Марсель прошел мимо нее, как будто и не заметил, к хижине. Кристалис остановилась перед женщиной, которая смотрела на нее с радушным выражением, сдобренным изрядной долей беззлобного любопытства.
– Благодарю вас, – нерешительно произнесла Кристалис. Она могла бы сказать очень многое, но вопрос, неотступно сверливший ее мозг, требовал ответа. – Я хотела спросить вас… ну… о Марселе.
– Да?
– Он ведь на самом деле не зомби, да?
– Ну разумеется, зомби, дитя мое, ну разумеется. Идем, идем. – Гаитянка поманила ее в дом. – Я должна приказать моим людям прекратить поиски.
Кристалис отпрянула.
– Поиски?
– Мы искали тебя, дитя мое, тебя. – Женщина покачала головой и поцокала языком. – Зачем же ты сбежала? Мы все просто с ног сбились. Боялись, что колонна зобопов снова тебя поймала.
– Зобопов? Каких еще зобопов?
Это слово показалось ей чем-то вроде прозвища любителя джаза. При этой мысли она с трудом удержалась от того, чтобы не залиться истерическим смехом.
– Зобопы – это… – Женщина неопределенно взмахнула руками, как будто пыталась описать простыми словами что-то неимоверно сложное. – Это помощники бокора, злого колдуна, которые продались бокору ради сытой жизни. Они во всем подчиняются его приказам и часто похищают жертв, выбранных бокором.
– По… понятно. А вы, если не секрет, кто такая?
Женщина добродушно засмеялась.
– Нет, дитя мое, это вовсе не секрет. С твоей стороны это весьма похвальная осторожность. Я – Мамбо Джулия, жрица и premiиre reine[12] местного отделения Бизанго. – Заметив непонимающее выражение на лице Кристалис, она громко расхохоталась. – Вы, белые, такие забавные! Воображаете, будто знаете все на свете. Прилетели на Гаити на своем огромном самолете, покрутились здесь один день и уже раздаете чудодейственные советы, которые одним махом избавят нас от всех наших бед. И ведь никто из вас ни разу даже из Порт-о Пренса не выехал! Саркастически фыркнув, Мамбо Джулия продолжила: Вам ничегошеньки не известно о Гаити, о настоящем Гаити. Порт-о Пренс – гигантское узилище, в котором скрываются кровопийцы, высасывающие все соки из тела Гаити. Но сельская местность… о, сельская местность подлинное сердце Гаити. Дитя мое, я расскажу тебе все, что нужно, чтобы приблизиться к пониманию. Все, и даже больше, чем тебе хочется знать. Идем в мою хижину. Отдохни. Утоли жажду. Поешь. И слушай.
Кристалис задумалась над предложением женщины. В эту минуту ее куда больше заботили собственные невзгоды, чем беды Гаити, но приглашение казалось искренним. Ей хотелось дать отдых сбитым ногам и выпить чего-нибудь холодненького. Мысль о еде тоже показалась заманчивой.
– Хорошо, – сказала она и пошла следом за Мамбо Джулией к хижине. Не успели они дойти до двери, как мужчина средних лет, худой, как и большинство гаитян, с роскошной, хотя и преждевременно поседевшей шевелюрой, вышел откуда-то им навстречу.
– Батист! – воскликнула Мамбо Джулия. – Ты покормил зомби? – Мужчина кивнул и вежливо склонил голову в сторону Кристалис. – Молодец. Расскажи остальным, что мадам Бригитта нашла дорогу домой.
Батист снова поклонился, и женщины вошли в хижину.
Здесь оказалось чисто и уютно. Хозяйка усадила гостью за грубо сколоченный стол, спустя мгновение на чистой дощатой столешнице красовались кувшин с водой и блюдо с яркими тропическими фруктами. Большинство из них не были известны Кристалис, но, как выяснилось, отличались отменным вкусом.
За стенами хижины начал выбивать замысловатую дробь барабан. А Мамбо Джулия начала свой рассказ.
В полночь один из слуг Ти Малиса принес сообщение от Эзили. Она успешно справилась с заданием, которое ей поручили. Новый слуга лежал в наркотическом забытьи в номере гостиницы «Ройял Гаитиан», ожидая его первого поцелуя.
Взволнованный, как дитя в рождественское утро, Ти Малис решил, что не станет дожидаться слуг, за которыми он послал Торо. Ему хотелось свежей крови, причем немедленно.
Он перебрался со своего былого фаворита на другую служанку, немногим больше его самого, которая уже ждала в специальном ящике, предназначенном как раз для таких случаев, когда ему приходилось появляться в общественных местах. Размером ящик был с большой чемодан, тесный и неудобный внутри, зато в нем он мог передвигаться без помех.
Это потребовало определенной осторожности, но Ти Малис был благополучно доставлен на третий этаж отеля «Ройял Гаитиан», где в одном из номеров его ждала Эзили, обнаженная, с разметавшимися волосами. Служанка выбралась из ящика, чтобы он мог перебраться с ее груди в более удобное положение – на спину.
Эзили провела его в спальню, где мирно посапывал его новый слуга.
– Он пожелал меня с первого же взгляда, – сообщила женщина. – Несложно было сделать так, чтобы он привел меня сюда, и еще легче – подлить снадобье в его питье после того, как он овладел мной. – Она надула губки, пощипывая выпуклый темный сосок левой груди. – Не очень-то долго это тянулось.
– Попозже, – пообещал Ти Малис устами своей служанки, – ты будешь вознаграждена.
Эзили радостно улыбнулась, а Ти Малис приказал поднести его поближе к кровати. Служанка склонилась над спящим, и Ти Малис быстро перебрался на него. Он притулился на груди мужчины, уткнулся в его шею. Тот пошевелился, простонал что-то во сне. Ти Малис нащупал нужное местечко, впился в кожу острым единственным зубом и ввел в отверстие язык.
Новый слуга застонал, его рука потянулась к шее. Но Ти Малис уже прочно обосновался, его слюна смешалась с кровью слуги, и тот утих, как капризный ребенок, которому приснился страшный сон. Он крепко заснул, а Ти Малис продолжал подчинять его себе.
Превосходный слуга, крепкий и сильный. У него оказалась восхитительно вкусная кровь.
IV
– …Испокон веков существовали два Гаити, – рассказывала Мамбо Джулия. – Город, Порт-о Пренс, где властвует правительство и его закон. И сельская местность, где владычествует бизанго.
– Вы уже произносили это слово. – Кристалис вытерла с подбородка липкий сок какого-то переспелого тропического плода. – Что оно означает?
– Как твой скелет, который я отчетливо вижу, связывает воедино твое тело, так и бизанго превращает сельских жителей в единое целое. Это организация, общество со своими обязанностями и порядком. Не каждый принадлежит к нему, но каждый имеет в нем свое место, и все подчиняются его решениям. Бизанго улаживает разногласия, которые без него разобщили бы нас. Иногда это просто. Иногда, например, когда кого-то приговаривают к обращению в зомби, это сложно.
– Бизанго приговорили Марселя к обращению в зомби?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
