Любечский съезд провозгласил принцип наследования князьями земель своих отцов.
Первым Рязанским князем считается Ярослав Святославич. Он правил Рязанью до 1123 г. Именно он заложил Переяславль Рязанский, то есть современную Рязань. Под 1096 г. в летописи сказано: «заложен был град Переяславль Рязанский у церкви Св. Николы Старого». Судя по словам путешественника Герберштейна, древняя крепость, около которой впоследствии образовался город Переяславль, первоначально называлась Ярославом или Ярославлем, то есть по имени своего основателя. Может быть, около того же времени получил свое начало и город Пронск.
Ярославу Святославичу пришлось вести упорную борьбу с язычниками, как с угро-финнами, так и со славянами. Когда его сыновья Михаил и Федор прибыли в Муром в качестве наместников отца, язычники напали на них, и один из княжичей, Михаил, был убит. Тогда Ярославу пришлось силой брать непокорный город. Но он по характеру своему не любил крутых мер, а старался действовать на народ путем кротких увещаний и только в некоторых случаях прибегал к угрозам. Предание рассказывает, что в самом городе возобновилась попытка к мятежу и сделано было покушение на жизнь князя; но что он укротил язычников одним появлением своим перед ними с иконой Богоматери. Борьба окончилась победой христианства, и, по словам предания, даже совершилось торжественное крещение муромских язычников в реке Оке, подобно крещению киевлян при Владимире Святом.
Борьба с язычеством, видимо, послужила причиной похода Ярослава в 1103 г. на мордву. 4 марта 1103 г. состоялось сражение, в котором мордовские князья были наголову разбиты. Тем не менее в следующем году Ярослав вновь пошел воевать с мордвой.
На востоке Мурому и Рязани угрожали булгары. Хотя часто конфликты с булгарами затевали сами русские. Так, «муромская молодежь», помня походы своих предков русов, периодически занималась грабежом купеческих судов на Оке и Волге. Булгарские власти и купцы несли большие убытки. Обиженные обратились с жалобами к Олегу и брату его Ярославу. Не получив удовлетворения, булгары взялись за оружие и в 1088 г. захватили Муром. Впрочем, они оставались здесь недолго и, вероятно, довольствуясь разграблением города, ушли восвояси: по крайней мере спустя несколько лет опять упоминается о посадниках черниговского князя в Муроме.
В 1123 г., после смерти в Чернигове брата Давида, Ярослав становится черниговским князем и претендентом на киевский престол. До смерти в 1125 г. Владимира Мономаха Ярослав правил Черниговским княжеством, а теперь должен был сесть на великое княжение в Киеве. Но киевляне предпочли ему сына Мономаха Мстислава.
Ярослав и не пытался присвоить себе фактическое старшинство. Он был вполне доволен своим Черниговским уделом и взял с Мстислава клятву поддерживать его в Чернигове. Если существовала подобная клятва, стало быть, существовали и причины, по которым ее требовали. Вероятно, кто-нибудь из родных племянников Ярослава – Давидовичей или Ольговичей – показывал неуважение к правам дяди, который по своему личному характеру не мог приобрести влияния на младших князей. Опасения Ярослава вскоре оправдались.
В 1127 г. Всеволод Ольгович напал на Чернигов, пленил дядю, а дружину его перебил и ограбил. Такая удача Всеволода объясняется сочувствием к нему черниговских граждан, которые, может быть, тяготились княжением Ярослава. Великий князь изъявил намерение наказать Всеволода и возвратить удел своему дяде. Поэтому он вместе с братом Ярополком начал готовиться к походу на Чернигов.
Всеволод поспешил отпустить Ярослава в Муром и призвать на помощь половцев. Последние действительно пришли в числе 7000 человек, но от реки Выри повернули назад. Всеволод Ольгович начал упрашивать Мстислава, подкупал его советников и таким образом протянул время до зимы.
Когда пришел из Мурома Ярослав и стал говорить киевскому князю: «Ты целовал мне крест, ступай на Всеволода», Мстислав находился в затруднительном положении: с одной стороны, обязанность наблюдать справедливость между младшими родичами и крестное целование побуждали его вступиться за дядю; с другой – виновный Всеволод приходился ему зятем, потому что был женат на его дочери. За последнего стояли лучшие киевские бояре, в пользу его подал голос Андреевский игумен Григорий, который пользовался расположением еще Владимира Мономаха и был почитаем всем народом.
Великий князь в раздумье обратился к церковному собору, так как после смерти митрополита Никиты место его оставалось тогда незанятым. Нетрудно было предвидеть решение собора, потому что большая часть голосов уже заранее принадлежала Всеволоду. К тому же формально духовенство считало одной из главных своих обязанностей отвращать князей от междоусобий и пролития крови. Так оно поступило и теперь: собор принял на себя грех клятвопреступления. Мстислав послушался, что дорого обошлось ему позже, «и плакася того вся дни живота своего», скажет о нем летописец.
Ярослав оставил всякую попытку поддерживать свои права, с грустью воротился в Муром, прожил там еще два года и скончался в 1129 г.
Историк Иловайский писал: «Между тем как деятельность Ярослава, главным образом, сосредоточивалась около Мурома и Чернигова, для нас замечательна та роль, которую приняла на себя в то время Рязань. С тех пор как Тмутаракань, отрезанная половцами от южной России, исчезает в наших летописях, ее значение отчасти перешло к Рязани, которая также лежала на Русской украйне: младшие безудельные князья, обиженные старшими, – так называемые изгои – находят здесь для себя убежище. Под 1114 г. есть известие о кончине двух таких князей в Рязани: один из них был Роман Всеславич Полоцкий, неизвестно каким образом сюда попавший; другой – Мстислав, внук Игоря Ярославича и племянник известного Давида Игоревича; последний являлся верным помощником своего дяди, участвовал в половецких походах, а потом грабил суда на каком-то море. В Рязани же скончался в один год с Ярославом Михаил Вячеславич, внук Мономаха. Кроме того, есть известие, что Ярослав Святославич, изгнанный в 1127 г. из Чернигова, на пути в Муром оставил в Рязани какого-то Святополка; но потом о Святополке более не упоминается. По смерти Ярослава Святославича все Муромо-Рязанские земли достаются его сыновьям Юрию, Святославу и Ростиславу.
С Ярославом оканчивается тесная связь между княжествами Чернигово-Северским и Муромо-Рязанским. Еще внимание Ярослава обращено на юг; он делает усилие, чтобы утвердиться в Приднепровье; но сыновья его уже не возобновляют никаких притязаний на старшинство в роде Святославичей и не думают покидать своих северо-восточных волостей для того, чтобы отыскивать неверные земли на юге. С того времени среднее течение Оки все более и более выделяется из общей системы уделов и начинает жить своею собственною жизнью, подобно княжеству Полоцкому и Галицкому».[51]
После смерти Ярослава его сын Юрий сел в Муроме. Согласно Иловайскому, в Рязани сел Святослав, а младший Ростислав сел предположительно в Пронске.
В 1131 г. рязанские, пронские и муромские князья разбили половцев, а в следующем 1132 г. половецкий князь Амурат поступил на службу к рязанскому князю и принял православие.
В 1136 г. на рязанские земли напали остатки орд печенегов. В ходе этих набегов был убит знаменитый печенежский богатырь Темир-Хозя.
В 1143 г. скончался Юрий Ярославич Муромский. По мнению Иловайского, он не оставил детей. По данным же Когана,[52] у него было четверо сыновей (Святополк, Глеб, Давид и Ростислав), ставших безудельными муромскими князьями и исчезнувшими из поля зрения летописцев.
Так или иначе, но старший стол перешел к следующему брату Святославу, который до того времени сидел в Рязани. На его место из Пронска пересаживается младший брат Ростислав. Спустя два года Святослав скончался в Муроме, и Ростислав, надо полагать, опять занял или хотел занять его место, а в Рязани посадил своего меньшого сына Глеба.
Но у Святослава был сын Владимир, он или совсем не получил волости от дяди, или хотел наследовать отцовский удел. Как бы то ни было, мир и согласие недолго существовали в семье муромо-рязанских Ярославичей, и в этом углу России начинается борьба между дядей и племянником. Последний находит помощь и покровительство у двух соседних с Рязанью князей – Святослава Ольговича Северского и Юрия Владимировича Суздальского. Видимо, это-то обстоятельство и послужило поводом к первому столкновению между Суздальским и Рязанским княжествами.
А между тем усобицы шли не только на восточных окраинах Древнерусского государства, но и в Киеве. В августе 1146 г. в Киеве умер великий князь Всеволод Ольгович. Перед смертью он объявил своим преемником своего брата черниговского князя Игоря. Однако правление Игоря Ольговича не понравилось киевским боярам, и те пригласили к себе владимиро-волынского князя Изяслава Мстиславича. 17 августа 1146 г. дружина Игоря была разбита волынцами, а Игорь взят в плен и посажен в «поруб». По приказу Изяслава бедолагу насильственно постригли в монахи под именем Давида и поместили в киевский Федоровский монастырь, где он был убит 19 сентября 1147 г. восставшими киевлянами. После смерти православная церковь причислила его к лику святых.
