мало помогли грекам, ко Второй Сестре уже приставлялись лестница за лестницей, по которым упорно ползли вверх Багряные Плащи. Но Матхура до сих пор сопротивлялась каждой попытке штурма греков, хотя, глядя на мрачные лица Военного совета в Цитадели, никто бы в это не поверил. Господин Акрур вцепился в свой кубок, как утопающий в плывущую ветку. Балрам нахмурился, задаваясь вопросом, какой из его советов был проигнорирован Сенатом, так что теперь он справедливо мог приговорить их всех к смерти. Сатьябхама сидела, сжав кулаки и уставившись холодным взглядом перед собою. Старый Уграсен с суровой решимостью расхаживал по комнате.
– Как поживает Матхура, главнокомандующий? – спросил Уграсен.
– В Матхуре хаос, мой господин, – ответил Балрам. – Проклятое Пламя остановлено. Введен комендантский час. Но некоторые негодяи воспользовались появившимися возможностями, чтобы устроить беспорядки, начать насиловать и грабить, поскольку городская стража была вызвана в дополнение к республиканской армии. А еще мы поймали трех солдат и фермера, пытавшихся выскользнуть через потайной ход.
Оппортунисты уже начали разграбление, подумал Кришна. В осажденном городе всегда находились те, кто отказывался от любых претензий на цивилизованность, стремясь извлечь выгоду из кризиса или свести старые счеты. Изнасиловать жену домовладельца, который тебя выселил. Украсть драгоценности, о которых ты всегда мечтал. Сбежать к врагу с новостями, в надежде что удастся разделить с ним военные трофеи.
– И как мы справляемся с этими шакалами? – спросил Уграсен.
– Колья. Мечи. Камни.
– Хорошо, – сказала Сатьябхама. – Они первые, но, конечно, не последние. Осада – лучшее время, чтоб расцвела измена.
Балрам кивнул и продолжил:
– Что касается греков, мы делаем все возможное, чтобы помешать им, но у нас только половина боевой мощи и недостаточно солдат, чтобы долго охранять так, даже с учетом ротации и нормирования войска.
– Итак, сколько у нас дней? – спросил Уграсен.
– Они вполне могут взобраться на Вторую Сестру в течение двух недель, – ответил Кришна. Вокруг стола послышались потрясенные вздохи. – Но не волнуйтесь. Возможно, у нас нет солдат, чтобы защитить весь город, но у нас достаточно сил, чтобы, если потребуется, защитить Второй район.
– У нас есть несколько полков республиканской армии, – добавил Балрам, – все они размещены во Втором районе. Серебряные Волчицы помогают Городской страже защищать Железного Коменданта. Их силы подкреплены небольшим количеством гражданских добровольцев, хотя я боюсь, что этого все еще недостаточно.
– Добровольцев?
– Это повара, кузнецы, фермеры, конюхи… были рекрутированы все, кто трудоспособен и может владеть оружием.
– А что насчет туннелей? – спросил Критаварман.
– Вход в один из туннелей на рыночной площади закрыт, – сказал Кришна, – потому что Третий район кишит греками. Второй находится внутри Коменданта.
– Мы должны начать эвакуацию, – сказал Уграсен. – Первыми – женщины и дети.
– Но, мой достопочтенный господин, – возразил Кришна, – мои шпионы сообщают, что резервный отряд греков все еще стоит лагерем в том месте, где выходит туннель. К счастью, они не подозревают, что прямо под их ногами расположен люк. Но получается, что побег через него на данный момент не является жизнеспособным вариантом. Я думаю, все изменится через день или два, потому что греки все маршируют в Матхуру.
– Разве мы не можем начать высылать людей небольшими партиями?
Кришна покачал головой:
– Пока нет. Упаси Ями, но, если греки почуют, что мы пытаемся сбежать, им не потребуется много времени, чтобы перекрыть туннель и задушить нас прямо внутри него. Побег – это крайняя мера.
– Что с нашими лодками на Ямуне? – тихо спросил Акрур Критавармана, боясь услышать ответ.
– Из-за шторма, случившегося прошлой ночью, река разлилась, и течение стало слишком сильным для небольших лодок. Канатная дорога в Третьем районе была полностью сожжена. Без ее веревок большие лодки не могут быть спущены на воду.
– Есть ли поддержка со стороны союзников? – спросил Уграсен.
– У нас их нет… Разве что Хастина, – неожиданно ответил Кришна. – И это потому, что, к счастью, у нас есть Драупади. Мы отправили в Хастину более двадцати воронов. Возможно, половина из них прорвалась через стрелы, шторм и ястребов, чтобы добраться до наших друзей. Полагаю, им понадобится несколько дней, чтобы отправиться в путь, но я уверен, что они доберутся сюда за семь дней, задолго до того, как греки достигнут Второй Сестры. До этого времени Матхура продержится.
– А что с Панчалом? – спросил Критаварман.
– Наши вороны, летевшие в Панчал, были убиты греческими разведчиками. И отец не испытывает любви к дочери. Я не питаю особых надежд. Но не будьте слишком обеспокоены, господа мои. Как я уже сказал, им понадобится две недели. Мы все видели греческие лагеря. У них недостаточно сил, чтобы выдержать долгую осаду. Самое большее – дней пять, – сказал Кришна. – Я сомневаюсь, что они продержатся хотя бы столько. Мы будем делать то же, что делали всегда. Ждать.
– Но Третья Сестра… – начал Акрур.
– Третья Сестра повержена, да, – сказал Кришна сильным голосом, разом заглушившим весь ропот, – но без осадных башен, которые мы разрушили, Проклятое Пламя не сможет добраться до Второй Сестры. Их катапульты никогда не пройдут через Нижние районы. Но даже если они это сделают, наши алхимические одеяла справятся. Кроме того, мы продолжаем изымать ковры для их изготовления из всех богатых домов. Без Проклятого Пламени и осадных башен греки ничего не смогут сделать с нашими стенами. Они, конечно, пытаются взобраться наверх, – засмеялся он. – Но Матхуру нелегко обрюхатить. Помните, у нас есть две недели. Помощь придет. А если этого не произойдет, у нас будет достаточно времени, чтобы воспользоваться туннелями.
Сенаторы, несколько успокоенные уверенными словами Кришны, закивали, как в трансе. Кришна вздохнул. Надежда всегда была сильным наркотиком, особенно если кто-то подмешивает ее в твой напиток, не сказав тебе об этом. Он откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди, обратив глаза к Сатьябхаме. Она пристально смотрела на него. Ее красивые глаза казались чужими на лице, где царило выражение скучающей сучки.
Глубоко вздохнуть. Беспокоиться было не о чем. Кришна знал, что у него есть время. Он найдет выход из этого беспорядка. В противном случае они бы уже сбежали через туннель под Шьямантакой. Он молча выругался, удивляясь про себя, что на него нашло, что он позволил этому болвану Юдхиштиру забрать его грифона.
Дверь сенатского зала распахнулась. Акрур, нахмурившись, обернулся:
– Что это значит? Это закрытый Военный совет…
– Господа мои! Кто-то открыл врата во Второй Сестре! Греки вошли! – почти что завизжал паж. Холодные
