— А у меня есть игрушка. — Ческо протянул Пьетро что-то вроде перекрученной металлической цепи. Звенья сцеплялись замысловатым образом — не поймешь, где начало, где конец.
— Это тебе отец подарил? — поинтересовался Пьетро.
— Наш отец — Господь.
Пьетро опешил, затем предпринял вторую попытку:
— Кто тебе это подарил?
— Ческо.
— Ческо — это ты.
Мальчик скорчил рожицу, удивляясь непонятливости взрослого:
— Другой Ческо.
— Ясно, — рассмеялся Пьетро.
Мальчик настойчиво протягивал ему головоломку.
— Попробуй, разбери.
Пьетро подошел поближе, и взгляд Ческо остановился на его хромой ноге и трости.
— У тебя нога болеет.
Пьетро хлопнул себя по бедру.
— Это было давно. Уже не больно.
— Никому ее не показывай, — посоветовал мальчик. — Никто не поможет. — Ярко-зелеными глазами он уставился в карие глаза Пьетро и насильно сунул головоломку ему в руки.
По правде говоря, малыш интересовал Пьетро куда больше, чем перекрученная металлическая цепь. Ческо тем не менее ждал. Пьетро внимательно рассмотрел головоломку, попытался расцепить звенья. Ничего не получилось. Пьетро старался разобраться в хитросплетениях звеньев, найти слабое место.
Наконец он не выдержал и вернул головоломку Ческо.
— Может, покажешь, как надо?
Ческо расплылся в улыбке. Взяв головоломку, он принялся вертеть ее в обеих руках. Казалось, малышу ни за что не справиться с таким огромными звеньями. Однако он потянул раз, другой, третий — и внезапно звенья распались. Ческо в каждой руке держал по одному звену. Он победоносно взглянул на Пьетро.
— Постой, как тебе это удалось? — Пьетро наклонился к мальчику.
Прежде чем довольный Ческо успел объяснить, ему пришлось отреагировать на другой голос, послышавшийся из обнесенного стеною сада.
— Ческо, не приставай к Пьетро. Он проделал долгий путь.
При звуках Катерининого голоса свет, исходящий от Ческо, померк. Только глаза мерцали, словно глубоко внутри еще дрожало слабое пламя. Ческо уронил головоломку и, неестественно выпрямившись, подошел к донне Катерине. Он не взял ее за руку, а замер у ее юбки, глаз не сводя с Пьетро. Меркурио последовал за мальчиком и остановился у его ног.
Катерина была, как всегда, прекрасна. Она причесывалась теперь проще, чем два года назад, однако ее безупречные скулы и рот от этого только выигрывали. Животик еще только начал намечаться — его почти скрывали складки платья. На висках пробивалась седина — и терялась в темных прядях.
Пьетро поклонился так низко, что едва не прошелся краями рукавов по полу.
— Домина.
— Кавальери. — Катерина, в соответствии с официальным тоном, который взял Пьетро, протянула ему руку для поцелуя. Пьетро с благоговением коснулся губами узкого запястья. — Вы очень возмужали. Вы ведь поужинаете со мной и Баилардино? Мне не терпится поговорить со взрослым человеком. — При последних словах Ческо навострил ушки. Катерина сделала вид, что не заметила. — У нас, правда, сейчас гость, но он через прислугу передал, что нездоров. Вы помните Морсикато? Он просил позволения осмотреть вашу ногу, но я подозреваю, что он просто хочет послушать новости из Болоньи. Я пригласила Морсикато на обед — думаю, так вам удастся избежать простукиваний и ощупываний.
— Морсикато сохранил мне ногу и имеет полное право на простукивания и ощупывания. Наверно, его интересует аутопсия. А кто этот ваш захворавший гость?
Катерина нахмурилась.
— Ничего особенного — какой-то безродный тип, правда, очень богатый. Он банкир из Тревизо, зовут его Патино. Хочет и в Виченце основать отделение своего банка и на эту тему постоянно докучает Баилардино.
— Наверно, у вас он нашел бы больше участия, — произнес Пьетро.
— Вы очень любезны. — Катерина высвободила руку из ладоней юноши. — Давайте до ужина отдохнем в гостиной. Вы должны мне все рассказать о Равенне, а потом мы вместе подумаем, как вернуть вам расположение моего брата. — Катерина придвинулась и прошептала Пьетро на ухо: — Я так рада, что он выбрал тебя для защиты Виченцы. Значит, твое изгнание скоро закончится.
Катерина и Пьетро проследовали через сад. Не успели они скрыться, как Ческо и Меркурио принялись играть в догонялки вокруг фонтана. Вдруг Меркурио залаял. Ческо сначала посмотрел на землю, затем проследил глазами за взглядом пса. Оказалось, что высоко на выступе стены, изогнувшись и вытянув лапы в послеобеденной неге, устроилась бело-рыжая кошка.
Ческо передернуло. Он поднял камень и бросил в кошку. Обычно Ческо не промахивался, но сейчас он спешил, и камень пролетел в пяди от усатой нахальной морды. Кошка вскочила. Второй камень тоже не попал в цель — кошка успела выпрыгнуть в окно и скрыться. Меркурио отчаянно лаял.
— Ческо, в чем дело? — раздался сзади голос донны Катерины.
Мальчик похолодел. Он знал, что обижать кошек нельзя. Тем не менее он произнес:
— Там кошка.
— Оставь кошек в покое. Ты и так уже всех их распугал. — И Катерина скрылась за занавесью, где ее ждал хромой рыцарь.
— Что, Ческо не любит кошек?
— Не любит — это мягко сказано. Он их на дух не переносит. Злится, выходит из себя. Мы стараемся не пускать кошек в дом, но им здесь нравится — сами приходят. Ческо думает, кошки нарочно его дразнят.
За занавесью Ческо терпеливо ждал, пока донна Катерина и Пьетро уйдут. Послышался скрипучий голос — Ческо знал, что это черный человек здоровается с матерью и рыцарем. Ческо побаивался черного человека, и сам не понимал почему. Он старался проводить с черным человеком как можно больше времени, чтобы выяснить причину своего страха.
Убедившись, что взрослые ушли, Ческо снова собрал головоломку. Отряхнув с нее пыль, мальчик направился к фонтану. Месяц назад он обнаружил в чаше фонтана небольшой выступ, за которым открывалась щель. Маленькие пальцы осторожно спрятали в щель головоломку и, прежде чем оторваться от металлических звеньев, убедились, что они надежно закреплены и не упадут. В тайнике, помимо головоломки, хранились и другие не менее ценные вещи. Ческо не хотел, чтобы его сокровища обнаружили, — мальчик берег их до тех времен, когда братец Детто подрастет и они смогут играть вместе.
Пес снова залаял. Ческо огляделся. Сад был пуст — никто не видел тайника. Однако Меркурио не унимался. Ческо последовал за собакой и под кустом обнаружил дощечку с какими-то цифрами, процарапанными на воске. Мальчик наморщил лобик и принялся разглядывать находку.
— Это головоломка, — шепнул он Меркурио. Тот тщательно обнюхал дощечку. — Да не для тебя, дурашка, а для меня. — Ческо стал мысленно тасовать ряды цифр. И откуда она здесь взялась? Мальчик решил спрятать дощечку и вплотную заняться ею после ужина. Потом, когда он разгадает головоломку, он покажет ее Детто. Пожалуй, пора уже учить брата этой забаве.
