Ряды складов, кирпичные здания заводов и уходящие высоко в небо трубы, из которых вырывались клубы желтого дыма. Воздух здесь пропитывал маслянистый запах, а туман мана-отходов укрывал большую часть промзоны. Силуэты дальше десяти метров тонули в тошнотворной желтизне.
Сэмюэль невольно задался вопросами. Почему мана-отходы так быстро растворялись в воздухе? И болели ли местные работники чудовищными недугами?
Но один вопрос не давал парню покоя. Почему? Почему здесь промзону от остальной части столицы отделяли тысячи метров безлюдных равнин, а в Пейлтауне завод стоял в центре графства? Ради чего?
— Направо, — указал мужской голос на груди, и Сэмюэль свернул в лабиринт складов.
На каждом виднелись белые огромные буквы и цифры. Обозначения, чтобы не потеряться.
Они плутали здесь около тридцати минут. Дорога между промзоной и гостиницей заняла не больше часа.
Амелия уместилась на привычном месте, на груди под плащом. Феи Джеймса спрятались рядом. Одна на животе, вторая ближе к правому плечу. Разведчики указывали дорогу, даже не высовываясь наружу. Скорее всего, ориентировались по связям с хозяином. Или другим образом.
По пути Сэмюэль думал о многом. В основном мысли голодными коршунами кружили над гниющим решением. И изредка отвлекались на что-то еще.
Как выбраться из этого положения? Что он мог сделать?
Больше всего парня волновало грядущее. Что произойдет после призыва вестника? Что Джеймс сделает с ними?
Помотал головой. Он мыслил в неверном направлении. Сэмюэль попробовал иной подход. Как тогда в трущобах. Поставил себя на место Джеймса. Как проскисиолог видел его с Амелией?
У Джеймса были явные враги: Алекс и Фрея. Сэмюэль и Амелия служили источниками знаний. Мостом между проскисиологом и вестниками. Последней надеждой в заведомо проигрышной войне.
Что бы он сделал после призыва? Кем они станут для него? Неизвестными величинами. Амелия была Почтенной и обладала огромным запасом знаний. Сэмюэль шел с ней за компанию, бесполезным придатком. Слишком безобидным, чтобы волноваться. Значит, решение об их судьбе будет зависеть от опасности Амелии для Джеймса. Почтенная опасна настолько же, насколько полезна. Иными словами, очень опасна.
Вывод не радовал. Проскисиолог избавится от них после призыва вестника. Очевидно. Сэмюэль поступил бы также, будь он на месте Джеймса.
Взгляд прыгнул вниз, на бугор на груди. Понимала ли это Амелия? Если да, то почему она так легко делилась знаниями?
— Пришли, — остановил ход мыслей женский голос.
Сэмюэль посмотрел на здание.
Острые осколки стекол вместо окон, черная грязь на кирпичных стенах и мертвая тишина вокруг. Под ногами хрустели серые твердые хлопья. Издалека доносились удары металла об металл. Остальные заводы работали. Сейчас была середина смены. Полдень. Скоро перерыв на обед.
Они зашли внутрь.
Вместо рядов станков, толстой кишки трубопровода на потолке и металлических столов, их встретило пустое пространство. Свет пробивался сквозь окна, а каждый шаг отдавался эхом. Внутри пахло пылью и сигаретами. Спертый воздух вызывал приступы кашля и удушья. Холод пробирал сквозь плащ и рубашку.
«Я умру, — вдруг промелькнула мысль. — Моей могилой станет заброшенный завод».
То, от чего он яростно бежал, настигло его. Желтый смог, завод, скорая смерть.
Злая шутка судьбы. Но Сэмюэлю было далеко не до смеха. Парень отчаянно раздумывал над выходом.
Амелия выпрыгнула из-под плаща, приземлилась и подняла облака пыли. Две феи Джеймса последовали примеру. Одна забралась на плечо, вторая опустилась рядом с Почтенной.
Виновник не заставил долго ждать. Проскисиолог вошел с другой стороны завода.
В правой руке Джеймс держал большую сумку, пальцы левой сжимали комок белого меха.
— Ловушки? — задал вопрос в пустоту мужчина.
— Нет, — ответил комок женским голосом.
Сэмюэль пригляделся и рассмотрел красные глаза-пуговки. Еще одна фея, но в другой оболочке.
Он не сразу узнал голос Минди. Кажется к ней Джеймс обращался для осмотра парня в грезах. Она нашла неизвестную связь.
— Какие-нибудь связи? Может формулы? — продолжил проскисиолог. Джеймс остановился в двадцати метрах от Сэмюэля.
— Нет и нет, — отчиталась Минди. — Все чисто. Мы в безопасности.
— Отлично.
На бледном лице мужчины растянулась улыбка. Джеймс повернулся на них и нахмурился.
— Госпожа Селена?
— Удивлен? — усмехнулась Амелия. Насмешка вышла вымученной и нервной.
— Ожидал более... ухоженную оболочку. Подстать вам.
— Время оставляет раны.
— Справедливо. Перейдем к делу.
Сумка с грохотом упала на пол. Джеймс нагнулся к ней, щелкнул замком и достал нож.
Лезвие извивалось, подобно змее, и по размеру не превышало ладонь с растопыренными пальцами, ручка была в два раза меньше.
Ритуальный кинжал. Сэмюэль читал о таком в историях отца. Обычно им орудовали безумные культисты во время своих жутких ритуалов. Смехотворно. Встретить подобное в жизни было еще одной шуткой судьбы. Он даже не знал, где такие продаются и для чего.
— Ритуальный кинжал? — тоже не оценила Амелия. — Ты издеваешься? Что дальше? Наденешь темную робу и зарежешь для призыва какое-то животное?
— Игра на стереотипах, — пожал плечами Джеймс и опустил на землю Минди. — Практики превращают повседневные предметы в оружие, зачаровывают вещи, которые обычные люди видят каждый день.
