Причер в ответ только зубами скрипнул.
– Меня тошнит от одной мысли, что я шел на поводу у твоих позорных мальчишеских страхов, – говорил Кэссиди, глядя в приборную доску. – Не хочешь креатина? Так вали отсюда, не сражайся за него. Закоси под дурку или дай себя прижечь слегка, когда попрет в следующий раз, – хотя нет, это будет слишком жестоко, ты и так инвалид. О! Уйди в запой! Отличная мысль, как раз в твоем стиле. А я уж похлопочу, чтобы полковник списал очередного капеллана без лишних разговоров, – да ему и не привыкать. И отправляйся преспокойно на Землю ближайшим грузовиком. Только вспомни эти мои слова, когда возьмешь в руки ампулу с лекарством от смерти. Которое мы отвоюем у Кляксы. Отвоюем без тебя. Очень прошу, вспомни. Ладно?
– Я иду в джунгли сегодня? – спросил Причер хрипло, не оборачиваясь.
– Да хоть в жопу, – милостиво согласился Кэссиди. – Ты уже в списке. Я теперь и пальцем не шевельну, чтобы изменить хоть что–то. Господи! Кто бы мог подумать – Джон Причер боится! Его душит жаба из–за того, что люди могут стать бессмертны! Он готов на что угодно, лишь бы мы ушли с Кляксы! О–ох, какая же ты сволочь, Отходняк! Трусливая сволочь!
Этого Причер уже не расслышал. Он ушел, точнее, уковылял через плац. Идти было очень трудно – у капеллана почему–то зверски разболелась отсутствующая нога.
ГЛАВА 11
Только доехав до храма, Причер сообразил, как ему теперь действовать. Выход придумался не лучший, но, кажется, единственно возможный. Капеллан перекрестился и ввел в мобильный терминал фамилию сержанта–тыловика.
Бывший подчиненный обнаружился в помещении столовой – наверное, опять сидел на кухне и баловался офицерским кофе. Пришлось возвращаться. У черного хода в столовую они с сержантом и встретились.
– Здрасьте, господин капитан! – обрадовался сержант. – Ну, как машина, ездит? Вы, если что, тут же ко мне.
– Уже «если что», – сказал Причер. – Только не с машиной. Выручай, боец.
– Слушаю, – напрягся сержант.
– Я сейчас выхожу в джунгли с разведгруппой. Сможешь за полчаса добыть мне пробник из комплекта биозащиты?
– Не вопрос. А зачем? Ой, извините, я из чистого любопытства.
– А затем, что, когда я уйду, ты стукнешь на меня в контрразведку.
– Та–ак. – Сержант удрученно сдвинул пилотку на одно ухо и почесал в затылке. – Началось.
– Значит, ты скажешь – этот ненормальный капеллан опять за каким–то хреном полез в джунгли, да еще и пробник ему нужен был. Пробник я, конечно, достал, но закралось мне в душу сомнение…
– Какое? – тут же озаботился сержант.
– Ну… – настал черед задуматься Причеру. – Да ты сам прикинь – зачем вообще капеллан ходит по джунглям, к тому же с пробником? Ты много раз видел, чтоб я биозамеры проводил?
– Кажется, однажды видел, – вспомнил сержант. – Или тогда не пробник был у вас? Точно, это придура была.
– Чего–чего?
– Да бинокль геодезический. С ним все равно никто работать не умеет, поэтому его солдаты и зовут так – придура. Берет офицер бинокль, говорит с умным видом: мол, я пошел во–он тот холмик мерить, а сам за кусты – и ну себе дрочить.
– Какие тайны открываются! – поразился капеллан. – Смею тебя заверить, мне для мастурбации геодезический бинокль не требовался. И между прочим, я умел его использовать по назначению. Хотя это действительно сложно и не всякий знает как. Ладно, ты… Придура! Задачу понял?
– Так точно. Хреновые наши дела – а, господин капитан?
– Выполнить сможешь?
– Легко. Ну, господин капитан, пора собирать манатки, да? Я же знаю, вы попусту не дергаетесь. Кстати, помните, я вам место на «Тревоге» обещал забить? Так уже сделано. Чуть жареным запахнет – дуйте в порт. Охране скажете, что от меня к прапорщику Воровскому. Его вызовут, он все и организует. Этот прапорщик у них по боевому расписанию на погрузке стоит, так что сами понимаете, ему кого угодно на борт забросить – раз плюнуть, хоть крокодила. Вообще золотой мужик, даже странно – русский ведь…
– Ты, главное, сделай, что я прошу, – сказал капеллан, пряча улыбку.
– Считайте, уже сделано, – вздохнул сержант. – Вам–то ничего, а мне знаете как противно на вас стучать?! Прямо ножом по сердцу. Благословите, что ли, по такому случаю?
– Тебя – запросто, – согласился Причер.
* * *
Джунгли и вправду зашевелились. В предыдущий выход Причер старался осторожнее ступать, дабы не задавить какую–нибудь мелюзгу. А теперь впору было самому уворачиваться, чтобы с ног не сбили. Уже в полумиле от базы на лужайках паслись травоядные экземпляры ростом капеллану по плечо. Хищники пока еще особо не вымахали, но одному четвероногому досталось–таки от Причера по загривку прикладом. Нечто, внешне смахивающее на помесь барсука с лягушкой, вынырнуло из чащобы и пристроилось к группе разведчиков, двигавшейся по звериной тропе. Некоторое время оно семенило рядом, деловито обнюхивая ботинки капеллана, а потом вдруг попыталось цапнуть и едва не откусило клипсу.
– Ну вот, начинается, – вздохнул старший группы, когда существо, обиженно подвывая, скрылось за деревьями. – Пару дней назад эта дрянь на нас и не поглядела бы. Вы осторожненько, святой отец. Не отходите далеко.
Причер и не отходил. Он двигался в хвосте группы, тащил свою долю груза – расширяли минные заграждения, – совал пробник во все, что представляло интерес, и аккуратно метил на ходу образцы. Увы, экспресс–лаборатория в рукоятке пробника не была настроена на креатин. Несколько лет назад, когда пробник калибровали, никому и в голову не приходило, что найдется умник, который вздумает оспорить результаты стационарной экспертизы и заново провести замеры.
Капеллан шел и втайне надеялся, что на него еще кто–нибудь нападет. Он оказался совершенно не готов к атаке со стороны «барсука» и чисто рефлекторно треснул зверя по шее, чтобы тот отстал. А ведь для анализа были просто необходимы живая плоть и кровь. Но от одной мысли, что придется наброситься на какое–то ни в чем не повинное животное и вырвать из него кусок мяса, капеллану становилось дурно. Судя по всему, он окончательно превратился в армейского священника – человека, способного кромсать и сокрушать, но только настоящего врага и в честном бою.
Вчера он мог бы набрать сколько угодно образцов из подбитых над базой крокодилов, но, увы, тогда мысль о новой экспертизе еще не оформилась в голове капеллана. Теперь он клял себя за тупость последними словами. Всего–то и нужно было – встретить туши у мусоросжигателя, подальше от глаз начальства. Мусорщики, конечно, разболтали бы, но… Чем разведчики лучше? Солдат вообще трепло и сплетник, у него жизнь такая, слишком мало в ней радостей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
