7. Пешка ходит
Крупно: обыкновенный американский телеграфный бланк.
«Маргарет Хартинг, 326, Уильямз-авеню, Стилвилл.
Глубочайшем затруднении. Острая необходимость поговорить посоветоваться. Стилвилле невозможно из-за газетчиков. Вашингтонские газетчики тоже настороже. Нельзя ли встретиться где-нибудь кроме Стилвилла и Вашингтона. Простите сумасшедшую просьбу. Не мог связаться вами по телефону. Пауль, отель Баучера, Балтимор».
Крупно: ответная телеграмма.
«Паулю, отель Баучерз, Балтимор.
Позвоните мне стилвиллский женский клуб завтра после десяти пообедаем каком-нибудь тихом ресторанчике Балтиморе. Маргарет».
Ресторанчик в Балтиморе. Мы видим посетителей и официантов, а потом — Пауля и Маргарет, сидящих рядом. Они уже пообедали и теперь разговаривают. Камера направлена на Пауля.
«Я думал, что убежать от всего этого будет легко. Но не тут-то было».
Поясняя свою мысль, он смотрит прямо перед собой. Над ним появляется титр: «Переменить имя. Исчезнуть. Начать все сначала».
Теперь Пауль смотрит на Маргарет. Следующие две фразы следуют одна за другой, причем первая остается на экране вместе со второй:
«Это не только трудно».
«Это было бы позорным бегством».
Маргарет соглашается. Втайне она думала то же самое. И теперь она может сказать ему кое-что. «Мой отец говорит, если вы чувствуете себя обыкновенным человеком, откажитесь. Никто не может заставить вас вернуться. Но…»
Следующие слова появляются не сразу.
«… если у вас хватит смелости, действуйте».
Да, у Пауля начинает созревать именно эта мысль. Но по некоторым причинам ему трудно высказать ее. Теперь и он решается рассказать Маргарет о том, что он уже сделал.
«Я побывал в клаверийском посольстве в Вашингтоне».
Она рада, что он не просто скрывался, и в то же время ей грустно. Он продолжает рассказывать, и зрители видят все это на экране.
Здание клаверийского посольства. Над ним большой флаг с изображением леопарда, стоящего на задних лапах. У двери в раздумье останавливается Пауль. Потом он берется за ручку. Кабинет господина Каймарка, посла Клаверии в Вашингтоне. На столе виден большой портрет покойного короля. Это не старый король — дедушка Пауля, это дядя Пауля. У него должны быть фамильные черты, он очень похож на Пауля.
Над камином что-то вроде щита с изображением вставшего на дыбы леопарда. Этот леопард во всем фильме будет символом клаверийского национализма. В сущности, это символ всякого национализма. (Смотри примечание в конце этой главы.)
Секретарь господина Каймарка разбирает почту на столе своего шефа. Господина Каймарка еще нет. За маленьким столиком сидит машинистка. Она читает газету.
В кабинет входит господин Каймарк, невысокий, живой, с умным лицом. Типичный восточно-европейский дипломат.
«Сколько еще объявилось Паулей Зелинок?»
Секретарь протягивает шесть писем. Одно из них, как ему кажется, может позабавить шефа. Он показывает Каймарку письмо, и оба они, читая, смеются. Входит служитель в ливрее и подает карточку. Господин Каймарк удивлен. Это уже что-то новое. Он протягивает бумагу секретарю, желая узнать его мнение.
Зрители видят обычный бланк — просьбу о приеме, отпечатанную типографским способом. Пробелы заполнены от руки. Сверху гриф: «Клаверийское посольство» и национальный герб — все тот же вставший на дыбы черный леопард на щите, поддерживаемом какими-то геральдическими тварями.
«Имя и фамилия: Пауль Зелинка.
Цель посещения: Посоветоваться с господином
Каймарком относительно будущего династии».
Господин Каймарк говорит: «Ну и смельчак! Не побоялся явиться самолично».
Молча переглянувшись с секретарем, Каймарк оборачивается к служителю и говорит: «Просите его».
Служитель уходит.
Машинистка задумалась. Появляется титр:
«Наверно, сумасшедший».
Ждут. Скептическое выражение лиц. Все думают о том, что, в общем, шансы на стороне самозванца.
Дверь открывается, и Пауль Зелинка останавливается на пороге.
Все трое молча смотрят на вошедшего, и по выражению их лиц видно, что их поразило его сходство с королевским портретом, на который они переводят взгляды. Пауль входит в кабинет. Он спрашивает: «Я говорю с послом господином Каймарком?»
Господин Каймарк кивает. Он уже отказывается от своих подозрений, он почти верит и держится почтительно. Они стоят лицом к лицу. Пауль Зелинка бросает взгляд на подчиненных господина Каймарка. Тот жестом отпускает их.
Когда дверь закрывается, господин Каймарк говорит: «Вы пришли, чтобы заявить свое право называться принцем Паулем Зелинкой?»
«Я пришел посоветоваться с вами».
Все еще рассматривая посетителя, господин Каймарк жестом предлагает ему сесть около портрета короля. Пауль садится, его взгляд падает на портрет, он все понимает и улыбается. Бессознательно Каймарк остается на ногах перед сидящим посетителем. Прежней недоверчивости нет и следа, он очень серьезен.
«Сэр, вы пришли, чтобы заявить претензии на очень высокое положение».
Зелинка пожимает плечами.
«Кажется, я следующий по старшинству после моего двоюродного брата Отто».
Каймарк испытующе смотрит на него. Потом берет и снова кладет на стол шифрованную телеграмму. После секундного колебания он решается сказать:
«Сэр, он скончался. Если вы тот человек, за которого вы себя выдаете, то теперь вы король Клаверии».
Пауль задумывается.
«Если только я захочу им быть».
Каймарк возражает — ведь факт налицо. Пауль говорит: «Никакая сила на свете не может заставить меня вернуться в Клаверию, если я сам этого не захочу». Каймарк не ожидал такого оборота, и это видно по нему. Пауль продолжает: «Прежде чем я приму решение, мне хочется, чтобы вы поподробнее рассказали о моем положении. Кстати, вот документы, удостоверяющие мою личность. Думаю, они вас удовлетворят».
Он
