— Это чудесно! — благоговейно произнес Тим.
Лейни кивнула и стала деловито расправлять покрывало.
— Вот… садись и подожди, я приведу Баньши и повозку. Не нужно видеть их всякому, кто будет ехать по дороге.
Впрочем, в воскресенье таких людей не должно было быть много, однако Лейни хотела быть уверенной, что им никто не помешает. В принципе, Кура вряд ли додумается до такого, но Флёренс Уэбер вполне могла заманить Калева Биллера на пикник у реки. А Шарлен обожала подобные вылазки вместе с Мэттом.
Тим покраснел.
— Не знаю, смогу ли я подняться без посторонней помощи, если…
— Ты можешь опереться на вон тот камень. Я все спланировала, Тим. А в самом худшем случае тебя поднимет Баньши. Когда-то дедушка рассказывал мне, как лошадь вытащила его из трясины. Он просто держался за хвост, и лошадь выбралась. С Баньши я тоже пробовала, когда объезжала ее. Да, я знаю, что ребячлива… — Девушка пристыженно улыбнулась.
Впрочем, Тим не думал о том, глупо ли это, скорее его озадачил любивший приключения дедушка. Строитель из Окленда при случае, конечно, мог провалиться в трясину, но у него наверняка не было лошади, которая вытащила бы его…
Однако молодой человек не стал говорить об этом, он просто опустился на покрывало и тут же почувствовал себя лучше. Отстегнул шины и почесал Келли за ухом, в то время как Лейни привела пони на поляну и с присущей ей сноровкой распрягла ее.
— Баньши очень сильно злится на тебя, потому что ты увел у нее Приятеля, — заметила Илейн, тоже садясь на покрывало и ставя между ними корзинку для пикника. — Она чувствует себя одинокой, ей так грустно в стойле у мадам Кларисс.
— Скоро она получит его обратно. Когда мы поженимся, ты переедешь к нам и заберешь ее с собой, — произнес Тим.
Илейн вздохнула.
— Может быть, лучше ты переедешь к мадам Кларисс? — Идея делить дом с Нелли Ламберт пугала ее так же, как и брак сам по себе.
Тим рассмеялся и взял ее лицо в ладони.
— Нет, это все же было бы немного неприлично. — Он поцеловал ее. — Но я вполне могу себе представить наш собственный маленький домик. Может быть, чуть ближе к руднику. Иначе мне будет слишком далеко ходить туда, когда я снова стану работать. Правда, отец пока и слышать не хочет об этом… Ах, давай лучше поговорим о чем-нибудь хорошем! Что сначала — дешевое вино или украденное?
Они перекусили, запив еду дешевым вином; затем Тим настоял на том, чтобы открыть бутылку хорошего вина. Стаканы для виски, которые Илейн взяла из паба, не совсем подходили для такого изысканного напитка, но это показалось обоим просто смешным. Наконец они легли рядом на траву и стали с упоением целоваться.
Опершись на локоть, Илейн нежно погладила грудь Тима.
— У тебя такие чудесные мускулы…
Тим скривился.
— Я же постоянно занимаюсь с гантелями. — Он указал рукой на шины.
Илейн наблюдала за игрой мышц под его легкой шелковой рубашкой. Однако в тот миг, когда он повернулся к ней, чтобы притянуть к себе, перед глазами у нее вдруг встали сильные руки Томаса, сплошь состоявшие из мускулов, по которым она иногда беспомощно колотила кулачками или впивалась в них ногтями, пытаясь приглушить боль. А Томас только смеялся…
Тим заметил, как вспыхнули ее глаза, а потом в них появился уже знакомый ему страх перед его прикосновениями.
Молодой человек вздохнул и оперся на камень, чтобы сесть немного удобнее.
— Лейни, — терпеливо произнес он. — Я не знаю, что за зло причинил тебе какой-то мужчина. Но я совершенно не собираюсь делать тебе больно. Ты знаешь, я люблю тебя. Кроме того, я довольно-таки беспомощен. Если ты мне не поможешь пристегнуть те штуки, я и встать-то не смогу. Даже если очень захочу, я ничего не смогу тебе сделать. Ты не можешь хоть раз положиться на это, прежде чем подозревать меня во всем дурном?
— Я ведь ничего такого не думаю, — покраснев, пробормотала Илейн. — Просто так получается. Я знаю, что это глупо. — И она прижалась лицом к его плечу.
Тим погладил ее.
— Ты не глупая. Просто когда-то с тобой случилось что-то ужасное. Не отрицай, другого объяснения быть не может. Ведь ты тоже любишь меня, Лейни. Или нет?
Лейни подняла голову и посмотрела ему в глаза.
— Я очень люблю тебя. Мне так кажется…
Тим улыбнулся и мягко уложил ее на спину. Потом поцеловал лицо, губы, шею, декольте. Осторожно расстегнул блузку и стал ласкать грудь. Илейн тут же напряглась, но в следующее мгновение осознала, что он не причиняет ей боли, лишь нежно целует, шепча при этом ласковые слова.
Илейн пришлось помочь ему расстегнуть корсет, и оба робко рассмеялись. Потом она лежала, и дыхание ее сбилось, когда он водил пальцами по ее телу. Тим говорил ей, как она красива и нежна, гладил и целовал ее, пока по телу не прокатилась теплая волна — ощущение, о существовании которого она уже почти забыла. Илейн снова почувствовала, что внутри становится влажно, и слегка отстранилась. Тим заметил это и убрал руки.
— Можно не продолжать, — хрипло прошептал он. — Мы… можем подождать до первой брачной ночи.
— Нет! — Илейн едва не закричала. Снова лежать в постели в новой ночной сорочке и ждать мужчину? Дрожать из-за того, что он может с ней сделать? Быть беспомощной перед ним? При одной мысли об этом девушка судорожно сжалась.
— Что нет? — с любовью переспросил Тим и снова начал мягко поглаживать ее.
— Никакой первой брачной ночи! — вырвалось у Лейни. — Я хочу сказать… такой. Лучше сейчас…
Тим поцеловал ее.
— Ты так говоришь, как будто я собираюсь удалить тебе зуб, — мягко пошутил он. — Ты еще девственница, Лейни?
Это представлялось ему маловероятным, хотя она была более робкой, чем другие девушки, которых он любил. Все остальные были пугливы, но им было интересно. А у Лейни был только страх.
Она покачала головой.
Тим снова поцеловал ее, продолжая гладить и ласкать грудь, живот, бедра, наконец взлохматил кучерявые рыжие волосы у нее между ног. Лейни не шевелилась, но уже и не сжималась полностью. Тим продолжал возбуждать ее нежными ласками пальцев и поцелуями. И только когда она задрожала и тело ее расслабилось, он медленно вошел в нее, сначала остановился внутри нее, затем стал двигаться осторожно, нежно, до тех пор, пока уже не было сил сдерживаться, и после сильного взрыва страсти и желания обессиленно опустился рядом с ней.
Илейн услышала его тяжелое дыхание и испуганно погладила его по спине.
— Что с тобой? Тебе больно?
Тим рассмеялся.
— Нет, Лейни, сегодня мне не больно. Сегодня я просто счастлив. Это было чудесно. А что чувствовала ты?
