На некоторое время правительственным войскам удалось очистить коломенскую дорогу, важнейшую транспортную магистраль, по которой в Москву доставлялось продовольствие. «Тово ж году на Коломне же были воеводы: Иван Михайлов сын Меншой Пушкин да Семен [Матвеевич] Глебов», которые прислали в Москву сообщение о приближении со стороны Владимира неприятельских войск. На помощь коломничам был отправлен с ратными людьми князь Дмитрий Михайлович Пожарский. Он обнаружил противника в 30 верстах от Коломны, в вотчине Чудова монастыря – селе Высоком (соврем, г. Егорьевск). В то время оно было небольшим, насчитывая всего полтора десятка домов, поэтому главные силы тушинцев расположились в походном лагере вдоль реки Гуслицы. По сообщению летописца, «князь Димитрий же Михайлович [Пожарский] с ратными людьми пойде с Коломны против тех литовских людей и прийде на них в ту Высоцкую волость на утренней заре и их побил наголову и языки многие поймал и многую у них казну отобрал. Достальные же литовские люди побегоша в Володимер»[145].
О произошедшем под селом Высоким сражении сохранились местные предания, согласно которым ратники Пожарского на утренней заре необнаруженными подошли к неприятельскому лагерю с трех сторон – запада, севера и востока. Сигналом к атаке стал выстрел из пушки, услышав который воины царя Василия обрушились на спящих в своих шатрах тушинцев. Их гнали к Гуслице, за которой находилось топкое болото. Спастись удалось лишь тем врагам, которые прорвались вдоль реки на запад. Победа в бою под селом Высоким – первая из одержанных князем Пожарским. Произошла она в конце января – начале февраля 1609 года[146].
На другом конце страны, в Смоленске воевода Михаил Борисович Шеин также стал готовиться дать отпор врагу. Им была сформирована трехтысячная рать, выступившая на соединение с армией Скопина. Смоленские полки повели в поход князь Яков Петрович Барятинский и Семен Григорьевич Ододуров.
Первые победы князя М. В. Скопина-Шуйского
Неудачи, пришедшие на смену прежним победам, не могли не обескуражить тушинских командиров. Необходимые ответные действия откладывались, так как главную опасность для Тушинского лагеря представляло русско-шведское войско, которое копило силы в Новгороде – его готовился вести к Москве князь Михаил Васильевич Скопин-Шуйский. И хотя сам воевода продолжал оставаться в Новгороде, но его отряды уже начали серьезно теснить тушинцев, до того действовавших в Новгородской земле.
Выбитый ими из Старой Русы полковник Кернозицкий вынужден был отступать к тверским местам. Но у села Каменка под Торопцом он решил, что пришло время взять реванш. Посчитав свою позицию подходящей, полковник обрушился на шедший по его следам передовой отряд русско-шведской армии. Им, как уже было сказано выше, командовали полковник Эверт Горн и русские воеводы – Федор Чулков и Корнила Чоглоков. Основные силы союзного войска еще находились в Новгороде. Зная об этом, Кернозицкий рассчитывал разбить своего противника по частям. Битва произошла у села Каменка 25 апреля 1609 года.
Но замысел Кернозицкого провалился – авангард союзного войска, в состав которого входили шведский отряд Эверта Горна и русские полки, удержал, разбил и обратил в бегство казаков Кернозицкого. Противник оставил на поле боя все знамена, 5 медных и 4 железных орудия, множество других трофеев. Сами тушинцы объясняли поражение полной деморализацией воинства Кернозицкого – его казаки пошли в атаку пьяными[147].
Об одержанном успехе Горн и Чоглоков сообщили Скопину и Делагарди. Тогда же в Новгород пришла весть о еще одной русской победе. 8 мая 1609 года отправленный под Порхов отряд Лазаря Осинина и Тимофея Шарова разбил противника и взял город[148]. Узнав о поражениях тушинских отрядов (под Порховом только в плен было взято 180 человек), воевода и генерал приняли решение выступить в поход с главными силами. 10 мая рать Скопина-Шуйского после торжественного молебна в Софийском соборе вышла из Новгорода и направилась к Москве, пройдя по восточному берегу озера Ильмень в направлении на Валдай и Вышний Волочек. Корпус Делагарди, состоящий в основном из нанятых на шведскую службу французов, датчан, голландцев, англичан и шотландцев, стал выдвигаться по другому маршруту. Его полки обогнули Ильмень вдоль западного берега, прошли мимо Старой Русы и направились через Осташков на Торжок. Этот город должен был стать местом сбора русских и шведских войск.
Одержав чрезвычайно важную первую победу, Горн и русские воеводы разделились. Федор Чулков остался в Торопце, Корнила Чоглоков пошел на Торжок и занял его. Шведский полковник «на Хохловище» атаковал еще один войсковой тушинский отряд, соединившийся с остатками сил Кернозицкого[149]. К тому времени они успели разорить город Старицу. Войсковым отрядом командовал полковник Александр Зборовский, спешно направленный против начавших наступление русско-шведских войск гетманом Романом Рожинским. Помимо собственного полка, в подчинении у Зборовского находились казаки Кернозицкого, а также русские тушинцы, воеводой у которых был князь Григорий Петрович Шаховской. До боя «на Хохловище» тушинский отряд насчитывал не менее 4 тыс. человек[150]. Потерпев поражение, Зборовский пошел на Торжок, уже занятый небольшим отрядом Корнилы Чоглокова. Но к Торжку в момент атаки на него тушинцев успел прибыть еще один русский отряд Семена Головина и полк Эверта Горна. На подходе были и главные силы Скопина и Делагарди.
Сражение под Торжком произошло 17 июня 1609 года. Зборовский, по-видимому, не знал о прибытии в город новых русских и шведских войск. Он рассчитывал легко справиться с небольшим отрядом Чоглокова.
Зборовский, у которого оставалось около 3 тыс. человек, атаковал Торжок, но не сумел взять город с ходу и вынужден был прекратить штурм, чтобы подготовить новый приступ. Хотя тушинцам и удалось зажечь Торжок, но защитники города продолжали держаться. Чоглоков знал о приближении своих войск и надеялся приближаться до подхода подмоги. Они ждали помощи от Скопина-Шуйского, и та пришла вовремя: русско-шведский отряд под командой Семена Головина и Эверта Горна численностью около 2 тысяч воинов подошел к городу.
Противники выстроились друг против друга в привычных боевых порядках. В центре русско-шведской позиции была расположена шведская пехота, выстроившаяся в несколько шеренг. В центре каждой размещались пикинеры, вооруженные длинными до 5 метров пиками, на флангах – аркебузиры (стрелки). В войске полковника Зборовского преобладала конница – польские гусары и казаки. Когда вражеская кавалерия пошла вперед, главный удар приняла на себя хорошо обученная военному искусству шведская пехота. В ожесточенной схватке две гусарские роты понесли тяжелые потери и вышли из боя, но третья все же сумела проломить фронт, там где находились шведские пикинеры. Прорвавшиеся гусары обрушились на шведскую и русскую конницу, опрокинули и погнали ее. Только у самого города тушинцы были остановлены. После этого отступившие ратники «исправися» и отбили противника, вынужденного отступить под сосредоточенным огнем оправившихся аркебузиров. В сражении большие потери понесли стоявшие на центральной позиции воины. У тушинцев – польские гусары, у Эверта Горна – пикинеры и, возможно, часть аркебузиров. Всего шведы, по утверждению польского ротмистра Николая Мархоцкого, потеряли до 600 солдат.
От взятых в бою пленных полковник Зборовский узнал, что перед ним только передовая рать, а к городу подходит большое войско. Не желая рисковать, он увел свой отряд в Тверь и послал в Тушино за подмогой. Тем временем, рати Скопина-Шуйского и Делагарди соединились в Торжке в середине июня. Туда же подошли высланные Михаилом Шеиным 3 тыс. человек смоленского ополчения. Командовали им, как уже было сказано выше, князь Яков Петрович Барятинский и Семен Ододуров. К смолянам по пути присоединились дорогобужане, вязмичи и беляне. Ими руководил князь Андрей Иванович Хованский. Из Погорелого Городища к Скопину пришли ратники с Василием Ивановичем Бутурлиным и Григорием Сулемшой Пушкиным[151].
Войско Скопина настолько увеличилось, что он смог разделить его на привычные для ратных людей титульные полки. Большой полк возглавил сам Михаил Васильевич и Делагарди, Передовой полк – Семен Васильевич Головин и шведский ротмистр, Сторожевой – Яков Петрович Барятинский и еще один ротмистр Делагарди.
В начале июля объединенное войско, заметно пополнившее ряды, выступило на Тверь. В этот период оно насчитывало 6600 человек[152]. Перед началом похода князь Михаил Васильевич Скопин-Шуйский обратился к воинам с традиционным напутственным словом, убеждая «ратных своих идти подо Тверь на полския и литовския люди вскоре, безо всякого мешкания, чтобы литовским людям про то вести не учинилося»[153].
Несмотря на намерение использовать фактор неожиданности, Зборовский и Кернозицкий, узнали о приближении русско-шведского войска и заранее вывели свои полки из Твери. Они имели под началом 5 тыс. человек (в том числе 1000 человек подкрепления, которых прислали из Тушина)[154]. Неприятель занял удобную позицию на волжском берегу намереваясь помешать переправе Скопина. Но воевода, не доходя 10 верст до города, переправил свое войско через реку в другом месте и подошел к Твери с той стороны, откуда противник его не ждал.
