку не валяла, подхватилась хрен знает когда и не только припрягла к первоочередным работам несостоявшихся шлюх из рабского фургона, но и старательно позаботилась о сохранности хозяйского, то бишь моего имущества украсив толстовато-кривоватые ножищи рабынь грубыми самодельными, но надёжными кандалами. И откель тока выкопала.
Интересно вот, мелкая сама переползла и Гретте пришлось пристраиваться с другого бока на всякий, так сказать, нехороший случай или же она подложив мне малолетку приготовилась выступать разогревающим составом?»
Алекс неспешно, со вкусом потянулся и мягко, но настойчиво высвободился из грязных, но все равно изящных ручек. Спустившись на землю пару раз качнулся с пяток на носки и подавив неожиданный зевок самодовольно скомандовал:
— Молодца-а-а, шустро и по делу. А сейчас собираемся, пакуемся и в дорогу.
Хмыкнул, уловив как бывшая маркитантка выскользнула из-за спины. Ожидаемо. Не хозяйское это дело драть глотку по мелочам ну, а авторитет тут качать не требовалось, не рассейская ж пародия на армию, право слово… потому наткнувшись в третий раз на ожидающе-вопрошающий взгляд лишь мотнул головой и… отправился в лес. Мешаться под ногами сбивая ритм давным давно отработанного процесса глупо. Пока лениво брёл в обход стоянки шевельнулась мысль, что стоило бы дойти и до места казни. «Принюхался», оттуда всё ещё тянуло живыми и было их по прежнему пятеро, но… Чужих не чуял, а с остальным как срослось, так срослось.
«Гады! И тут обманули! Где со вкусом описываемая компутерными гуру расцвеченная разноцветными точками сетка намозолившая глаза еще в игрушках или хотя бы метки на круглом поле, вспыхивающие под бегущим радиусом обновления как на радиолокационном КП-шном выносе[82] с очень далёкой казахстанской площадки. С этаким ментальным подобием собачьего нюха о цифровых координатах и дальности мечтать не приходится.»
На самый дальний, вырезанный десятником секрет, вывел запах, в этот раз настоящий и жутко противный. Над завонявшими на жаре ободранными догола трупами деловито жужжали толстые мухи и вовсю вились мошки. Зрелище не для слабонервных, но вчерашний эмоциональный коллапс сбил остроту чувств и Алекс больше не искрил эмоциями. Ничего не изменила и попытка уйти в безразличие Зверя.
На месте убийства не осталось ничего ценного, бабы все вымели начисто, зато лес здесь, не столь уж и далеко от старого тракта, оказался совершенно не такой, густой и мощный, он словно выталкивал взбесившихся двуногих манил Зверя. Чуть помедлив, Алекс решился и осторожно скользнул в звериную форму и не ощутил перехода. Увеличиваясь и тяжелея тело словно растворялось в прохладном сумраке, теряя форму, размывая очертания в сочном зелёном мареве, бесшумно исчезая недоступное более человеческому взгляду. Мгновение и Зверь неслышный и незримый намётом пошел огибая стоянку широким кругом. Перетекая с лапы на лапу, не тревожа ни низких веток, ни густого подлеска. В этой ипостаси боль леса от вчерашней бойне оборотень ощущал каждой шерстинкой, чувствовал как долго будут затягиваться следы грубого вторжения. Даже тяжелый запах чужой крови накрывший незримой пеленой огромную площадь продержится не меньше седмицы. Принимая Хозяина, лес и радовался, и злился, спеша высказать своё фе! пожаловаться на незаслуженную обиду.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
