оставался один способ спасти Новый год.
Я на всякий случай отошёл от парты: вдруг, думаю, поэт-растеряша разозлится – и говорю Каретову:
– Тебе, друг мой, надо влюбиться. Так все поэты делали. Они влюблялись и писали. И не только о девчонках всяких там. О природе. О собаках. О праздниках.
Каретов весь покраснел. И в парту лицом уткнулся.
И вдруг я увидел в коридоре тень Лиды. Я везде её узнаю. Разве можно перепутать тень девочки, которая нравится, с чужой?
Я из класса скорее выскочил. Схватил Лиду за руку и признался, что люблю её. Как настоящий рыцарь настоящую принцессу. Наверное, письмо Татьяны и мои советы Каретову на меня так подействовали, что я решился… Обернулся, а сзади Светка ножкой топает:
– Я, конечно, рада, что ты рыцарь. С тройкой по математике. Но у нас проблема. Каретов тоже рыцарь.
– В смысле? – Лида аж подпрыгнула. – Он в кого-то влюбился?
– Ага, в Алёну из своего класса. Безответно, как он думает. Алёна рассказывала Вике из восьмого «В», а Вика рассказывала сёстрам-пятиклашкам, а они – остальным одноклассницам.
– Да что она рассказывала? – топнула ногой Лида: серьёзная Лидка очень красивая.
Светка ударила себя ладонью по лбу:
– Алёна рассказывала, что ей Каретов нравится. Так что об этом знает куча народу. Но Егору никто не проболтался. Я при нём в классе этого даже говорить не стала. Потому что не ябеда какая-нибудь.
И тут она побежала в наш класс. Зачем-то Каретова за руку взяла и куда-то потащила. А вся наша детективная команда за ней потопала. Оказалось, Светка бедного Егора повела к его Алёне.
А он стоит, молчит, глазами мигает. Тоже мне, рыцарь!
Я Светку в сторону отвёл, говорю:
– А вдруг это всё слухи. И никому Каретов не нравится. Он же вообще писать стихи не сможет, если Алёны с ним не будет.
Светка не растерялась, подбежала к Алёне и что-то на ухо ей сказала.
Та чуть не расплакалась, кинулась к Егору, обняла его и говорит:
– Всё будет хорошо, слышишь? Не надо никуда уходить. Ты же мне нравишься.
Каретов сразу засиял от счастья. И крикнул нам:
– Ребята, у меня идея есть по Новому году! Я теперь всё напишу! Я такой счастливый! Всё напишу. Вдохновение вернулось!
Я ничего не понимал. Иногда девчонки ведут себя как инопланетяне. Странные вещи творят. А что-то хорошее получается. Шарлотки, например. Не представляю, как их готовят. А тут не шарлотка какая-нибудь, а целое вдохновение.
Светка не стала дожидаться моего вопроса. Волосы в хвост собрала и говорит:
– Егор влюбился и боялся, что он не нравится Алёне. Вот он и не мог про Новый год думать. Он только себя бедненького жалел. А теперь счастлив и готов про праздник писать!
– А почему эта Алёна на него так накинулась? – Мне было ужасно интересно.
Светка хихикнула:
– Я просто сказала, что Каретов в монастырь после девятого класса собрался уходить. Монахом стать. Нам же надо было наверняка узнать, нравится ли он ей. Вот и узнали!
В этот момент я ещё раз убедился, что бывшая ябеда Светка – отличный человек и детектив. А ещё я очень надеялся, что Каретов не поссорится с Алёной до праздника. Когда обернулся, увидел, как они весело о чём-то разговаривают. Так что вряд ли поссорятся!
Получается, что Алёна украла у Егора вдохновение. Правда, сама не знала об этом. А теперь вернула его. Вот ведь как бывает! Я взял Лиду за руку. Наверное, я теперь тоже весёлые стихи писать начну.
История восьмая
Серёжки на ножках
У нас в школе сразу два Серёги пропали. Представляете? Это я от второклашки Мишки Котикова услышал, который бегал по коридору и орал:
– Ребята, всем внимание! Исчезли Серёжки!
Своими криками всех на уши поставил. Я и сам, честно сказать, удивился. Решил пойти к нему и всё выяснить. А где его искать? Конечно, в столовой!
Мишка очень любит покушать, особенно булки и каши. Но всё равно худой. Вот счастливый: может по три торта за раз уминать. В общем, подошёл я к нему, руку на плечо положил… Он от неожиданности как подпрыгнет! А я от страха как заору:
– Что прыгаешь? Какие три торта, ой, то есть какие Серёги пропали?
Он водил пальцем по витрине: пирожки выбирал. На меня даже не взглянул. Смотреть не хочет.
– Ты, – говорит, – спроси у детективов. Которые в четвёртом «А». У них одноклассники пропадают, а они ничего не знают.
Я обиделся:
– В четвёртом «А» самые лучшие учатся. Их президент к себе в Кремль позвал, чтобы наградить за подвиги.
Умею же я придумать, как нас похвалить!
Мишка на меня посмотрел, как мама на ведущего новостей. Он точно меня не узнал. У него, наверное, память на лица плохая. Вот он и понёсся по столовой с криком:
– Детективы в Кремль едут! Теперь никто Серёг не вернёт!
Я подумал, что надо срочно Юрку найти, и быстро зашагал в кабинет, мечтая о трёх тортах. Только я в класс ворвался, как Юрка вошёл в новом пиджаке в полосочку. Споткнулся о мусорную корзину и полетел носом в пол.
Я его поднял и говорю:
– Рано ты спать собрался. Нечего лежать. Вон в школе говорят, что из нашего класса два Серёжи пропали.
Юрка поднимает мусор и на меня смотрит подозрительно:
– Ты это, Андрюха, про кого? Про Фокина? Так Фокин уехал на соревнования по лыжам.
– Хорошо, – я поднял взгляд к потолку, как в фильмах про детективов, и важно зашагал по классу.
Потом в меня парта врезалась. Я её назвал глупой деревяшкой и важно спросил:
– Думаешь, ты решил детективную задачку, Юрка? Тройку тебе ставлю! Я ж говорю: два Серёги пропали из нашего класса.
– Да с чего ты взял, что пропали два Серёги, если у нас учится всего один?
Юрка точно нервный. Он поднял и поставил упавшую мусорную корзину с такой злостью, что она снова упала и все бумажки разлетелись.
Тут откуда ни возьмись Мишка-второклассник появился:
– Привет, Юра! Слыхал уже новость? – Мишка не унимался: – Кстати, кто у вас тут детективы? Или они уже в Кремль уехали награды получать?
Юрка на Мишку вылупился, как на инопланетянина. Я сразу понял, что Юрка сейчас меня выдаст, и Мишка побежит всем рассказывать, что я врун. А я не врун – просто нашу команду защитить хотел.
Хорошо, что Печенькин с Антоном пришли с кучей булочек. Я одну хвать у Антона и в рот Юрке сунул. Потом Мишку вытолкал из класса, ему тоже
