Найсмит быстро представил себе траекторию перемещения двух людей и их положение, рисуя картину как для элементарной задачи по тригонометрии. Выдержав до последнего момента, он выпрямился и швырнул призмы в человека справа.
Комната снова заполнилась грохотом такой силы, что задрожали стены и появилась боль в его барабанных перепонках. Стеклянный бак разлетелся на сотни кусочков, но серебристый цилиндр квазивещества остался без изменений. Сидя за баком, Найсмит слушал продолжающиеся выстрелы: третий, четвертый…
С другой стороны комнаты раздался слабый шум и глухой звук от падения какого-то предмета. Это было слева.
Найсмит рискнул выглянуть: человек слева стоял на коленях, плотно прижав руки к животу и держа голову прямо. Его пистолет лежал на полу. Человек закачался и начал валиться вперед.
Мгновенно собравшись, Найсмит изо всех сил запустил через стол тяжелый теодолит и немедленно ринулся за ним, перепрыгивая стол. Второй полицейский, сбитый с ног, лежал на полу, пряча голову от летящего снаряда. Он успел выпалить в Найсмита только один раз, снова наполнив комнату грохотом. В следующее мгновенье Найсмит уже был на нем сверху. Короткий удар одной рукой, и полицейский под ним вытянулся и обмяк с неестественно вывернутой шеей.
Почти без промедления Найсмит снова вскочил на ноги и выбежал в дверь мимо стоящих с белыми лицами Кемперера и Орвила, затем по лестнице вниз на солнечный свет. Тут он обнаружил, что из пореза на щеке, полученного, наверное, тогда, когда в него попал один из осколков бака, течет кровь.
Поняв вдруг, что двигается слишком быстро, он заставил себя перейти на нормальный шаг и через лужайку направился на станцию трубопоезда. У стоящего на лужайке серо-голубого вертолета собралась группа студентов; кабина была пуста, лопасти были неподвижны. Поддавшись импульсу, Найсмит пошел в этом направлении. Он шел, и в его позвоночнике покалывало от беспокойства. Все произошло слишком быстро: у него не было времени подумать. Он действовал инстинктивно. Была угроза его жизни, и он встретил ее подручными средствами, заставив одного из атакующих застрелить другого за счет отклонения от кинетически инертного квазивещества. Если бы у него было время подумать, то он предположил бы, что эти двое нанятые Чураном и Лолл гангстеры. Но…
Он уже был у вертолета, игнорируя повернувшихся и разглядывающих его студентов. Внутри кабины что-то неразборчиво бормотал голос по радио. Найсмит открыл дверцу, поднялся по лесенке и засунул голову внутрь, чтобы послушать.
На крошечном видеоэкране говорил облаченный в форму патрульный: «…задержанию и допросу. Этот человек задерживается за убийство доктора Клода Р.Веллса, психиатра Калифорнийского университета в Лос-Анжелесе. Веллс был избит до смерти, и его офис полностью разрушен час назад. Найсмит считается чрезвычайно опасным. Неизвестно, вооружен ли он, но приближаться к нему следует осторожно. Передаем снова его описание: среднего возраста, шесть футов два дюйма…»
Последние слова едва улавливались. Найсмит отвернулся. В его голове звучал смертный приговор. Увидев его лицо, студенты испуганно попятились. Он прошел сквозь них и дальше, двигаясь как сомнамбула.
Он не мог даже опровергнуть услышанное. С первыми словами из рации в вертолете ему мгновенно стало ясно, что он совершенно не помнит, что делал в офисе Веллса после того, как из детства всплыла та страшная, так и не увиденная вещь. После этого была темнота.
«Борись против нас», — сказала тогда Лолл. И он боролся. Результат оказался катастрофическим. Он убил Веллса и двух детективов. Теперь он был «готов». Ему не осталось иного пути, кроме как к Лолл и Чурану.
Далеко позади него послышался голос, который что-то кричал.
— Эй… — едва слышно донеслось через лужайку. — Эй, остановите его! Остановите его! Эй…
Найсмит оглянулся и увидел две кукольные фигурки, появившиеся из научного корпуса. Одна была с белыми волосами. Он мгновенно узнал в ней Орвила. Обе бежали, размахивая руками.
Студенты вокруг Найсмита в нерешительности повернули головы от двух фигурок к нему. Как и большинство людей, они реагировали медленно. Найсмит повернулся к ним спиной и, стараясь не двигаться слишком быстро, пошел прочь.
В последний момент какой-то рослый старшекурсник преградил ему путь. Только тот раскрыл рот, чтобы что-то сказать, как Найсмит заехал ему прямым в челюсть и побежал. Последний взгляд, брошенный им на старшекурсника, запечатлел картину, как тот, стоя на одной ноге и раскрыв от удивления рот, размахивал в воздухе руками, пытаясь сохранить равновесие.
Найсмит припустил изо всех сил. Он успел сделать четыре шага, когда сзади раздался звук, которого он боялся — это был хор воплей из молодых глоток — звук толпы в погоне.
В то время, как он на полной скорости мчался ко входу на станцию трубопоезда, с неба уже спускался второй полицейский вертолет.
6
С ревом толпы в ушах Найсмит, пригнувшись, влетел в вестибюль станции и, перепрыгивая через три ступеньки, бросился вниз. У него был один шанс из тысячи. Если только прямо сейчас будет отходить поезд…
Станция была пуста.
Он увидел это в первое же мгновение. Во второе краем глаза он заметил открытую дверь. Найсмит моментально развернулся. Это была дверь в служебное помещение; распахнув ее, он увидел, что там был тупик: единственным выходом служили забранные жалюзи вентиляционные отверстия с цифрами, написанными белой краской.
Внутри комнаты в неярком ореоле мерцающего света стояли мисс Лолл и Чуран. Мисс Лолл протянула руку.
— Входите.
Найсмит быстро вскочил в дверь, одновременно отмечая в сознании, что со стенами комнаты творилось что-то ненормальное. Они были искривленными и какими-то нематериальными, при этом переливались, как мыльный пузырь. Еще они были полупрозрачными. За ними можно было различить реальные стены комнаты, с висящей на крючках одеждой и поставленной в углу шваброй.
В следующий момент он оказался внутри. Лолл протиснулась боком мимо него и закрыла дверь. Чуран оставался сидеть. Все трое посмотрели друг на друга. Они были окружены и сбиты в одну кучу овальной оболочкой из прозрачного струящегося света. Свет внутри оставлял впечатление необычности — словно находишься внутри яйца, сделанного из мечущихся теней.
Снаружи мгновением позже раздался топот и неистовый вой голосов толпы, вливающейся вниз по лестницам на платформу.
Найсмит глубоко вздохнул и выдохнул, сознательно расслабившись. Он опустил руки по швам.
— Все идет по плану? — спросил он иронично.
— Именно по плану, мистер Найсмит, — проворчал Чуран.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
