Наверное, я просто чего-то недосмотрел в снаряжении лейтенантов. Невозможно находиться там, где они были — на внешней обшивке «Феи», — и не обгореть, не задохнуться, не заработать летальную порцию радиации. Лейтенанты не просто были невредимы — они двигались, и очень быстро. Когда-нибудь я тоже так смогу, лет десять тренировок, и я секунд десять буду двигаться с той же скоростью. Как раз в тот момент, когда троица передвигалась по обшивке, яхту крутило и бросало из стороны в сторону с разным ускорением, но лейтенантам все было нипочем.
Я неправильно оценил пушки гвардейцев. Это вообще были не пушки, это было три части одного большого орудия, на сбор которого лейтенанты потратили два вдоха. До дракона оставалось совсем немного, по астрономическим меркам, мы практически в него врезались — недолет стараниями Элли составлял всего десяток километров.
Какой бы огромной ни казалась только что смонтированная пушка, выстрел из рогатки должен был подействовать примерно так же. Я видел стадионы меньше этого дракона. С тем же успехом можно было бы просто подуть в его сторону. Просто подумать, махнуть рукой и представить, что это на что-то подействует…
Дракон расцвел лепестками пламени, кажется, заполнил собой все вокруг и исчез без следа. Только звезда и космос. Никаких драконов. Три лейтенанта, все таких же целых и невредимых, уже разобрав свою суперпушку, бежали к шлюзу. Если существуют соревнования на грациозность бега — они точно были бы в призерах.
Я просматривал запись снова и снова — кадр за кадром. Пока не увидел то, во что поверить уж и вовсе невозможно. Дракон взорвался до того, как гвардейцы выстрелили. Все-таки расстояние было приличным, и взорваться одновременно с выстрелом значило взорваться раньше. И это был не взрыв. Дракон почти мгновенно прилетел сюда, прямо к яхте. Если человека достаточно быстро опустить лицом в костер, ему тоже покажется, что произошел взрыв. А потом дракон исчез. Без следа. Яхта пролетела сквозь огненное тело дракона, пламя облизнуло «Фею» — судя по реакции приборов — корабль был способен на куда более грубый контакт. В то же мгновение меня расплющило о переборку, Элли — повезло больше, она была в капитанском кресле. С капитаном Сивером не случилось ничего. Три лейтенанта — Басса, Феликс и Квинт находились в момент атаки за бортом и просто обязаны были поджариться. Где-то до состояния хрустящей корочки.
Запись волновала только меня. Коммандос были счастливо уверены в мощи своего оружия (интересно, кто им вообще сказал, что оно сработает?). Даже капитан мало походил на себя, и лишь одно омрачало его счастье. Он ждал меня у капитанского мостика только для того, чтобы сказать мне:
— Ваш корабль. Нам нужны такие.
Я не должен был ничего отвечать. Парень поделился сокровенным, и от меня требовалось просто выдержать его взгляд и промолчать. Мне удалось. Я промахнулся в другом — меня покинула Элли.
В отличие, от наших вооруженных друзей, Элли не гуляла в открытом космосе, она все еще была на яхте, но точно не со мной. Моя девушка сошла с ума. В небольшой каюте «Феи» она занималась тем, что перекладывала с места на место все, что было в этих двадцати кубических метрах. Делала паузу, замирая в позе эмбриона на кровати — ненадолго, минут на пятнадцать, потом вставала и снова начинала все сначала.
У меня получилось, кажется, с пятого раза. Просто добиться ответа. Элли девушка непростая, но такого с ней еще не случалось, поэтому я был упорен.
Элли выбирала, что именно из своих вещей она возьмет с собой на мрачную планету Покров. Мне довелось там бывать. Если совсем честно, довелось бывать в местном космопорте два часа по дороге в одну сторону и два часа по дороге обратно. Все дело в облаках. На этой планете они сбиваются в стаи. Иногда, примерно раз в пятилетку, солнце пробивается сквозь и горе той местности, на которую падают эти рассерженные лучи. Они сжигают все. В остальное время на планете Покров под облачным покровом холодно. До абсолютного нуля далеко, то есть кислород был жидким и даже не думал твердеть. Мне рассказывали, что есть фанаты, которые проводят годы в ожидании солнечных дней на Покрове, чтобы увидеть, как две жидкости — азот и кислород, которыми богат Покров, в одно мгновение превращаются в газ. Из космоса это выглядит очень красиво.
И даже не странно, что космопорт Покрова расположен не на планете, что это космическая станция на достаточно высокой орбите.
Кроме редких взрывов и частого холода, на Покрове есть еще одна достопримечательность. Самый большой в освоенной Галактике женский приют. Есть много объяснений, почему именно здесь, но главная проста — сюда может приехать только отчаявшийся.
Элли собралась туда. Элли не могла простить себе — она считала, что это из-за нее убили дракона.
Камеры отличаются от глаз многим, но одно отличие — главное. Камеры не моргают. Элли пришлось сделать то, что уже делал я: просмотреть запись кадр за кадром и увидеть. Пришлось постараться, чтобы заставить ее это сделать, но мне очень не хотелось навещать ее на Покрове.
* * *
Не помню, чтобы я просыпался просто так. Бывает, хочется есть, пить, что-нибудь еще, столь же естественное. На этот раз я проснулся от злости на себя. Большую часть своей сознательной жизни я пользовался головным мозгом. Все время этой экспедиции мозг спал, лишь иногда выполняя различные вторичные функции — удивлялся, оторопевал, пугался, но ни разу не сделал того, ради чего и помещен в черепную коробку. Ни разу не сделал своего хозяина сильнее.
Яхта возвращалась к планете Мертвого Бога, Элли все не могла отойти от мониторов. Надеялась снова увидеть дракона. Надеюсь, этого не произойдет, иначе наши попутчики снова захотят пальнуть в него из своей хлопушки и будут страшно разочарованы. Трудно представить себе, что они в таком случае выкинут: потребуют вести «Фею» на таран? Мне бы не хотелось пытаться оказывать этим ребятам сопротивление. Я видел, как они бегают по обшивке.
Очень не хотелось подвести Императора. Это не то что рискованно, это мало добавляет к самоуважению. Но ведь рано или поздно дракон появится снова. Для местных — это ситуация классического вызова, и скорее всего, винить во всем они будут не свое несовершенное оружие и не мощь дракона.
У меня была одна идея. И она могла сработать. Ее неосуществимость связана с тем, что любая Империя ведет себя довольно предсказуемо. А мне требовалось, чтобы Император решился на то, чего не было никогда. Я думаю, услышав мое предложение, он сразу выберет один из вариантов, предложенных военными. То есть желательно, чтобы он узнал о моей идее, когда мы уже выберемся за пределы системы Джунго. Чтобы не задело.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
