— Простите, но у нас с Кейт есть дело. — Он посмотрел вниз на разозлившегося павлина возле нее и вызывающе улыбнулся. — Вы же не возражаете?
Ноздри мужчины раздулись, и его лицо приобрело свекольный цвет.
— Вообще-то я…
— Я не могу ждать, — перебил Этан.
— Послушай, — начала она, высвобождаясь из его руки, — ты не можешь просто…
— Что такое, Кэтидид?
Он смотрел ей в глаза, и на этот раз она, казалось, не могла отвести взгляда, молчание становилось неловким. Он хотел слизать капельку сливок с ее верхней губы, попробовать на вкус ее кожу, опустить слой голубого бархата, который закрывал ее грудь, и почувствовать мягкую плоть под своими ладонями.
Мужчина возле нее дважды откашлялся, нарушая тишину. Кейт сделала шаг назад, нахмурившись и потирая локоть:
— Этан, я не думаю…
— Тогда перестань думать, — сказал он и потащил ее внутрь.
Глава 8
Кейт сопротивлялась, ее сердце билось в горле. Она не была готова снова остаться с Этаном наедине. Пока. Она таяла под его прикосновениями, но не хотела терять контроль и способность здраво мыслить. Но она понимала, что этого не избежать.
Та ночь научила ее, что, если дело касалось Этана, ее сдержанность исчезала, как утренний туман перед солнцем. Она не была достаточно сильна, чтобы противостоять ему.
— Этан, прекрати, — безрезультатно просила она, но он только сильнее сжимал пальцы. — Мы ведем себя неприлично.
Очевидно, неприличие его не останавливало, потому что он не замедлил шаг, пока не завел ее в тихий угол, практически скрытый от остальных облаком белого дыма и украшениями из оранжевой и черной бумаги.
— Тебе не следует быть здесь, — сказала она, освобождаясь от его руки. — Тебя даже не приглашали.
Он остановился и повернулся к ней, преграждая путь к отступлению.
— Откуда ты знаешь?
Она покраснела:
— Я проверяла список гостей.
Его улыбка подсказала ей, что он неправильно понял ее слова.
— Как приятно осознавать, что ты надеялась на мое присутствие.
— Я не надеялась! — выпалила она. — Я проверяла, чтобы удостовериться, что тебя здесь не будет!
— А, — сказал он, медленно кивнув. Его взгляд блуждал по ее глазам, щекам и рту, теплому, закрытому и манящему. — Тогда почему ты не подняла тревогу или не приказала мне уйти?
Каким-то образом она смогла сохранить спокойный голос, когда одарила его надменным взглядом.
— Может, мне следует это сделать. У тебя есть странная привычка появляться там, где тебя не хотят видеть, полагая, что ты имеешь право тратить мое время и таскать меня по разным углам.
— Ты бы предпочла, чтобы я пришел к тебе домой и затащил тебя в твою постель?
— Конечно нет!
Он пожал плечами:
— Тогда ты должна быть благодарна, потому что от моего прихода сюда выиграет еще одно достойное предприятие. В этом же дело, да?
Как он смог сказать так? Это прозвучало оскорблением.
— Я ничего не имею против того, чтобы ты делал пожертвования, — фыркнула она. — Проблема в том, что ты грубо обращаешься со мной.
— Правда. А я помню, что это ты грубо обошлась со мной, когда мы последний раз были вместе.
Она густо покраснела:
— Только ты можешь быть настолько неджентльменом, чтобы заговорить об этом.
Его губы растянулись в кривой ухмылке.
— А я и не говорил, что я джентльмен.
— Ты не мог бы им стать, даже если бы захотел, — ответила она. — Ты ничего об этом не знаешь.
Он указал пальцем в сторону гостей:
— Как будто все эти франты знают!
— По крайней мере, они знают, как относиться к женщине с уважением.
— Я в этом не сомневаюсь, — дразнил он, наклоняясь вперед, чтобы прошептать свой вопрос ей на ухо. — Итак, скажи мне, Кейт, как это действует на тебя?
Опьяняющая волна страсти поднялась по ее венам, и она сделала шаг назад, ударившись каблуками о стену и чуть не упав.
Этан улыбнулся, когда она восстановила равновесие.
— Плохо, я полагаю?
Кейт нахмурилась:
— Все шло хорошо, пока ты не появился. Его рука поднялась, чтобы погладить ее по шее возле уха.
— Лгунья.
Она сбросила его руку:
— Я возвращаюсь на вечеринку.
— Так скоро? — спросил Этан.
Он подошел ближе, загоняя ее еще дальше в угол, и его дыхание нагревало воздух возле ее лица. — Но со мной можно повеселиться гораздо лучше, чем с этим полосатым пустозвоном, ты не находишь?
Она напряглась, когда волна желания прошла по ее телу.
— Почему ты делаешь это? — выдохнула она, когда его пальцы проникли под широкие рукава ее костюма.
Его лицо стало серьезным.
— Потому что мне не нравится, как мы все закончили.
— Это не важно. Все кончено. Между нами все кончено.
Еще одно легкое прикосновение его пальцев к ее предплечью, но сам он не пошевелился.
— Нет, Кэтидид, не кончено.
— Я думала, что ясно высказалась. — Она освободилась от его руки: — Мы закончили. Ты получил одну ночь, и это все, что я хочу тебе дать. Ты ненавидишь меня, все нормально. Может, я даже этого заслуживаю. Но не проси меня провести с тобой время. Я знаю, как ты ко мне относишься.
Он оставался неподвижным, отказываясь отпускать ее. Вместо этого он опустил подбородок и внимательно посмотрел на ее решительное выражение лица:
— Дай мне пять минут.
Волны желания накатывали на Кейт, соблазняя слушать его. Но она покачала головой и посмотрела ему в глаза:
— Зачем?
Наклонившись, чтобы поцеловать ее в лоб, он прошептал:
— Это даст мне возможность убедить тебя, что мы еще не закончили.
Она резко отодвинулась от него. В ее голосе ясно слышалось неверие:
— Не будь таким тупым, Этан. Мы оба знаем, что у нас слишком много багажа в прошлом, много обид и много такого, чего нельзя высказать.
— Тогда мы начнем сначала. — Он вдохнул, опустив взгляд на ее губы. — Мы забудем о прошлом и будем двигаться вперед.
Пульс бился в ее ушах, подталкивая отбросить осторожность и погрузиться в странный роман, который он предлагал ей, сколько бы он ни продлился.
— Нет, — сказала она, опуская руку. — Прошлое не исчезнет просто потому, что ты этого хочешь.
Он кивнул:
— Ты права. Но оно также не должно портить наше будущее.
— Какое будущее?
— Будущее без сожалений.
— В моей жизни уже слишком много сожалений. И я буду полной дурой, если позволю тебе соблазнить меня на новые.
— А что, если ты не будешь сожалеть об этом?
— Как? Ты не простил меня, и, пока этого не сделаешь, ты будешь отстранен, жесток, сколько бы раз мы ни переспали. Ты не можешь просить меня пойти на это.
