и не подумала.
– Совместная кровать – это как-то слишком, – я покачала головой, машинально потянувшись к вороту платья. – Может, я… постелю на полу?
Тебе, дорогой жених.
Он фыркнул.
– Ты – аристократка, а не какой-то солдат на карауле. Ложись нормально. Других альтернатив нет.
Вообще, если честно, у меня была мысль, что на пол ляжет он. Как джентльмен.
Немного помявшись, я даже решила это озвучить. Не будет же он игнорировать озвученные вслух правила приличия?
– Ты мог бы предложить, мне свою кровать целиком. Если уж точно уверен, что не хочешь идти в мою спальню, – пожала я плечами.
– Мог бы, – согласился он. – Но не предложу.
Я мрачно на него уставилась, раздраженно потирая пальцы.
– Ладно.
Ссора между нами до сих пор висела в воздухе. Я злилась. Он злился. Мы оба, похоже, не до конца понимали, что именно происходит.
Но выбора у меня не было.
Подняв голову повыше, я зашагала к кровати, всем своим видом демонстрируя полное безразличие, и осторожно забралась на край.
Дар сначала ушел в ванную, но вернулся до печального быстро. Я не успела изобразить крепкий сон. Зато успела раздеться до нижнего платья!
Когда погасли все магические светильники, комнату окутал мягкий полумрак. Глаза начали привыкать к темноте, и в ней проступали очертания предметов. Я со всей силы концентрировалась именно на этом. На поблескивании перламутра в отделке комода, едва заметных переливах лака на стеновых панелях комнаты из светлого дерева.
Что угодно, лишь бы не думать о Даре.
Слышать свое дыхание, а не замирать, прислушиваясь к его.
Лорд Ибисидский вдруг со смешком сказал:
– На самом деле, Адель, я уже подумываю о том, что жениться на тебе очень вредная затея. Теряю контроль. Который раз за сегодня? Второй. Больше чем за предыдущие три года! – он еще немного помолчал, а после риторически, но очень едким тоном спросил в темноту: – И знаешь от чего был прошлый раз? Правильно, тоже из-за тебя!
Почему-то стало обидно.
И я ответила:
– Получается, ты расторгаешь помолвку?
Он лишь насмешливо фыркнул:
– Нет, буду ускорять дату свадьбы. После всего пройденного я точно не отступлю!
– А как же куча альтернатив с алтарями? – не удержалась от укола я.
– Люблю-то я тебя. Вот так мне не повезло, представляешь?
– То есть не повезло только тебе получается? – возмутилась я, пытаясь преодолеть смущение от такого откровенного признания. – Смею напомнить, что я замуж ВООБЩЕ не собиралась в ближайшие десять лет!
Вдруг мэр подался вперед, схватил пискнувшую меня в охапку, развернул к себе и обжег губы горячим дыханием. Мое сердце сначала замерло, а после стало биться быстро-быстро.
Но поцелуя не последовало.
Медленно, мучительно медленно, он скользнул обжигающими губами по подбородку, после по шее… и прикусив нежную кожу, тихим, низким голосом проговорил:
– Помолчи, Адель. А лучше спи. Иначе следующий поцелуй придется совсе-е-ем в другое место.
А после отпустил меня. И даже отодвинул от себя подальше. И отвернулся!
А я лежала, смотрела в темноту и никак не могла унять бешеное сердцебиение.
А еще вопросы. Много вопросов.
«Совсем другое место» это куда?
Губы? По идее бы так и сказал.
Шея была.
Рука? Это не угроза.
Щека? Тоже не грозно.
В лоб как покойницу?
А вот это уже звучит как угроза!
Но в итоге, измотанная событиями дня и вечера, я очень быстро провалилась в сон.
Ночью же… ночью было НЕЧТО.
Глава 11
Я заснула на удивление быстро. Мягкая постель, тишина и тёплое одеяло словно окутали меня, отгородив от всех волнений этого дня. Но сон оказался коротким. В какой-то момент в комнате стало ощутимо холодно, и я непроизвольно поежилась, стараясь укрыться поплотнее.
Появилось ещё странное ощущение чужого присутствия. И этот кто-то пристально смотрел на меня.
Глаза распахнулись сами собой. Несколько томительных секунд они привыкали к темноте, а потом…
Я увидела ЕЕ!
В полумраке спальни, прямо перед кроватью, стояла мерцающая фигура призрака. Пожилая дама в старомодном платье, с высокой причёской и надменным выражением лица, прижимала руки к бокам и глядела на нас с Одаром с таким возмущением, будто застала как минимум нечто неприличное.
– Так-так-так! – в её голосе звучало столько осуждения, что я даже почувствовала себя виноватой, не зная в чём.
Я приподнялась на постели, всё ещё не до конца проснувшись, и уставилась на даму, пытаясь понять, что ей нужно на этот раз. Она уже появлялась вечером, как только нас проводили в комнату, и тогда её возмущение тоже было трудно объяснимым. Но даже несмотря на это, я пошла у нее на поводу.
Что сейчас не так-то?
– Вот в мое время все было по-другому! – громко провозгласила призрачная леди, воздев руки к несуществующим небесам. – О, Единый, этот мир окончательно испортился! Деточка, так разве спят муж с женой? Ты бы еще между вами стену построила! Ишь ты, под разными одеялами спят! Теперь понятно, почему нечисть-то распоясалась нынче – так люди и вовсе скоро вымрут!
Я заморгала, пытаясь понять, что она имеет в виду. Обернувшись, увидела Одара, который мирно спал, укутавшись в серебристое покрывало. Одеяло он уступил мне как воспитанный аристократ.
Но до моего спящего разума так и не дошло, что же не так и почему мы станем причиной сокращения популяции людей.
– Что за позор! – продолжала негодовать дама. – И вот какой пример вы подаете младшим? Что вообще осталось от института семьи?!
Я только открыла рот, чтобы как-то оправдаться, хотя сама не знала, зачем, как Одар резко подался вперёд, приподнимаясь на локте. Его лицо было хмурым, а голос хриплым от недавнего сна.
– Леди… – начал он, сузив глаза. – Я не знаю, в каком времени вы жили, но у нас есть свои обычаи. И, к вашему сожалению, они предполагают соблюдение приличий до заключения брака в храме Единого.
Призрак замер, а её глаза расширились от шока.
– Как вы смеете?! Я была леди Дагмара Де Монтень! Моя кровь…
– Ваша кровь, видимо, вас покинула пару веков назад, – отрезал Одар, махнув рукой с таким видом, будто отгонял назойливую муху. – Исчезните.
И, словно по его команде, призрака резко втянуло в стену, как дым в трубу. Её негодующий вскрик затих вдалеке, а комната вновь погрузилась в тишину.
Я моргнула, пытаясь осмыслить то, что только что произошло.
– Ты… что, только что выгнал призрака? – недоверчиво спросила я.
– Именно так, – невозмутимо ответил он, укладываясь обратно и снова укрываясь покрывалом. – Спи, Адель. Я устал.
Я открыла рот, собираясь задать ещё дюжину вопросов, а именно – почему он не сделал этого раньше, до моего вынужденного переселения в его комнату?! Но он уже закрыл глаза, а дыхание снова стало ровным и спокойным.
Как после этого можно было уснуть?
Я крутилась всю оставшуюся ночь, прислушиваясь к каждому шороху. Мне казалось, что вот-вот снова появится леди Дагмара со своим недовольным ворчанием. Но она больше не вернулась, а я вскоре вновь ускользнула в объятия сна.
⁂
Когда я наконец проснулась, в комнате уже было светло. В воздухе чувствовался терпкий аромат кофе и совсем немного пахло морем.
Лорда Ибисидского обнаружила сидящим в кресле у окна. Уже одетый с иголочки и свежий, будто после полноценного отдыха на курорте. Он, попивая горький напиток в маленькой белой чашке, лениво изучал страницы ежедневного вестника.
Заметив, что я проснулась, он сразу поднял голову. Окатил меня внимательным взглядом. Изучающим. Каким-то… решительным.
– Доброе утро, Адель.
Я, вспомнив, что вчера раздевалась до тонкого нижнего платья, укрылась по шею одеялом и хрипло поздоровалась в ответ:
– Доброе утро.
Дар, склонив голову к плечу, задал следующий дежурный вопрос:
– Как спалось?
– После ночных приключений не очень, должна признать, – пробормотала я. – Ты мог бы меня предупредить, что на юге гуляют вовсю призраки.
– Если бы я знал, то предупредил бы, – отозвался он невозмутимо. – Но, полагаю, леди Дагмара уже не побеспокоит нас.
Я только фыркнула. Днем призраки теряли свою силу и не особо стремились проявляться.
Солнечные лучи игриво
