Не дожидаясь, когда повстанцы воспользуются завоеванными преимуществами, бронепоезд по приказу полковника Лейвы поспешил вернуться на станцию. Однако партизаны по приказу Че успели разобрать участок железнодорожного полотна, чего машинисты не ожидали. На подходе к станции бронепоезд сошел с рельсов. Передний локомотив и следом за ним несколько вагонов перевернулись. Среди солдат Батисты началась паника, а повстанцы, воспользовавшись ею, подобрались ближе и забросали вагоны бутылками с «коктейлем Молотова».
«Команда бронепоезда была прекрасно защищена, но она, подобно колонизаторам, уничтожавшим индейцев на западе Америки, могла сражаться, только находясь на почтительном расстоянии, занимая удобную позицию и имея перед собой практически безоружного противника. Осажденный, с близкого расстояния забрасываемый бутылками с горящим бензином, бронепоезд благодаря своим бронированным стенам стал настоящим пеклом для солдат», — записал в дневнике Че Гевара. Чтобы принудить противника к сдаче, повстанческая радиостанция передавала сообщения о том, что люди покидают горящие вагоны и складывают оружие.
Через несколько часов вся команда бронепоезда, составлявшая почти 400 человек — сдалась атаковавшему станцию взводу из 18 бойцов. (Реальная история. Источник http://licey.net/war/book5/santa-klara)
«В наших руках оказалось 22 вагона, зенитные орудия, пулеметы и баснословное количество боеприпасов», — вспоминал Че. Оружие и боеприпасы были немедленно распределены между повстанцами.
Над железнодорожной станцией и остановившимся перед ней бронепоездом снова пролетел С-119, сбросив ещё несколько контейнеров. В них оказались 4 82-миллиметровых миномёта и несколько ящиков мин. (АИ) Более мощные 120-мм миномёты были слишком тяжелы, чтобы переносить их на руках.
Захваченным в бронепоезде оружием удалось вооружить присоединившихся к отряду людей из числа горожан, которые были вынуждены идти в бой безоружными, чтобы добыть себе винтовку. Это импровизированное подкрепление позволило повстанцам выстоять, несмотря на огонь танков и броневиков, и бесконечные перестрелки.
Наступление возобновилось в сумерках. Повстанцы подошли к казармам 31-го эскадрона жандармерии на расстояние в 600 ярдов. Преимущество в живой силе и огневой мощи было на стороне батистовцев. Правительственные войска к тому же использовали бронетехнику. Лишь в сумерках люди Гевары перешли в наступление и вынудили гарнизон «Лос-Кабальос» укрыться за мощными стенами казармы.
В отряде не было ни одного профессионального наводчика для миномёта.
«Капитан Гальего» снова предложил майору Геваре свою помощь:
— Майор, меня обучали обращению с миномётом. Если позволите, я мог бы помочь вашим людям. Но для эффективной стрельбы пошлите двух человек с биноклем и рацией на колокольню, оттуда они смогут корректировать стрельбу. Ещё один радист нужен возле миномётов.
Че тут же смекнул, что наёмник действительно разбирается в вопросе.
— Командуйте, эль капитано! Миномёты ваши! — ответил Гевара, а затем приказал своим людям: — Капитан Гальего будет командовать миномётчиками. Выполнять его распоряжения, как мои!
Два человека с рацией и биноклем немедленно отправились на колокольню. Повстанцы установили вокруг вражеского укрепления миномёты — захваченные в бронепоезде и полученные по воздуху, и начали методичный обстрел казарм. (АИ)
«Капитан Гальего» сначала пристреливался по цели из одного миномёта, по указаниям корректировщиков, сидящих на колокольне. Пристрелявшись, он записывал данные с прицела, и переносил огонь на следующую цель. Таким образом ему удалось точно пристреляться по ключевым местам на территории казарм — выходам, проходам между зданиями, и т. п. Вскоре он показал Че получившуюся таблицу и пояснил свой план:
— Сейчас мы сделаем перерыв, к тому же уже стемнело, и корректировщики толком ничего не видят. Но основные цели мы пристреляли. Я распределю их между расчётами миномётов, разобью расчёты на группы и назначу им номера. В ящиках есть несколько осветительных мин.
— Когда всё будет готово, пусть ваши люди имитируют атаку. Батистовцы забегают, и тут мы запустим осветительные мины. Корректировщики будут сообщать нам о передвижениях врага, а мне останется только называть номер группы, которые будут стрелять каждая по своей цели.
— Отлично, капитан! — одобрил Гевара. — Начнём, когда вы будете готовы.
По сигналу капитана повстанцы имитировали атаку и штурм казарм. Как только по внутреннему двору забегали солдаты, над казармами вспыхнули несколько осветительных мин. Они медленно опускались на парашютах.
Предупреждённые по радио корректировщики тут же передали, в каких точках крепости собрались солдаты Батисты. Капитан дал команду, и миномётчики накрыли выбранные точки беглым огнём. Войска Батисты понесли тяжёлые потери и поспешили укрыться в казармах.
Это повторялось ещё дважды, пока противник не смекнул, что любые передвижения по открытому пространству между зданиями тут же караются точным миномётным огнём. Попытки активного сопротивления прекратились, солдаты лишь вяло отстреливались из окон, укрываясь за толстыми стенами.
С наступлением темноты жители города начали строить баррикады, перегораживая улицы, чтобы лишить бронетехнику возможности свободно маневрировать.
Че Гевара расставил свои отряды так, чтобы изолировать главные силы противника и атаковать слабейшие звенья по частям, принуждая батистовцев к сдаче. «Повстанцы внедрились в городской пейзаж, буквально пропитали его, просочились сквозь защитные кордоны полковника Касильяса и стреляли в упор».
На следующий день войска диктатора перегруппировали свои силы, и организовали контратаку, используя бронетехнику.
Однако блокированные в казармах солдаты Батисты не могли защищать аэропорт. Повстанцы заняли его, сообщив Фиделю по радио, что аэропорт под их контролем. «Товарищ Хосе» тут же предложил организовать доставку подкреплений по воздуху.
В середине дня, когда возле блокированных казарм шёл бой повстанцев с солдатами Батисты, которых поддерживал танк и два бронетранспортёра, на аэродроме один за другим приземлились 3 С-119, доставившие ещё один отряд повстанцев из Моа — более 200 человек, боеприпасы, оружие. Атакующие Санта-Клару силы партизан практически удвоились. Разгрузившись, самолёты тут же улетели. Зато снова прилетел «ганшип».
Огнём 20-мм пушек он поджёг оба бронетранспортёра, и положил немало солдат диктатора. Выжившие в панике разбежались. Попытка контратаки была сорвана. (АИ)
Теперь, удерживая под своим контролем аэропорт, повстанцы могли получать боеприпасы, медикаменты и подкрепления в необходимых количествах.
Вжимаясь в стены зданий, перебираясь с крыши на крышу, революционные отряды сжимали кольцо окружения вокруг осажденных батистовцев. На узких улицах города им пришлось осваивать новый прием сближения с противником. При помощи местных жителей повстанцы пробивали проходы сквозь стены домов, подбираясь как можно ближе к казармам «Леонсио Видаль», полицейскому управлению, управлению 31-го жандармского корпуса, ряду административных зданий, которые всё ещё удерживали солдаты диктатора. (Реальная история. Источник http://licey.net/war/book5/santa-klara)
После захвата и разоружения бронепоезда наиболее ожесточенным участком сражения стало полицейское управление. Его атаковала «команда самоубийц» — ставшая легендарной штурмовая команда повстанцев — созданное по инициативе двух молодых бойцов специальное подразделение для захвата укрепленных объектов. В нее принимали самых смелых и опытных из числа добровольцев, проходивших очень суровый отбор. Они получали автоматическое оружие, которого всегда не хватало. Командовал подразделением Роберто Родригес по прозвищу «Эль Вакерито». Команда отличалась очень высоким боевым духом и прошла школу уличных боев в ходе захвата различных населенных пунктов провинции Лас-Вильяс.
Командир подразделения Родригес сумел пробраться по крышам к самому зданию полицейского управления. Родригес и двое бойцов едва успели найти укрытие, когда заметили группу жандармов, двигавшихся к управлению, и обстреляли их. Находившийся поблизости танк открыл огонь по повстанцам. Капитан «команды самоубийц» был смертельно ранен. (Реальная история. Источник http://licey.net/war/book5/santa-klara)
30 декабря бои в городе продолжались с переменным успехом. Повстанцы, сражавшиеся с полицейскими, могли использовать только стрелковое оружие, стрельба из минометов на узких улочках города привела бы к многочисленным жертвам. Точно также сложно было использовать и поддержку с воздуха. Солдаты Батисты, блокированные в казармах 31-го жандармского эскадрона, сдались.
