Затем Святослав осадил город Мстиславль, где сидел литовский наместник Коригайло[35] Ольгердович. Смоляне начали разрушать стены крепости пороками, но через 10 дней, 29 апреля 1386 г., большое литовское войско во главе с родным братом Ягайло князем Скиригайло и с братьями Дмитрием Корибутом и Симеоном Лугвенем приблизилось к Мстиславлю. Святослав Иванович отступил от города и неподалеку, на берегу речки Вехры, правого притока Сожи, принял сражение. Смоляне были наголову разбиты, сам Святослав пал, пронзенный копьем, а оба его сына, Юрий и Глеб, попали в плен.
Литовцы преследовали русских аж до Смоленска, но штурмовать город не решились. За большой выкуп Скиригайло отдал смолянам тело убитого князя Святослава.
Раненого Юрия Святославича Скиригайло велел выходить в Торжке, а потом отправил его княжить в Смоленск. Старший же сын Святослава Глеб на некоторое время был оставлен заложником. Дифференцированное отношение к братьям Святославичам объясняется родственными связями: Юрий был мужем старшей сестры Скиригайло.
Новый смоленский князь должен был принять все условия мира, продиктованные Скиригайло. Юрий Святославич обязывался быть всегда верным Ягайло – «королю польскому, великому князю Литовскому и русскому и иных земель господарю»; никогда не отступать от него ни при каких обстоятельствах, помогать ему во всех военных предприятиях, а если по каким-либо обстоятельствам или в силу болезни ему самому лично это сделать будет невозможно, то он должен послать своего сына. Ни с полочанами, ни с Андреем Полоцким он обязывался не заключать мира, не иметь с ними никаких дипломатических сношений. Все, что успели смоляне захватить во время войны, то есть села и волости, он должен был возвратить назад.
Этот договор был заключен 20 мая 1386 г. К акту прилагалось десять печатей, которые, очевидно, принадлежали Юрию и девяти другим лицам, упомянутым в договоре и целовавшим крест в его исполнении. Это были: князь Феодор Романович, князь Михаил Иванович Вяземский, Семен Непролей Гаврилович, Юрий Столова, Прокофий Иванович, Глеб Васильевич, Андрей Микулиныч, Борис Меркурьевич и Андрей Мирославич.
Но этого показалось мало. В акт было внесено еще одно обязательство: Юрий Святославич должен был поехать в Вильно к королю Ягайло и там повторить лично заключенный договор. И осенью того же года он отправился в Вильно в сопровождении всех лиц, скрепивших договор, и там вторично 17 сентября целовал крест в его исполнении.
Глава 8
Гибель Смоленского княжества
В истории часто бывало, что мелкие личные дела правителей оказывали решающее влияние на судьбы народов. Так, после нашествия Тохтамыша в 1382 г. князь Дмитрий Донской отправил в Орду заложником своего старшего сына Василия. Через некоторое время ордынцы стали требовать 8 тысяч рублей за освобождение молодого князя. Но в 1385 г. Василию удалось бежать. Чтобы обмануть татар, он бежал не на Русь, а на юг – в Приднестровские степи, а оттуда в 1386 г. пробрался в Великое княжество Литовское к князю Витовту.
При дворе Витовта Василий познакомился с его дочерью Софьей. Софья не была похожа на московских девиц, жизнь которых ограничивалась теремом и храмом. Софья любила плясать, скакала верхом, обожала охоту. «Языкового барьера» у нее с Василием не было, поскольку при дворе Витовта почти все говорили по-русски. Да и матерью Софьи была смоленская княжна Анна Святославна. Нетрудно догадаться, что княжич и княжна, которым было по 14 лет, влюбились друг в друга. Витовт, исходя из своих стратегических планов, не препятствовал этому увлечению, а наоборот, легко согласился на обручение. Василий радостно согласился, не ведая, какое горе принесет этот брак и Северо-Восточной Руси, и Смоленску.
В 1386 г. княжич Василий возвратился в Москву. В 15 лет женились большинство московских князей, но Дмитрий Донской не спешил выполнять обещание, данное сыном Софье.
Смерть отца 19 мая 1389 г. развязала Василию руки. Теперь он – великий князь Московский, и ему никто не указ. Между тем на конец 1389 г. политическая выгода от брака с Софьей Витовтовной была далеко не очевидна. В это время Витовт вновь поссорился со своими двоюродными братьями Ягайло и Скиригайло, и ему пришлось искать убежища в землях Тевтонского ордена. В 1390 г. орденское войско вместе с дружиной Витовта вторглось в Литву. Любопытно, что в рядах крестоносцев находилось много западноевропейских рыцарей, в том числе граф Дерби, позднее ставший английским королем под именем Георга IV. Генеральное сражение произошло под Вильно на берегу речки Вилни. Ягайло и Скиригайло были наголову разбиты. Среди пленных князю Витовту достались и смоленские князья Глеб Святославич и какой-то Глеб Константинович,[36] сражавшиеся на стороне Скиригайло. Впрочем, не исключено, что Глеб Святославич сам перешел на сторону Витовта, тем более что тот был ему шурином.[37]
Тем не менее летом 1389 г. в немецкий замок Мальборн, где у крестоносцев находился Витовт с семьей, прибыли сваты из Москвы. Из-за войны невесту пришлось везти в Москву кружным путем через Данциг, Ливонию, Псков и Новгород. 1 декабря невеста прибыла в Москву, а уже 9 января 1390 г. состоялась свадьба Василия и Софьи.
5 августа 1392 г. Ягайло и Витовт встретились в Островском дворце близ городка Лиды и заключили договор, получивший название Островского. Витовт получил назад Трокайское княжество и стал наместником великого князя Литовского Ягайло. Фактически же Витовт стал полновластным хозяином в Литве.
В конце 1392 г. Витовт согнал со смоленского престола Юрия Святославича, ставленника Скиригайло, и посадил туда Глеба, а Юрия в виде утешительного приза послал княжить в городок Рославль.
В орденском войске Глеб увидел действие пушек и, став смоленским князем, купил или получил в подарок от Витовта несколько тяжелых пушек (картунов). Именно Глеб Святославич избрал пушку в качестве герба Смоленска.
В 1393 г. Василий I с молодой женой прибыли в Смоленск повидаться с тестем. При въезде в город Великому Московскому князю в течение более двух часов велась стрельба из огромных пушек (картунов). Это был первый в истории Руси артиллерийский салют.
Летом 1395 г. великий князь Литовский Витовт отправился в поход на татар на помощь своему зятю – великому князю Московскому Василию I. Замечу, что Москве действительно угрожало нашествие Тамерлана (Тимура). В сентябре Витовт как бы случайно объявился около Смоленска. Глеб Святославич выехал ему навстречу, Витовт принял его хорошо, одарил подарками и отпустил, предложив быть третейским судьей для смоленских князей в их распрях и пообещал оборонять их от Юрия и Олега Рязанского.
Для уверения князей в полной личной безопасности Витовт дал охранную грамоту («опас»). Князья, ничего не подозревая, 12 сентября все выехали из Смоленска вместе со своими боярами. Это были князья Святославичи – Глеб, Иван и Владимир, сыновья Святослава Ивановича, Иван и Александр Михайловичи, Иван и Александр Васильевичи и Василий Иванович, сын Ивана Васильевича. Лишь только они собрались в литовский лагерь, как немедленно были схвачены, а неприятельские войска бросились к городу, начали жечь посад и брать в плен людей.
Витовт въехал в Смоленск. Все арестованные князья были отправлены в Литву, а в Смоленске посажены литовские наместники князь Йомант и боярин Василий Борейкович. Смоленский гарнизон был усилен польскими рыцарями.
Замечу, что в Литве с пленными смоленскими князьями обращались не очень строго. Так, к примеру, Глебу Святославичу был дан во владение город Палонный.
Однако, на беду Витовту, князь Юрий Святославич, сын Святослава Ивановича, еще раньше отъехал от киевских усобиц из Смоленска к своему тестю Олегу Ивановичу Рязанскому.
Узнав о захвате Смоленска Витовтом, Юрий Святославич Смоленский и Олег Иванович с рязанской ратью вторглись в литовские пределы. Витовт не стал вступать в сражение и отправился, в свою очередь, грабить Рязань. Олег Рязанский приказал своему войску спрятать в надежном месте добычу, взятую в Литве, и налегке начать поиски литовцев, вторгшихся на Рязанщину. Рязанцы нагнали литву и побили ее, а сам Витовт едва сумел уйти.
Московский же князь Василий I не только не помог смоленским князьям, а наоборот, в 1397 г. на Пасху поехал в Смоленск на встречу с Витовтом. Его сопровождали жена и митрополит Кирилл. В захваченном Смоленске родственнички отпраздновали Пасху.
Олег Рязанский в это время осадил литовский город Любутск, но Василий направил к Олегу посла, и тот, угрожая московской ратью, заставил рязанцев снять осаду.
Осенью 1396 г. Витовт с большим войском вновь напал на Рязанскую землю. Как писал Д.И. Иловайский: «…предал ее опустошению; причем «литовцы сажали людей улицами и секли их мечами». По выражению летописца, Витовт «пролил рязанскую кровь как воду». После этих подвигов прямо из Рязанской земли он заехал к своему московскому зятю в Коломну, где пировал с ним несколько дней».[38]
