— Твои слова не утешили меня, Уинни. Я думала, когда я приеду в Лондон… — Лорен замолчала, даже подруге не стоит знать, сколько надежд возлагала она на эту поездку.
— Ты в Лондоне всего несколько дней, не надо сетовать, милая. — Уинифред ласково погладила подругу по белокурой головке. — На будущей неделе бал у лорда Самнера, там будет множество гостей, и половина джентльменов потеряет из-за тебя голову!
— Хотелось бы на это надеяться, — несмело улыбнулась Лорен. — Пусть это будет не половина, а хотя бы один, но он обратит внимание на мои достоинства, а не на величину моего приданого. Если бы еще твоя мать не говорила всем и каждому, что я бесприданница!
Уинифред смутилась, она находила упрек справедливым, но для миссис Гамильтон солгать своим знакомым означало лишиться уважения подруг.
— Я поговорю с матушкой, но она ведь только отвечает на расспросы. Даже если она преувеличит размер твоих средств, правда все равно раскроется и вы обе попадете в неловкое положение!
— Ты права, но я не могу не сокрушаться из-за этого! — Не стоит забывать, что Лорен еще не исполнилось восемнадцати лет и она воспринимала все слишком близко к сердцу.
Уинифред задумчиво подергала свой рыжеватый локон.
— Ты знаешь, мне начинает казаться, мистер Монк относится ко мне так же, как Саймон Коллпер и другие приятели моего детства.
— А как же цветы, комплименты и нежные взгляды? — Лорен с удивлением посмотрела на подругу.
— Что-то я давно не замечала нежных взглядов. — Уинифред озабоченно нахмурилась. — Сперва он, конечно, был галантным и обходительным, но чем дальше, тем больше он ведет себя как старый друг, вполне довольный своим положением. Может быть, он полюбил какую-нибудь девушку?
Лорен удержалась от упоминания того, что вскоре выяснит все о намерениях мистера Монка, ведь она дала слово миссис Гамильтон, но постаралась утешить подругу. Возможно, ее словам не хватало убедительности, Уинифред ушла спать неуспокоенной.
Если мистер Монк нашел себе другой объект для ухаживаний, Лорен могла это понять. Гамильтоны — первое семейство, принявшее его в Лондоне, и Монк был им благодарен и очарован добросердечием и веселым нравом Уинифред, но за прошедшие месяцы он освоился в обществе, завел новых знакомых и уже мог вылететь из гнезда, его приютившего. Как ни жаль подозревать этого милого молодого человека в неблагодарности и забывчивости, в его поведении нет ничего необычного. И чем скорее Лорен убедится в этом, тем меньше будет страдать Уинифред.
Погода наладилась, в одно ясное утро мистер Монк заехал за обеими леди, чтобы отвезти их на прогулку. Миссис Гамильтон, как и обещала, придумала для дочери поручение. Уинифред должна была навестить крестную своей матери, недавно переболевшую воспалением легких. Старушка до сих пор проводила все время в постели, и миссис Гамильтон часто посылала ей различные укрепляющие средства. Вот и сегодня она приготовила небольшую корзинку с бутылкой лучшего бренди мистера Гамильтона и пирогом с телятиной.
Уинифред извинилась перед друзьями за необходимость покинуть их на некоторое время, а Лорен и мистер Монк охотно согласились подождать мисс Гамильтон в кондитерской неподалеку от дома старой леди.
Лорен сняла пальто и присела за овальный столик, Монк устроился напротив нее, и можно было начать откровенную беседу. Мисс Эванс понимала, что у нее не более получаса, чтобы получить от джентльмена необходимые сведения, но она так и не придумала, как деликатно подойти к интересующей ее теме.
Мистер Монк сам помог ей, осведомившись, как ей понравился бал у мистера Бакстера. Сам Монк не смог прийти, так как был приглашен в другое место, что дало миссис Гамильтон еще один повод тревожиться.
— Бал показался мне скучноватым, — призналась Лорен.
— Что ж, я не удивлен. Полагаю, именно таков и должен быть бал у Бакстеров, — ответил джентльмен.
— Разве на балу не должно быть весело? — изумилась леди.
— Мистер Бакстер — почтенный и богобоязненный человек, но он очень мало смыслит в развлечениях. Его интересует только политика, и ему гораздо больше понравилось бы, если б его гости чинно сидели в креслах и обсуждали кандидатов на должность премьер-министра.
— Зачем же тогда он устраивает балы? — В душе Лорен была согласна с мнением Монка, хотя и знала мистера Бакстера совсем недолго.
— У него две племянницы, которым нужно найти женихов, и мистер Бакстер подбирает кандидатов в зятья по своему вкусу. Это должны быть серьезные молодые люди, твердо стоящие на ногах и начисто лишенные воображения, — насмешливо сказал Монк.
— Бедняжки! Их навряд ли устроят такие кавалеры, девушкам нравятся совсем, совсем другие джентльмены, — посочувствовала Лорен.
— И какие же джентльмены нравятся вам, мисс Эванс? — тут же спросил заинтригованный мистер Монк.
— Я не скажу вам, — рассмеялась девушка, — Такие вещи обсуждаются только с близкими друзьями.
— Тогда мне придется спросить мисс Гамильтон, — решительно заявил ее собеседник, любуясь ямочками на щеках Лорен. — Она и ваш друг, и мой, а значит, должна поделиться вашим секретом.
Лорен прикусила губу. Означает ли эта фраза, что мистер Монк и вправду видит в Уинифред только доброго друга и не собирается как-то менять свое отношение? Или он просто не решается сказать больше?
— Уинифред очень дорожит дружбой с вами, мистер Монк, — осторожно начала Лорен. — Но она не станет выдавать мои тайны.
— Вы думаете, я не смогу ее уговорить? — Кажется, мистер Монк был весьма уверен в своем влиянии на Уинифред. — Разве я не заслуживаю откровенности мисс Гамильтон?
— Мы с ней дружим уже много, много лет, а вас она знает всего лишь два месяца. Возможно, когда ваша дружба станет немного старше, Уинифред позволит себе говорить более свободно.
На это мистер Монк должен был ответить что-нибудь обнадеживающее, но он лишь беззаботно улыбнулся.
— Я не хотел бы ждать так долго, мисс Эванс. Если вы не скажете мне сами, придется спросить вашу покровительницу, мисс Беринджер, общество каких джентльменов вы предпочитаете — легкомысленных шутников или романтиков с мрачным огнем в глазах?
— Ни тех ни других, — поторопилась ответить Лорен.
Она по-настоящему испугалась, что мистер Монк выполнит свою угрозу, хотя и понимала, что он шутит. Но самое главное — он заговорил о ней самой, а вовсе не об Уинифред. Кажется, миссис Гамильтон не ошиблась насчет его непостоянства. Стоит ли продолжать беседу в таком тоне? Кажется, мистер Монк считал, что стоит.
