Как оказалось, именно на такого туриста и наткнулся патрульный неф, ведомый Джеймсом Эллинсоном в сотне миль от базы «Шимоза-2».
– Фак ю! – пробормотал пилот, рассчитывавший через десять минут посетить бар на базе и выпить холодного кванза.
– Ваше решение? – прошелестел в наушниках голос киба.
– Садимся, – со вздохом ответил пилот.
– Сообщение на базу?
– Сначала осмотрим местность, потом свяжемся.
Неф скользнул к нагромождению скал, окружавших дыру в поверхности планеты, из которой поднимался реденький столбик дыма. Это была меркурианская фумарола – специфическое жерло вулкана, уходящее на большую глубину в недра планеты. Таких фумарол было открыто более тысячи, и садиться рядом с ними не разрешалось, так как они могли спонтанно возбуждаться и выбрасывать нагретые до высоких температур газы.
Но любители острых ощущений всё равно находились, и в данный момент какой-то турист пренебрёг инструкцией, попал под выброс – чем ещё можно объяснить происшествие? – и разбился. Теперь надо было его вытаскивать, лечить и в любом случае транспортировать на базу, чего Джеймсу Эллинсону делать не хотелось.
Странно, что ГС не заметил крушения, подумал он, имея в виду глобальную спутниковую систему навигации – Гелио-ГЛОНАСС, давно подвешенную над Меркурием и практически над всеми планетами Солнечной системы. Но мысль мелькнула и исчезла. Предстоящая спасательная операция заслонила собой всё остальное.
Неф завис над лежащим на краю скалы, у обрыва в колодец фумаролы, двухместным пинассом «Вольво». Разбитым он не выглядел, но с ним явно было что-то не то. Он в любой момент мог свалиться в двадцатиметровое жерло газовулкана.
Эллинсон врубил передатчик, попробовал вызвать пилота на всех доступных диапазонах.
Никто не ответил.
Тогда он подвесил свой катер в метре от скал, выбрался наружу в дежурном «кокосе», приблизился к пинассу. Спасать неизвестного разгильдяя, влетевшего в столб газа, не хотелось никак, хотелось вызвать спасателей и побыстрей убраться отсюда. Но Эллинсон справился с эмоциями.
Подошёл к лежащему на скале аппарату, постучал по корпусу кулаком.
– Эй, есть кто живой?
Никто не отозвался, однако блистер аппарата вдруг беззвучно откинулся, и над сиденьем выросла фигура пассажира в сверкающем костюме, таком же, какой был на пилоте патрульного катера.
– Чёрт! – выругался Эллинсон с облегчением. – С вами всё в порядке?
Пассажир пинасса снова промолчал, но Эллинсон вдруг потерял к происходящему всякий интерес. Сознание растворилось в нахлынувшем безразличии.
«Садись на своё место!» – раздался в голове – не в наушниках рации – холодный голос.
Пассажир вылез из пинасса, взялся за локоть пилота.
Тот забрался в кабину своего катера. Пассажир сел рядом.
«На базу!»
Джеймс Эллинсон послушно скомандовал кибу следовать на базу.
– Всё в порядке? – поинтересовался киб, выполняя приказ.
«Ответь – всё в норме!»
– Всё в норме, – подтвердил Эллинсон, не вникая в смысл сказанного.
Неф поднялся в угольно-чёрное небо Меркурия, расцвеченное оранжевой дымкой реденькой атмосферы, помчался над кратерами и скоплениями оплывших скал прочь от жгучего света близкого Солнца, диск которого с поверхности планеты виделся вчетверо большим, чем с поверхности Земли.
Через несколько минут вдали показался бликующий зеркальный купол базы. Неф нырнул к нему с высоты километра.
«Процедура стандартная, – снова заговорил в голове сомлевшего пилота чужой голос. – После пересечения тамбур-зоны подлетишь к фрегату «Мао», откроешь кабину».
Эллинсон ответил инку базы, запросившему борт «17», объяснил причину задержки вынужденной остановкой в пути для помощи повреждённому туристическому катеру, и его пропустили в окно тамбур-зоны, имевшей специальную аппаратуру контроля.
– Кто у вас на борту, Джеймс? – спросил дежурный оператор.
«Турист из Финляндии Аарво Стукканен», – сообщил голос.
Эллинсон повторил.
– С ним всё в порядке? Медпомощь не требуется?
«Нет!»
– Нет.
– Сдавай смену. Я направлю бригаду ремонта к туристу, дай координаты. Желаю приятно отдохнуть.
Неф продавил силовой пузырь тамбур-зоны, вышел под купол порта, накрывающего весь кратер.
Эллинсон подвёл катер к стометровому эллипсоиду фрегата «Мао».
«Спи!» – приказал голос.
Пилот послушно уронил голову и потерял сознание.
* * *
– Прошу провести небольшую ознакомительную экскурсию, – сказал Ютан Крымоглу надменно-приказным тоном, – в порядке исключения. Наш гость – инспектор первого класса ГУИН США Ева Рутберг.
Малорослый молодой китаец в серо-синем унике развёл руками, изобразил вежливо-извинительную улыбку.
– К созаленю, доступа на борт фрегата огранична.
– Я исполняю обязанности начальника базы!
– И всё зе у меня приказа – никаких посторонних литца на борту корабля Великого Кормчего. Изивините. – Китаец снова развёл руками.
Это был живой человек, бригадир пусконаладочных работ, и с ним, наверно, можно было бы договориться, но Ева Рутберг почему-то не стала этого делать.
– Мы всё понимаем, мистер, – обворожительно улыбнулась она. – Нельзя так нельзя. Расскажите хотя бы, на что способен этот красавец.
К стоящим подлетел каплевидный неф с номером «17» на борту. Из него выбрался мужчина в отблёскивающем металлом «кокосе», прошагал мимо группы гостей и хозяев базы, встал на лепесток втягивающего лифта.
Никто из мужчин не отреагировал на это, словно прилетевший на патрульном катере пилот принадлежал экипажу корабля. Только Ева Рутберг окинула его оценивающим взглядом.
– Жан! – проговорила она.
Секретарь инспектора встал на лепесток лифта рядом с пилотом.
Сфинктер лифта сократился и втянул обоих в люк фрегата.
И снова мужчины не отреагировали на происходящее, словно это их не касалось.
– Мы вас не задерживаем, – сказала Ева бригадиру.
Китаец вежливо поклонился и зашагал к погрузчикам, маневрирующим у борта фрегата.
– Идёмте, мистер Крымоглу, – сказала Ева. – Посмотрим на ваши казематы. Надеюсь, там нас не остановят?
– Пусть попробуют! – надул щёки полковник. – База – моя епархия, здесь я отдаю приказы. Китайцы вообще очень подозрительны, а после случая с «Биглем» никого на борт пограничных спейс-машин велено не пускать. Я мог бы надавить, воспользоваться полномочиями, но лучше с этими парнями не связываться.
– Я вас отлично понимаю, мистер Крымоглу.
Пара вернулась в кабинет начальника базы.
В это время пилот нефа и секретарь инспектора невидимками пересекли тамбур и транспортный отсек: люди их не видели, а контрольная система посчитала за своих, так как никто гостей на входе не остановил. Гости сели в пузырь пронзающего лифта корабля и поднялись в рубку фрегата, где в этот момент находились всего двое членов экипажа: командир корабля Лю Чен и драйвер-секунда Ю Чон Ганн. Они тестировали всю многосложную систему управления фрегатом, базой которой был инк класса Умник, почти равный по интеллекту им обоим.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
