Попытался он найти и Игната Ромашина, думать о котором без скрипа зубов не получалось.
Однако и Ромашин-младший оказался вне поля доступа. По короткой справке Стратега ФСБ – Ульриху удалось вытянуть из инка признание (он смог представиться как старший Ромашин – Кузьма, дед Игната, так как хорошо помнил его после попытки ликвидации) – Игнат Ромашин отдыхал где-то в космосе, да ещё не один, а с подругой Лилией Эллин. И найти его не представлялось возможным.
«Найду! – пригрозил Ульрих, вспоминая бой с противником, оказавшимся более искусным, чем он. – И фрау твою отымею! У тебя на глазах!»
В субботу утром третьего сентября он созвонился с Евой Рутберг и попросил её прибыть в Чайна-таун на Меркурии.
– Зачем? – предстала пред ним в одном нижнем белье инспектор американского ГУИН.
Он облизнул губы, окидывая фантом передачи жадным взглядом.
– Кто-то должен отвлечь руководство базы, чтобы я смог увести фрегат.
– Вы уже подготовили операцию по захвату хроноинвертора?
– Нет.
– В таком случае просьба отклоняется. Обе операции необходимо проводить почти одновременно: захват фрегата и тут же атака на хронолабораторию. Другой случай может не представиться, после угона фрегата СБ перейдёт в режим повышенной боевой готовности. Какую лабораторию вы избрали?
– Подходят две – русская и китайская.
– Я бы посоветовала китайскую.
– Обойдусь без ваших советов! – пренебрежительно бросил Ульрих.
– Хорошо, решаете вы. Скиньте свой план по консорт-линии, когда будете готовы. И ещё одна просьба: в русской Службе безопасности есть Управление внутренних расследований, а в этом Управлении существует спецгруппа «Соло».
– Я в курсе, сталкивался кое с кем из этой группы.
– Командир группы полковник Бондарь догадывается о моей миссии, его надо нейтрализовать.
– С большой радостью, – хмыкнул Ульрих. – Но для выполнения этого задания мне потребуются помощники.
– В вашем распоряжении будет команда витсов.
– Витсов мало, нужны живые люди. Могу предложить…
– Мы помним ваши прежние контакты, ваши люди не надёжны. Будете работать с витсами.
– На них тоже не всегда можно положиться, – скривил губы Ульрих.
– К витсам мы присоединим нанитов, диффузные кластерные системы справятся с любым заданием. Всего доброго.
– Подождите, – остановил Ульрих собеседницу, готовую выключить канал связи. – Мне до зарезу необходим… э-э, контакт с женщиной. Меня такие контакты стимулируют. Давайте встретимся.
– Не сегодня, – отрезала Ева Рутберг.
– В таком случае мне, к сожалению, придётся пользоваться… м-м, местным материалом, – ухмыльнулся Ульрих.
– Вы уже пользовались. Прекратите все контакты! Это увеличивает риск обнаружения.
– У меня такая натура, ждать не могу, от этого я бешусь.
Инспектор ГУИН на мгновение задумалась.
– Хорошо, я проанализирую вашу заявку, ждите.
Изображение Евы (ух и хороша, сучка!) растаяло.
Ульрих нервно потёр руки, рассмеялся.
– Понравилось в прошлый раз, фрау Рутберг? Я вас не разочаровал? Великолепно!
После этого он плотно позавтракал в кафе «У Есенина» и принялся изучать базу на Меркурии.
База Погранслужбы «Шимоза-2» представляла собой стандартный порт-купол, в который был превращён один из кратеров сумеречной зоны Меркурия. Диаметр купола достигал восьмисот пятидесяти метров, глубина – двухсот метров. На стартовом поле порта могли одновременно размещаться два фрегата класса «Призрак-5» и три десятка разнокалиберных катеров, от двухместных пинасов до модулей типа «голем».
В настоящее время в порту находился лишь один фрегат «Мао», проходивший предполётную подготовку. Через несколько дней он должен был выйти в «недлинный» космос для рейдирования пограничной зоны Солнечной системы за орбитой Нептуна. Принадлежал фрегат Китаю, но по мандату ВКС все государства обязаны были предоставлять свои корабли для обеспечения безопасности границ Федерации.
Проникнуть внутрь базы можно было двумя способами: через отсек метро и с помощью одного из катеров, постоянно покидавших порт и возвращавшихся обратно. Около десятка таких катеров постоянно использовались в дежурном режиме, привлекаемые к облёту Меркурия с его исследовательскими станциями и энергетическими узлами, принадлежащими в основном частным компаниям.
Оба варианта вполне годились для достижения цели. Главным было проникнуть на базу, после чего добраться до фрегата не представляло особой сложности. Тем более что опыт проведения такой операции Ульрих изучил: перед схваткой с Игнатом Ромашиным на борт фрегата «Бигль», который готовился к походу к Великой Пустоте и находился на стапелях Балт-верфи, прошли диверсанты, запустившие кластеры нанитов. Инк фрегата выбыл из строя в результате нанитной атаки, и поход не состоялся.
Примерно то же самое предстояло сделать и Ульриху, только не разрушать контур управления кораблём, а подчинить его своей воле.
Метро он забраковал. Существовал шанс упустить из виду какую-нибудь мелочь, проходя все ступени контроля, и охрана базы могла отреагировать на проникновение, подняв тревогу. А это означало бы провал миссии.
Поэтому он избрал второй вариант – использовать возвращавшийся из рейда пограничный катер. Для этого надо было знать расписание рейсов, количество дежурных смен, личности дежурных пилотов на борту катеров, время патрулирования и возвращения, а также районы патрулирования, чтобы наметить вектор первого звена операции.
Этим Ульрих и занялся в первую очередь, взломав сервер Погранслужбы сектора возлесолнечных планет – Меркурия и Венеры.
Затем, после разработки схемы атаки базы, он принялся изучать найденные сведения о лабораториях Института нестандартных физических проблем, занимавшихся экспериментами со временем.
Вообще таких лабораторий оказалось более полусотни, большинство из которых принадлежали военным ведомствам и частным компаниям. Но лишь три из них, по данным Ульриха, подобрались близко к решению проблемы – хроноинверсии, то есть к реальному путешествию во времени в прошлое и будущее.
Конечно, за всеми экспериментами в этой области пристально следил СЭКОН, останавливающий любые физические опыты, способные навредить коллективу, городу, стране или цивилизации в целом. История помнила случаи, когда были заморожены уже готовые к пуску объекты, такие как второй тайф – «суперструнный» генератор мгновенной транспортировки материи (первый взорвался, причинив неисчислимые бедствия населению острова Куин в Тихом океане) и новый адронный коллайдер на орбите Венеры. Но опыты в хронолабораториях потихоньку продолжались, и учёные уже потирали руки в предвкушении запуска «машин времени», несмотря на существующие запреты.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
