— Скажите графиня. — Я отставил опустевшую кружечку. — Вы наверняка уже в курсе произошедшего, на ваш взгляд, что могло послужить причиной этого конфликта? Почему произошло то, что произошло? Я вот так и эдак прокручиваю ситуацию и не понимаю, мы ведь, по сути, не влезали в ареал их обитания. И на моей памяти нет случаев, что бы кто-то из моих подданных в той или иной мере каким-то боком бы задел их. Мы, даже заводя невод, сначала оплываем берег, крича на все голоса им, что бы упаси бог, никто из них не запутался.
— Я думаю это не наши, не наши постоянные жители Быстрой. — Она нахмурила брови. — То есть пришлые. Почему так решила? Слишком нахальны, наши навки пугливы, а эти с ходу на стены полезли, да и не долго думая гарпида вышла. Это не обычно, как правило, королева не выходит к людям, подобные случаи по пальцам можно пересчитать, а тут еще и в бой ринулась.
— Значит, это новая семья решила захватить себе в пользование немного угодий? — Я устало растер лицо. — Выходит что, у нас пытаются отобрать реку?
— Ну почему отобрать? — Она наморщила носик. — Не стоит к этому так относиться, просто они совершили ошибку, вы не подумайте, я нисколько не умоляю глубину произошедшей трагедии, просто хочу донести до вас мысль, что возможно еще есть пусть и минимальный шанс, договорится и как-то прояснить ситуацию, избежав ненужной крови. В конце концов, возможно, что даже наше нынешнее предположение тоже ошибочно.
— То, что они совершили ошибку, придя сюда это точно. — Сердце вновь вздрогнуло от воспоминаний о старике. — Большую ошибку. Это я им покажу наглядным и вполне доходчивым способом. Я это обещаю.
* * *
Понятно, что я не в тот день, ни на следующий, и даже через неделю, ничего не стал предпринимать. Это только в кино можно вскочить на коня и с шашкой наголо ринутся в атаку на врага. Хотя можно и в жизни, но кто ж вас умным после этого назовет? Куда мне скакать? Уподобится персидскому царю, Ксерксу, что приказал своим палачам высечь море за разрушенный мост? Или выйти к берегу, и подобно былинному богатырю сложив перста рупором огласить ширь да гладь водную криком: «Выходи чудище поганое, биться с тобой будем за Русь матушку!». Ага, так и сделаю, поскрипывая колесиками инвалидного кресла.
Нет уж, зайду с другого края. Пока нужен план и информация, мои люди что днем, что, ночью не покидая постов, наблюдали за некогда милой моему сердцу стройкой, а теперь совершенно не идущему к цвету моих панталон заливу. Ну да, справедливость, еще восторжествует. По крайней мере я так думаю, когда наблюдаю за разлегшимися, и повылазившими на остатки моей дамбы навками, в блаженной неге отогревающими свои чешуйчатые бока под лучами весеннего солнца.
— Барон, их сорок и девять на этом берегу! — Прибежал первый из гонцов ко мне.
— Барон мы насчитали уже семьдесят рыболюдей! — Следующий посланник.
— Барон уже за сотню!
— Барон их уже две сотни!
— Триста десять! — Наконец к концу следующей недели подвел я итог, выводя сумму на бумаге. — Гарич что с Речной народ?
— Все в сборе, сорок человек. — Капитан задумчиво покачал головой. — Это даже не воины!
— Воины будете вы и легионеры, кстати, сколько их? — Я вновь стал выводить закорючки на бумаге.
— Сто пятьдесят легионеров, все с арбалетами, Семьдесят третий уверяет, что все пристреляны, народ зря кашу не ел. — При казалось бы, явно конфликтном сопоставлении интересов, два капитана относились друг к другу с неподдельным уважением.
— Отлично, думаю этого должно хватить. — Покивал я своим мыслям. — Что Олаф? Как скоро прибудут корабли?
— Они еще не поднялись до Когдейра, думаю недели три еще, а там где-то неделя может две на спуск по течению к нам. — Гарич показал несколько точек на карте. — Гонец сказал, выделено три судна по тридцать человек на борту каждого.
— Да-да. — Я покивал, извлекая из кипы бумаг, пришедшее письмо от барона Кемгербальда. — Говорит, всю артель рыболовную согнал, себе в убыток. Ну да, это мы с Энтеми еще обмозгуем.
— Тут это…барон… — Гарич как-то замялся, странно поглядев куда-то за двери моего кабинета.
— Что там случилось капитан? — Я хмуро смерил его взглядом, мне только в нагрузку еще неприятностей не хватало.
— Новый защитник ваше благородие. — Он опустил голову.
— Уже? — Признаться для себя я уже давно проиграл этот вариант в голове, но что бы так быстро, что-то я не ожидал подобного. Чуть больше двух недель и из столицы уже пригнали нового дедка? Как-то не верится, судя по картам до нее не меньше месяца пути, а уж если учесть что весна успела изрядно расквасить дороги то и того больше. — Кто таков? Видел уже?
— М-да уж… — Он вроде как виновато развел руками. — Вы бы сами посмотрели.
— Успеется. — Я отмахнулся. — Дел по горло, думаю, корабли ждать не будем, начнем послезавтра.
— Может лучше дождаться? — Гарич с опаской посмотрел на меня.
— Может и лучше. — Кивнул я. — Но начнем послезавтра, итак из-за этих водунцов все мои планы по строительству отброшены минимум на год, если не больше.
Спорить он не стал лишь удрученно покачал головой выходя прочь и оставляя меня в моем кабинете где я один на один со своими мыслями сидел безвылазно уже не один день.
— Может, поешь? — Тина беззвучной тенью выскользнула из-за плеча. — Ты так себя сам своими руками в могилу загонишь.
— Тащи. — Я отмахнулся, соглашаясь, так как знал, будет нудеть невзирая ни на какие уговоры, угрозы и даже умолять бесполезно, пока не поем.
— И спать. — Тут же попыталась она закрепиться на выигранной территории.
— Ну, это уже все границы переходит! — Попытался возмутиться я.
— А то мыться пойдем. — Тут же плотоядно ухмыльнулась она. М-да, так уж вышло, что без посторонней помощи я даже если и заберусь в ванну, то вполне возможно там и останусь, остывающим трупом утопленника. Чем естественно тут же воспользовалась она, заботливо и по моему мнению через чур нежно обмывая мое болезное тельце.
Нет, я не ворчу и меня так уж явно не смутить, просто мамочка вампир излишне докучает своей заботой. Особенно если брать во внимание ее несколько иной интерес в этой истории, в которой, увы и ах мой интерес минимален.
В мгновение ока, она организовала мне стол, где моему изысканному вкусу была предоставлена наваристая ушица и богатая краюха свежего хлеба. Милое дело, от аромата даже на секундочку голова закружилась, так пахнула свежей зеленью горячая юшечка в глиняном горшочке. Т-экс. А на второе что у нас? Грибочечьки тушенные с разной травой муравой, да икорочка щучья. Эх, под такое бы, помянуть старика…да нельзя, слаб еще. Мысли вновь стали мрачными и вернулись к реальности. Что же произошло? Неужели все так тупо и обыденно? До сих пор не верилось в то, что произошло с Дако. Он всегда мне внушал своим видом и внутренним стержнем, веру в собственную неуязвимость и силу. Что, кстати сказать, он не раз и демонстрировал на деле, а не только на словах. Так что же произошло? Неужели старик и вправду так вымотался, латая меня с Хенгельман, что в критический момент это сыграло такую печальную роль? Как-то не верится. Да он был истощен, да были дни, когда даже без посторонней помощи с постели встать не мог, но дело в том, что именно «были». Медленно, но верно он вновь набирал обороты, его характер просто не позволял ему валятся безвольной куклой. День другой и он вновь взялся за свои заботы, наводя порядки в по сути пусть и не по документам, но фактически своем замке. Огонь, а не человек, это про меня можно сказать, что я умудрюсь опоздать даже на свои собственные похороны, а этот просто их не утвердит, перенеся на другое более удобное ему время. Не было и дня что бы он, уже поднявшись, не приходил ко мне с нравоучениями, кремень, а не человек, вот кто он был. И вдруг вот так вот закончить свой путь, просто, словно совершенно бессильный старик? Я не могу себе этого представить. Не могу и не хочу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
