не отрываясь от своего занятия.
Тот ловко подхватил свернутый в трубочку пергамент, проскользнул меж двумя столами и швырнул пергамент в противоположный конец зала.
На приземлившийся рядом с собой свиток седой старик обратил внимания не больше, чем на пролетевшую мимо муху. Кинув манускрипт за спину, он вернулся к расчетам, документ же наконец попал на нужный стол, за которым тут же разгорелся жаркий спор.
Признаться, развернувшееся пред глазами зрелище просто захватывало дух, однако Риота, явно видевший все это не один раз, уверенно направился куда-то вглубь помещения и Кенджи с приятелями поспешили следом, кое-как уворачиваясь от летающих в воздухе бумаг и суетящихся вокруг сановников.
Наконец Риота привел всех троих к массивному столу, что с трех сторон словно стенами был окружен книжными стеллажами. За ним сидел необычайно высокий и худой старик в длинной хламиде с широкими рукавами; на голове у него была круглая шапочка, едва-едва прикрывающая плешь, и без того вытянутый подбородок удлиняла седая борода, заплетенная в косичку, свисающую почти до груди, на крючковатом носе красовались круглые очки. Он умудрялся делать разом четыре вещи: вычитывать что-то в лежавшем перед ней толстенной книге, водя узловатым пальцем по желтым страницам, двигать туда-сюда считальные кости, дымить трубкой и распекать стоявшего рядом юнца, который попеременно то бледнел, то краснел.
Выждав некоторое время, Риота громко кашлянул. Оторвав взгляд от чтива, Атама — а это наверняка был именно он — отпустил паренька, который умчался прочь быстрее молнии, явно не поверивший своему счастью, оторвался от своих занятий, откинулся на спинку стула и пустил под потолок большое колечко дыма.
— Нечасто юный волк спускается к нам, канцелярским крысам, — произнес Атама. — Чем могу помочь?
— Добрый день, господин, — выступил вперед Кенджи и отвесил короткий поклон: — Меня зовут…
— Стой-стой-стой! — перебил его Атама, замахав руками: — Если ты не знаешь, наш разум подобен кладовке, а значит место в нем ограничено. И как только оно заканчивается, новые сведения заменяют собой старые. И вряд ли твое имя настолько важно, чтобы я помнил его заместо, скажем, даты основания Дома Оленя.
— Э-э-э… — протянул слегка растерявшийся Кенджи и покосился на Риоту, что только тяжело вздохнул и закатил глаза. Теперь-то стало понятно, о какой «специфике» упоминал Горо. — Тогда перейду сразу к делу. Нам необходимо найти некого Оракула. Господин Такаяма сказал, что вы можете нам помочь.
— Могу, — кивнул Атама, а потом вернулся к книге и расчетам.
Какое-то время Кенджи просто наблюдал за его работой, ожидая, что Атама, , покончив со своими делами, вернется к теме их разговора. Однако у того, похоже, было свое мнение на этот счет.
— Так и что? — не вытерпел наконец Белый Лис. — Ты поможешь нам или нет?
— В чем именно? — буркнул Атама, перелистывая хрупкие страницы.
— Вы знаете, что где найти Оракула? — сказал Кенджи.
— Разумеется! — фыркнул Атама, выпустив облако синеватого дыма. — На вашем месте я бы скорее озадачился тем, почему этого не знаете вы.
— Либо отвечай на вопросы, старик, либо не трать наше время. У меня нет ни малейшего желания играть с тобой в какие-то идиотские игры, — процедил Ясу, сделал шаг вперед, оперся руками о стол и навис над Атамой.
— Стесняюсь даже спросить, на какой конкретно вопрос я не ответил? — глаза его сверкнули за стеклами. — Попробуйте выразить свою мысль чуть более ясно или катитесь прочь. У меня много работы.
Костяшки пальцев Ясу побелели. Кенджи положил ладонь ему на плечо. Тот стряхнул руку Кенджи — однако смолчал и отступил, пускай и не сводя с Атамы неприязненного взгляда.
— Нам необходимо узнать все, что только можно про Оракула, — произнес Кенджи, стараясь тщательно подбирать каждое слово, чтобы не вызвать новый виток спора. — Как минимум: кто это, где находится и как нам до него добраться.
— Так бы сразу и сказали, — пыхнул трубкой Атама, захлопнул книгу и поднялся со стула. — За мной.
Поспевать за его резвым не по годам шагом было той еще задачей, особенно если учесть, что каждое мгновение можно было наткнуться на очередного писаря, несущегося куда-то с горой бумаг наперевес, споткнуться о валяющийся на полу футляр из-под свитка или поскользнуться на пролитых чернилах. Да и ждать Атама явно не собирался, быстро углубляясь куда-то внутрь зала. К счастью, он так и не расставался с трубкой — несмотря на то, что сухая бумага могла вспыхнуть от малейшей искры, учинив пожар — так что Кенджи со спутниками оставалось только идти вслед за клубами дыма.
Наконец Атама остановился возле одного из шкафов. С ловкостью обезьяны взобравшись вверх по прислоненной к нему приставной лестнице, Атама вытащил пухлый томик с зеленой обложкой, сдул с него пыль — а после бросил книгу Кенджи, что поймал ее на лету.
— Пятая глава, — с довольным видом произнес Атама, спускаясь вниз.
Кенджи раскрыл фолиант, принялся листать страницы, пока не наткнулся на нужный отрывок, а после принялся читать вслух:
— «Мнения касаемо мест силы, явления столь же опасного, сколько и малоизученного, разнятся. Одни считают их даром богов, другие — проклятием демонов. Кто-то ратует за тщательное изучение этого феномена, некоторые напротив, заклинают не приближаться к ним тем, кому дорога жизнь. Небезосновательно. Долгое время многие авантюристы посещали гору Рэу — место силы, представляющее собой цепочку пещер, часть из которых уходит глубоко под землю, ради того, чтобы добыть кристаллы мощи или найти таинственного Оракула — некое могучее существо или дух, которое, согласно легендам, способно ответить на любой вопрос. Кого-то интересует исключительно нажива, прочих — желание доказать окружающим свою удаль, однако каждый осмелившийся забраться в Рэу рискует своей жизнью.
Мало того, что подземье представляет собой запутанные лабиринты, в которых легко заблудиться, вдобавок местные кристаллы мощи отличаются как невероятной силой, так и жуткой нестабильностью, нередко взрываясь от переполняющей их энергии. Помимо прочего я слышал о неких неведомых чудовищах, таящихся под землей, однако считаю истории эти простыми байками.
После того, как в поисках Оракула без вести пропал очередной отряд — в который входил наследник одного известного и уважаемого рода — власти строго-настрого запретили кому-либо посещать пещеры, а для верности засыпали все основные входы. Разумеется, для алчности и тщеславия это не стало помехой — однако с каждым годом смельчаков находилось все меньше, так
