разносился по всему лесу, и на секунду мне показалось, что среди деревьев на меня уставилось еще больше масок. Монстры притаились, рыщут поблизости, охотясь за плотью.
Мимо меня просвистела еще одна стрела, и кто-то выругался.
— Это было близко, — засмеялись они, и я не могла сказать, испытывали ли они облегчение или разочарование от того, что промахнулись.
Моя нога зацепилась за корень, и я споткнулась, врезавшись в дерево, когда удержалась на ногах, впившись в него ногтями, чтобы не упасть. Падение стало бы для меня концом.
Я заставила себя выпрямиться и продолжала бежать, мои легкие налились свинцом, а разум затуманился от действия наркотика.
Не сдавайся. Продолжай бежать. Не засыпай.
Внезапно мои ноги коснулись более ровной земли, но деревья не поредели. Я закричала, зовя на помощь. Но вряд ли кто-то мог выйти на улицу так поздно. Что, если бы никто не был достаточно близко, чтобы услышать мои крики?
Еще одна стрела пролетела мимо меня, ударившись в дерево, раскололась на две части и отправила их в полет по воздуху. Пылающий наконечник полетел в мою сторону, и я закричала, падая на землю, пытаясь увернуться от него. Он приземлился в нескольких дюймах слева от меня, с шипением шлепнувшись в грязь.
Шаги за моей спиной приближались, отдаваясь в моем черепе. Я стиснула зубы и продолжала двигаться, отчаянно желая добраться до воды и молясь, чтобы я была уже близко. Я не знала, сколько еще смогу бежать. И они были так близко, так чертовски близко.
Я двигалась изо всех сил, пока наркотик проникал все глубже в мое тело, захватывая мышцы и пытаясь заморозить их, обездвижить меня. Нет, нет, нет.
Я заставила себя идти дальше, когда позади меня раздался новый смех, искаженный и наполненный их весельем от того, что они наблюдали за моими попытками сбежать.
Я оглянулась через плечо, увидев две, затем три, затем десять фигур среди деревьев с масками, закрывающими их лица, когда мое зрение расплылось и умножилось.
Еще одна стрела просвистела в воздухе, и я с криком пригнулась, испугавшись, что вот-вот почувствую, как металл глубоко вонзится в мою плоть, и неистовый огонь поглотит меня. Но почему-то это не приходило. Поэтому я продолжала бежать. И я не останавливалась.
Я просто не знала, сколько еще смогу пройти, прежде чем одна из этих стрел найдет свою цель.
Все мышцы моего тела горели от усталости, такой глубокой и безжалостной, что я был почти уверен, что мои конечности вот-вот откажут и я утону в этом забытом богом озере.
Пока я плыл, мой разум сыграл со мной злую шутку, заставив поверить, что я слышу крики в ветре, бушующем над волнами, от которых мое сердце бешено колотится от страха за девушку, которую я любил.
Я сбросил ботинки и сорвал с себя футболку, чтобы легче было плыть, но мне начало казаться, что я вообще никуда не продвинулся. Как будто я каким-то образом умудрялся плавать кругами здесь, в темноте, и у меня в любой момент могли закончиться силы, и я поддамся неизбежному зову глубинам воды подо мной.
Крики Татум снова донеслись до меня, и волна страха, пронзившая мое тело при этом звуке, вызвала всплеск адреналина в моих венах.
Это не было похоже на мое воображение. Это звучало чертовски похоже на реальность, пришедшую, чтобы ударить меня по члену.
Я поплыл сильнее, быстрее, звук ее крика донесся снова и заставил меня почувствовать уверенность, что мне это не почудилось.
Совершенно другой вид паники охватил меня, когда я двинулся на крики, вопреки всякой надежде, что приближаюсь к ней, когда у меня перехватило дыхание и мои конечности задрожали от усталости.
Мои пальцы ног внезапно заскребли по гальке на дне озера, и я чуть не разрыдался от облегчения, когда, черт возьми, пробирался дальше вперед, а берег поднимался подо мной.
Когда я наконец смог встать на ноги, я выпрямился и обнаружил, что нахожусь на пляже Сикамор, лунный свет серебрил песок и высвечивал девушку, которая бежала ко мне из просвета между деревьями, отмечавшими опушку леса.
Я перешел на бег, выкарабкиваясь из озера, делая глубокие вдохи, когда ледяная вода стекала с моего тела, заставляя меня дрожать на холодном ветру.
Татум споткнулась и упала, когда я подбежал к ней, и мое сердце подпрыгнуло от паники, когда я выкрикнул ее имя.
Движение в деревьях позади нее привлекло мое внимание, и я поднял голову, заметив между деревьями фигуру в костяной маске, скрывающей лицо.
— Когда я поймаю тебя, я уничтожу тебя, черт возьми! — Я взревел, чуть бросившись за ним, но Татум была в центре моего внимания.
Когда я подошел к ней, от резкого запаха бензина у меня перехватило дыхание, и я опустился на колени, перекатывая ее и убирая мокрые волосы с ее лица.
— Татум? — Я кричал отчаянно, когда она повисла на мне, и я встряхнул ее изо всех сил, пытаясь добиться реакции от нее. — Татум! Просыпайся!
Я встряхнул ее сильнее, и она застонала, переворачиваясь на другой бок, пока ее не вырвало на камни рядом с нами.
Ее рука взметнулась, чтобы схватить меня за руку, когда я огляделся в поисках каких-либо признаков Ниндзя Правосудия, но деревья перед нами снова были пусты.
Запах бензина был невыносимым, и я понял, что она была покрыта вовсе не водой.
— Черт возьми, Татум, что, нахуй, произошло? — Потребовал я, притягивая ее к себе, и ее голубые глаза расширились от паники, прежде чем она, казалось, поняла, что это я.
— Они собираются убить меня, Блейк! — воскликнула она, обнимая меня, и мой пульс ускорился, когда я снова посмотрел на деревья.
У меня перехватило дыхание, когда я заметил пламя, разгорающееся между толстыми стволами, и, вскочив на ноги, я потянул ее с собой. Ее ноги подкашивались, когда она попыталась встать, поэтому я подхватил ее на руки и прижал к своей груди, когда у нее вырвался стон страха.
Озеро было ближе всего, но я не хотел рисковать и оставаться здесь дольше. С ней явно было что-то не так, и она начала бормотать какую-то чушь и всхлипывать, в то время как ее конечности, казалось, были без сил.
С решительным рычанием я крепче прижал ее к себе и побежал к Храму, повернувшись спиной к огню между деревьями и надеясь изо всех сил, что смогу убежать от тех, кто был там, прежде чем пламя доберется до
