также рассматривая купель с нечитаемым выражением лица.
– Госпожа Риодея, – я повернулась к водной. – То есть, любой мужчина, помещенный в эту воду, будет молодеть?
В голове мелькнула какая-то мысль, пока непонятная, но я старалась сосредоточиться и поймать ее за хвост.
– Да, верно, – несколько удивленно ответила она. – Точнее, пока в воде находится моя дочь – будет.
Я ещё несколько минут смотрела на сверкающую поверхность воды и думала-думала.
– Адель, ты серьезно? – моего плеча коснулся Одар.
Который, видимо, сообразил еще раньше, чем я.
И в этот самый момент пазл сошелся.
А что если… Что если дать шанс Рею? Ведь жизнь во взрослом теле, когда ты ещё внутри ребёнок, это мука. Ни одна реабилитация не поможет до конца.
А вот купель водной нечисти расставит все по местам. Сотрет память и уравнит тело и разум.
– Госпожа Риодея, я знаю, на что потрачу свою просьбу, – решительно произнесла я.
– Слушаю, леди Харвис.
– Можно воспользоваться купелью? У меня есть, кого туда погрузить…
На Одара старалась не смотреть, но всей кожей ощущала его пристальный взгляд.
Очень красноречивый.
Да, возможно, это очень глупо растрачивать такую возможность. Возможно… Но я всегда предпочитала поступать по совести.
Риодея лукаво прищурилась и сказала:
– Если вы вдруг настолько не хотите выходить замуж, что готовы запихнуть туда жениха, я конечно, вам помогу… но искренне попрошу еще раз подумать!
– Риодея! – возмущенно рявкнул лорд Ибисидский.
– А что? – судя по всему, хозяйка Озера получала огромное удовольствие от диалога. – Даже до нашего городка дошли слухи о том, насколько лорд хочет жениться и насколько его невеста сопротивляется.
– Невеста не сопротивляется, – со вздохом вступила я в беседу. – Так что нет, госпожа Риодея, искупать в вашей купели я бы хотела другого человека. У меня есть знакомый… который выглядит как взрослый мужчина, но на самом деле является ребенком.
– Адель… – водная нахмурилась и осторожно сказала: – Боюсь, что мой источник не сможет вернуть разум. Если если откронения, то что вам даст то, что этот человек снова станет маленьким?
– Он не болен. Вернее, будем честны, сейчас я не знаю, в каком он состоянии, но причиной является то, что один из ваших, так сказать, соотечественников… – я замялась.
– Одержимость, – прекрасно поняла меня Риодея.
Я кивнула.
– Я не знаю, что осталось от него сейчас. Но если мы вернём тело к тому возрасту, где разум и восприятие мира совпадают – возможно, у него появится шанс начать всё заново. Без памяти. Без травмы. Без страха.
И без уголовного преследования, да.
– Хорошо, леди Харвис, – Риодея коснулась моего плеча. – Я позволю воспользоваться источником. И даже сделаю это не в счет платы за услугу, а просто в подарок.
Я несколько растерянно взглянула на Хозяйку, а после уже гораздо более твердо ответила:
– Поймите правильно, госпожа Риодея, я бы не хотела оставаться в долгу.
– Вы и не останетесь, леди. Как вы видите – в купели уже совсем малыш и мне в любом случае потребуется новый мужчина на роль донора живой силы для дочки. Обычно с жителем Эльвиса, которого я выбираю, заключается контракт и поверьте, я более чем щедра. А тут мне не придется проходить утомительную процедуру отбора.
– Вы так уверены, что он вам подойдет? – в диалог впервые за долгое время вступил Одар.
– Да, – едва заметно усмехнулась озерная дева. – Я не сомневаюсь, что тот, кто выбирал этого мужчину в роли сосуда для себя – подошел к делу вдумчиво.
Насколько я помню рассказ князя, это скорее случайность, но Риодее такие детали знать не обязательно. В конце концов, и правда…
– Он очень одаренный маг, – сказала я.
У Рея точно не меньше пятнадцати искр, что делает его совершенно особенным. И наверняка очень полезным даже для еще не родившейся «русалочки».
– Вот и договорились, – кивнула Хозяйка Озера. – А теперь предлагаю вернуться в Подводный дворец.
Мы лишь кивнули.
Было заметно, насколько Риодее не терпится выпроводить нас из практически священного для нее места.
* * *
Когда мы поднялись обратно в Подводный дворец, нас уже ждали. В одной из галерей, под сводами из раковин и кораллов, были разложены дары. Ничего помпезного – но всё дышало роскошью, утонченностью и древней магией.
Хозяйка Озера кивнула на первый ларец – резной, из прозрачного минерала, в котором мерцали голубые кристаллы.
– Озёрные искры, – пояснила она. – Их можно использовать как катализаторы или вложить в артефакт. В других водоемах они почти не встречаются.
Второй был полон маленьких пузырьков – тонкие стеклянные ампулы, каждая из которых сверкала изнутри.
– Слёзы наяд, собранные в моменты великой радости. Их добавляют в эликсиры – или носят как оберег. Думаю, лорд Ибисидский найдет им достойное применение.
Одар слегка приподнял бровь, но принял дар с вежливым кивком.
– Вы щедры, госпожа Озера, – отозвался он. – Надеюсь, это не взамен грядущей жертвы?
Вот жеж! Я возмущенно уставилась на жениха.
Риодея рассмеялась. Легко, искренне, без яда.
– Это благодарность, Одар, ничего более. В моих чертогах много интересных вещей, а вот приятных и полезных людей в большом мире не так уж много. Так что… подойди, маленькая саламандра. Я бы хотела порадовать не только твоего жениха.
А в третьем ларце лежала ткань, словно сотканная из воды и света.
– Жемчужная ткань. Её не ткут – её выращивают. Она теплая, почти невесомая и меняет цвет в зависимости от освещения. Надеюсь, вам понравится, леди Харвис.
Она сделала паузу, а потом добавила:
– А теперь… перед тем, как вы воспользуетесь телепортом, предлагаю позавтракать в Эльвисе. Подводная кухня хороша, но вы, кажется, ещё не имели возможности оценить наземную? Я уже отдала распоряжение – стол накрыт в верхнем павильоне.
– Великолепная идея, – кивнул Дар. – Воздух суши никогда не казался мне таким привлекательным, как сейчас.
Мы двинулись в сторону платформы, где уже стояли наяды. Сфера подняла нас вверх, сквозь толщу воды, и вскоре над головой засиял свет – уже не магический, а настоящий, солнечный.
Когда берег показался вдалеке, Одар, молчавший всё это время, наконец заговорил:
– Адель, даже не знаю, как относиться к твоему решению.
Я покосилась на мэра, а после подсказала:
– Если не можешь одобрительно, то относись снисходительно.
– Ты же моя умница, – с отчетливым сарказмом протянул Дар. – Все-то ты продумала, все-то ты решила.
Он замолчал, потому я в том же тоне отозвалась:
– Вот такая вот я молодец.
– Адель, – уже более устало продолжил Дар, – ты хоть подумала, куда потом денешь этого ребёнка? Только не говори, что мы его усыновим. Я к подобному не готов.
– Так далеко я пока не загадывала, – честно призналась я.
– Но ты же не могла не понимать, что спустя несколько лет мы получим ничего непомнящего малыша! Которого нужно будет… куда-то определить. Туда, где проконтролируют, что он действительно не помнит и не опасен.
– С тем, кто выглядит взрослым, проще, да? – мрачно спросила я. – В больничку для душевнобольных и дело с концом?
– Несомненно, проще. Жестоко, но проще. И не пытайся сделать из меня безжалостного зверя. Вроде как ты спасала его от плахи, Адель. И ты точно понимала, что мы не сможем отпустить его бегать по зелёненькой травке.
Я ничего не ответила. Не успела. Но признаться, была рада этому.
У самого берега нас уже ждали. Точнее, ждал. Тот самый служащий из ратуши, который вчера провожал нас на встречу с Риодеей.
Вчера. А казалось, что прошла целая жизнь.
– Леди Харвис, лорд Ибисидский, добро пожаловать, – с уважением склонил голову мужчина. – Позвольте сопроводить вас наверх.
Нам предложили экипаж, и мы отправились по извилистым улочкам в гору. Через Нижний, а после и Верхний Эльвис.
Вскоре перед нами вырос павильон. Небольшой – скорее личный, чем представительский.
Он был почти целиком стеклянным: лёгкая металлическая основа, прозрачные стены и крыша, рассекаемая солнечными лучами. Всё пространство утопало в свете, отражающемся в прозрачных поверхностях и мягко играющем на стеклянных гранях. За стенами открывался почти нереальный вид: внизу – город, раскинувшийся вдоль береговой линии, за ним – гладь Озера, а дальше, в дымке – горы. Мощные, величественные, будто хранящие покой этой земли.
– Доброе утро, – раздался знакомый голос.
