Князь Василий засмеялся, довольный произведенным эффектом. В это время что-то глухо с металлическим лязгом ухнуло об пол. Это упал Иннокентий, незащищенный мозг которого оказался под влиянием депрессивного излучения.
- Твою мать, прости господи, - сказал Гоша, испугавшись падения дьяка.
- Переведи на желтое деление! - приказал князь Василий.
- Сделано, Ваше сиятельство, - отрапортовал Гоша.
Атакующие уже начали обнимать друг друга, перейдя из состояния величайшей угнетенности к состоянию наивысшего счастья и влюбленности в весь мир.
- Мы победили, Ваше сиятельство, - сказал Гоша, наблюдая как патриархи радостно скачут вместе со своей паствой.
- Я так вас обоих люблю, - сказал Иннокентий и полез обниматься с князем.
- Слава богу, что не пришлось оружие применить, - сказал князь Василий, осеняя себя широким крестом и отгоняя надоедливого дьячка.
И в это время выключилось электричество. Регулярные отключения света, два раза в день на два часа, стали уже привычными для одесситов. По сообщениям местных газет, городская администрация была завалена письмами пенсионеров, которые благодарили мэра за то, что электричество выключают всего на четыре часа в сутки. Но именно это отключение оказалось роковым для церковного вагончика, в котором со своей немногочисленной армией оборонялся князь Василий.
Атакующие несколько секунд приходили в себя, а потом Хилер, взмахнув штангенциркулем, что-то крикнул и, схватив брошенные орудия разрушения, армия верующих устремилась к храму.
Князь Василий взялся за пулемет и дал первую очередь поверх голов нападающих, пулями разбив стекло. Тотчас внутрь вагончика устремился холодный ветер. Князь продолжал осыпать небо пулями, атакующие залегли между ухабами, ожидая когда смертельный град закончится.
Пулемет весело подскакивал, и скоро аллюминиевые ножки столика не выдержали. Стол разломался на части, тяжелый пулемет упал на пол. И как ни старались Гоша и князь Василий поднять его и, обжигая пальцы об дуло, пристроить каким-то образом к окошку, все было безрезультатно. Атакующие между тем оказались уже на расстоянии десяти метров и снесли легкое проволочное ограждение, воздвигнутое вокруг вагончика. Вдали уже слышались милицейские сирены. В отчаянии князь Василий развернул пулемет и утащил его к иконостасу, чтобы, стреляя вдоль вагона, сносить головы тем, кто осмелится залезть в окна. Однако, и тут его ожидала неудача. Когда первая голова просунулась вовнутрь, он нажал на гашетку, но в механизме что-то заело: видимо, падение со стола не прошло для красавца-пулемета бесследно. Нескольких секунд, в течение которых князь пытался разобраться с пулеметом, атакующим хватило, чтобы проникнуть внутрь храма и разгромить все, что попалось им под руку.
Хилер, заскочив внутрь вагончика, подбежал к князю и со всей силы ударил его штангенциркулем в грудь. Слава богу, крест был крепкий - и только слегка погнулся в середине, однако Василий получил мощный толчок и ударился головой об иконостас, после чего на минуту потерял сознание.
Когда через десять минут милицейские машины приехали на Поле Чудес, атакующих уже и след простыл. Они утащили с собой пулемет, разломали психологическое оружие и сбросили на пол все иконы.
Милиционеры предположили, что налетчики попрятались в подземные многоуровневые норы, которые в изобилии были нарыты вокруг бомжами. И начали созваниваться по рации со своим руководством, чтобы устроить облаву и выкурить разхулиганившихся сектантов.
* * *
Следователь Порфирий, которому поручили дело о найденных на даче трупах Наташиных родителей, добровольно принял на себя неприятную обязанность: сообщить дочери погибших о трагедии.
Поднявшись на лифте, он долго звонил в наташину дверь, но никто ему не открывал.
Тогда стал он звонить соседям и спрашивать, не видели ли они девушку. Словоохотливая бабулька Аграфена Игнатьевна, жившая через одну квартиру от Макса, рассказала Порфирию о том, что видела Наташу в обществе молодого человека из соседней квартиры. Было это вчера вечером.
- Они уходили куда-нибудь? - спросил Порфирий.
- Нет, сынок, - растягивая гласные звуки и приударяя на "о" отвечала ему старушка. - Не уходили. Он дверь открывал, с работы вернулся. Он поздно возвращается. А она из своей двери высовывается и ему что-то говорит. Ну тот головой кивает и гляжу минут через пятнадцать заходит к ней. Вот так-то.
- А потом что-нибудь видели?
- Видела, сынок. Видела. Ночью слышу открывается ее дверь. И он выходит. Злой на лицо такой. Выходит, дверь закрывает и не в свою квартиру идет, а на улицу спускается.
- Она с ним не выходила?
- Нет, сынок. Я уж в глазок-то все время смотрю, ничего не пропускаю. Не выходила она. Ни ночью, ни утром не выходила.
- Вы что же, Аграфена Игнатьевна, все время смотрели?
- Смотрела, сынок. Да у нее дверь так скрипит, что я из любого места своей квартиры слышу, что дверь открылась. Не открывалась дверь больше. Ни разу не открывалась.
- А он возвращался?
- Да, после того, как на улицу ушел, через полчаса вернулся и в свою квартиру зашел. А утром на работу, как обычно, убежал. Очень был веселый.
- А девушка, Наташа Пухлотитько, точно никуда не выходила?
- Богом клянусь! Никуда, - перекрестилась старушка.
- Спасибо. Ну что ж, найдите еще одну соседку, понятыми будете. Как бы девушка с собой не покончила, узнав о смерти родителей. Я вернусь через два часа со слесарем и с разрешением на обыск. Будем квартиру открывать. Если Наташа появится, Вы мне срочно позвоните. Вот по этому телефону. Тут и мой домашний написан, вот, на обороте.
- Хорошо, милок. Хорошо. Я сейчас тетю Клаву позову, она подо мной живет. И мы ждать будем.
Порфирий удалился, нахмурившись. Очень подозрительный был этот сосед, который встречался с дочерью погибших. Очень подозрительный. Разузнав по адресу фамилию Макса, Порфирий попытался поискать какие-либо материалы на него в картотеках. Но безуспешно. Никогда внимание органов внутренних дел этот человек не привлекал. Между тем поступили данные о вскрытии трупов, найденных на даче. Оба были отравлены синильной кислотой, обнаруженной также в двухсотграммовой баночке вишневого варенья. Варенье было с косточками. И потому пока оставалось неясным, возник ли яд сам по себе или был кем-то искусственно добавлен в варенье "для вкуса".
Пришлось кое на кого надавить, чтобы быстро получить разрешение на обыск, на это ушло часа три. Оперативная группа и слесарь прибыли на место только около пяти вечера.
Аграфена Игнатьевна оповестила о событии не только тетю Клаву, а и всех, кого могла найти дома. Так что следователя уже ожидала толпа соседей. Вовсе не рассчитывая на такую популярность своей акции, Порфирий был несколько раздосадован. Но делать нечего - не гнать же людей, раз они пришли посмотреть на такое дело.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
