зависшую чуть в стороне Кардею, в глазах которой плескался океан радости и счастья.
— Ну, ну, оставьте господина в покое! — утихомирил детвору Фарож. — Ему уже пора уходить! — и, подойдя поближе, тихо добавил. — Там начинают стражники собираться, если не хотите с ними общаться, я выведу через чёрный ход.
— А у вас проблем не будет? Хотя, — тут же осознал я, — если пойду в лоб, их может оказаться намного больше. Что ж, ведите.
— Бросьте, — смущённо улыбнулся Фарож. — Наша главная проблема уже позади. Остальное мелочи. В любом случае, прошу за мной.
Кивнув Кардее, чтобы летела за мной, я отправился с Фарожем к выходу и через минуту мы с мелкой богиней находились в тихом переулке.
— Спасибо, — очень серьёзно сказала фея. — Сама я не смогла бы им так быстро помочь, если бы вообще смогла.
— Но почему так? Ты же богиня, в конце концов.
Кардея ничего не ответила и отвела взгляд, на что мне оставалось лишь устало вздохнуть и махнуть на фею рукой.
— Ладно, забудь. Пойдём домой.
Поёжившись от порыва холодного ветра, я зашагал в сторону особняка. Какое-то время мы возвращались в тишине, но неожиданно коротышка, летевшая возле моего плеча, нарушила молчание:
— Ты, наверное, знаешь, но я довольно слабая богиня, — выдала она с заметным смущением. — Всё дело в том, что я из рода нимф, а не божество по рождению, и получила силы как бы… взаймы. Чтобы она не уничтожила со временем моё тело и душу, мне пришлось дать Мирозданию магический обет, чтобы создать искусственный баланс энергий. У этого обета есть несколько правил, ограничивающих мою силу.
— Даже такое возможно? — остановился я и коротышка кивнула.
— Вполне. Но чем ты слабее, а сила мощнее, тем строже придётся давать обет. Вплоть до того, что это может не иметь никакого смысла. К счастью, мои ограничения не настолько строги.
— Например?
— Мммм… Ладно уж, расскажу. Первое ограничение, — она подняла палец. — Я не могу вредить простым смертным, если они не угрожают моей жизни. Второе, — она добавила ещё палец, — свободно пользоваться божественной силой я могу только против нечисти. Тех существ, чья душа запятнана тьмой и злом. Но если рядом нет ребёнка, чья жизнь находится в опасности, её мощь будет ограничена. И это был третий пункт.
— Вот оно как… — пробормотал я, осмыслив услышанное.
— А потому в обычное время мне только и остаётся как драться на кулаках с драконами, да открывать… всякое, — с лёгкой горечью усмехнулась она. — Я даже не могу защитить детей от угроз в лице смертных, хотя не то что среди чужаков — среди родителей порой встречается редкостная падаль, место которой на самом дне Бездны.
— Короче, у каждого полно своих трудностей, — философски пошкрябал я в затылке, начав смотреть на закидоны феи немного иначе. — Слушай, а ты не думала, что можешь просто попробовать так выбесить неприятного тебе смертного, что он попробует тебя убить? И таким образом обойти ограничение обета?
— Ну… Мне приходила в голову такая мысль и не раз, — призналась Кардея, отведя глаза. — Но у Мироздания свои законы и я опасаюсь, если сделаю так умышленно, оно рассудит всё по своему. Ладно, хватит обо мне. Праволевый, внемли!
— А?
— Сегодня ты оказал неоценимую услугу великой Кардее и она навечно сохранит память о сём деянии! — напыжилась фея, вернувшись к своему обычному поведению и манере речи. — В час великой нужды, когда тебе понадобится сила великой и не будет иного решения — смело огласи свою просьбу. И великая Кардея поможет тебе так же, как ты помог ей, если это не будет противоречить её обету.
Ого. И что, даже не будет юлить и отнекиваться? Вот это да. Надеюсь, она не забудет об этом обещании, когда придёт время.
— Премного благодарен, о, великая, — я отвесил коротышке шутливый поклон. — Когда придёт час, я обязательно попрошу о помощи.
— Вот и отлично, — довольно кивнула богинька и, подлетев поближе, неожиданно плюхнулась мне на плечо, ткнув пальцем в сторону дома. — А теперь назад, к пироженкам!
Настоящая романтика. ИнтерЛЮДия
Изображение, дёрнувшись, погасло и свечение записывающего кристалла медленно сошло на нет, словно он погрузился в спячку.
Тишина, царившая в кабинете, могла казаться напряжённой, однако среди присутствующих имелась персона, в душе которой царило настоящее ликование. Золотоволосая девушка, сохраняя на лице невозмутимое выражение, украдкой поглядывала на сидевшего неподалёку старика. Он тоже старался выглядеть невозмутимым, однако во время просмотра записи она успела заметить раздражение, промелькнувшее на его лице.
Надменный, самоуверенный и считавший себя непобедимым, он уже второй раз за недолгий срок получал звонкую оплеуху от того, кто, по идее, должен был быть мёртв от его клинка. Сначала трофей, что он преподнёс Императору, едва не поставил жизнь последнего под угрозу. А теперь он наблюдал за тем, как «труп», оказавшийся вдруг в тысячах ялмов от императорского дворца, превращал передовые отряды фиарнийских войск и новейшие разработки инженерного корпуса в пепел и прах.
Девушка не могла точно сказать, что сейчас творилось у него на уме, но этот краткий миг несдержанного раздражения, вырвавшийся из под маски невозмутимости лорда-протектора, она смаковала со всей тщательностью и наслаждением, тихо посмеиваясь про себя.
Откровенно говоря, ей и самой с трудом удавалось сохранять спокойствие, глядя на симфонию смерти, сыгранную её избранником. Хотя запись не могла передавать звуки, аккорды смерти и подавляющей силы непрерывно звучали в её голове, из-за чего она хотела забыть обо всём и начать танцевать, радостно хохоча и вознося хвалу Богине. Её любимый действительно вернулся и теперь блистал даже ярче прежнего
Увы, это вызвало бы множество лишних и ненужных вопросов, а потому генерал Райда продолжала прятать свои истинные чувства и терпеливо ожидала реакции Императора. Она не питала иллюзий по поводу того, что он вдруг прогневается на лорда-протектора, всё же стариков многое связывало. …Но и оставить подобное без реакции Император точно не сможет. Если затмение и чёрное пламя ещё можно было списать на некое заклинание, наложенное на себя Владыкой демонов на случай смерти, то его удар на границе эльфийской республики явно не походил на посмертный фокус. А это означало лишь одно — лорд-протектор не справился со своей задачей.
— Фальт,
