делать на ней акцента, но она все равно произвела сильное впечатление на мисс Ховард и ее подруг.
– Боже мой, неужели это может быть правдой? Это сделал какой-нибудь сумасшедший или опасный бандит, – мисс Грей участливо обняла Хелен Ховард, которая опять начала всхлипывать и уже совсем потеряла присутствие духа.
Миссис Бланш тоже выглядела расстроенной. Она теребила носовой платок в руке, и что-то явно не давало ей покоя.
– Это будет трудное расследование, детектив, – наконец высказалась она, – вряд ли у такой молодой девушки могли быть враги. Все это наводит на мысль о грабителях, но сам способ убийства, он, как бы сказать, не совсем обычный, не часто используется при разбое. А другие признаки насилия? Что-то еще вы обнаружили?
– Нет, в том-то и дело, что нет ни следов борьбы, ни других ран. На ограбление это не похоже, на девушке не было никаких драгоценностей, кроме цепочки с увесистым золотым кулоном на шее и кольца на пальце, по-видимому, подаренного по случаю обручения. У нее ведь был жених? – детектив обратился с вопросом ко всем сразу, поскольку тетя убитой девушки почти не слушала его, продолжала всхлипывать и даже не смотрела в сторону говорившего.
– Да, – поспешила ответить мисс Грей, – его зовут Поль Залески. Они обручились несколько месяцев назад, но пожениться так и не успели.
– Мисс Ховард, вы случайно не знаете, могла ли ваша племянница встретиться со своим женихом вчера вечером?
– Да, она собиралась куда-то, – с трудом подбирая слова, подала голос убитая горем женщина. – Мы должны были поужинать вместе, а она вдруг сказала, что не может остаться, так как у нее встреча. Я, конечно, не была рада, что мне придется провести вечер в одиночестве. Но потом я спросила ее, куда она собирается, и заметила, что не плохо бы ей было увидеться с Полем, потому как они давно не встречались. Тогда Энни ответила, что я права, и им действительно надо поговорить.
– А во сколько она ушла из дома?
– Около семи, мне кажется – она еще заходила к Норе, чтобы пригласить ее и миссис Бланш ко мне на ужин.
– Ага, значит, из дома она ушла около семи… – задумчиво повторил детектив. – А где они могли встретиться со своим женихом? Он живет далеко от вашего дома?
– Нет, совсем не далеко, на Флит-стрит, десять, – пояснила мисс Грей.
– Получается, до его дома она могла дойти минут за десять? – уточнил инспектор Маккензи.
– О да, конечно, все расстояния здесь небольшие.
– А могли они встретиться у озера? Я полагаю, от вашего дома до мостков идти не дольше пятнадцати минут? – продолжал спрашивать детектив.
– Совершенно верно, инспектор. Если они с Полем действительно встречались вчера, то, скорее всего, у озера – это было их обычное место для свиданий. А вы еще не говорили с ним? Он знает, что произошло? – всхлипнула мисс Ховард.
– Если честно, то до этого момента я не знал о том, что у Энни был жених и кто он, поэтому теперь, зная его фамилию и адрес, я смогу с ним побеседовать.
Нора Грей как-то заговорщически посмотрела на миссис Бланш, и та утвердительно кивнула ей в ответ.
– Я думаю, вы сами все скоро узнаете, инспектор, потому нам нет смысла молчать, – бодро начала Нора Грей. – Сегодня утром, когда мы узнали от мисс Ховард, что ее племянница не ночевала дома, мы пытались связаться с ее женихом, но оказалось, что и он не был дома со вчерашнего вечера. Его мать не на шутку взволнована! Конечно, возможно, он уже вернулся, мы звонили к ним домой около часа назад.
– Складывается нехорошая ситуация, – детектив резко выпрямился. – Получается, что Энни и Поль встретились, потом ее нашли убитой, а он исчез.
– Вы не должны думать ничего такого, детектив! – неожиданно вскричала мисс Ховард. – Поль никогда не сделал бы больно Энни! Он боготворил ее, жить без нее не мог – так сильно влюбился!
– Я не привык делать безосновательных выводов. В самом деле, возможно, молодой человек уже давно дома, и мы зря строим предположения, – успокоил мисс Ховард Дин Маккензи.
– Я согласна с вами, инспектор, – вставила мисс Грей, – с Полем нужно поговорить как можно скорее. Мисс Ховард сейчас очень слаба, и общение с посторонними сейчас очевидно дается ей с большим трудом. Если вы не возражаете, мы с миссис Бланш уложили бы ее в постель.
– Не стоит, Нора, – запротестовала Хелен Ховард. – Вы слишком оберегаете меня. Как бы ни было мне сейчас тяжело, я должна думать об Энни. Если я могу что-то сделать, чтобы помочь расследованию, то я готова и сделаю все, что в моих силах.
– Хорошо, мэм, я постараюсь надолго вас не задерживать. Скажите, а с кем еще, кроме своего жениха, она могла встречаться?
– Я не знаю, – честно призналась мисс Ховард, – последнее время мы мало разговаривали о ее личной жизни, Энни не любила откровенничать.
– Может быть, ей кто-нибудь звонил? Вы не припомните?
– Нет, не помню… не помню, чтобы она с кем-нибудь говорила в тот день, – рассеянно пробормотала женщина.
– Хелен, вы рассказали нам, что молодой джентльмен звонил Энни как раз перед нашим приходом, – деликатно напомнила миссис Бланш.
– Ну конечно! Я совсем забыла об этом, – мисс Ховард даже всплеснула руками.
– А вот это уже интересно, – инспектор Маккензи даже подался вперед. – Вы знаете имя молодого человека, звонившего вчера вашей племяннице?
– Да, теперь я вспомнила, звонил Джефри Лоуренс. Он представился и попросил Энни, а когда я позвала ее, она не захотела с ним разговаривать. Ее это так развеселило тогда.
Детектив сморщил лоб, пытаясь вспомнить, где он мог слышать эту фамилию, но так и не смог.
– Это кто-то из местных?
– Не совсем. Лоуренсы – владельцы поместья Риджес-Холл недалеко от Литл-Медоу. Они живут практически рядом, но местными их явно не назовешь, – с намеком вставила мисс Грей.
– Извините за вопрос, мисс Ховард, но что общего могло быть между этим молодым человеком и вашей племянницей? Ведь она была помолвлена с другим.
– Честно сказать, не знаю, сэр. Три месяца назад Энни взяли в Риджес-Холл горничной – Джефри Лоуренс заболел гриппом, и им потребовалась еще прислуга. Я была против этого, Энни только что устроилась в паб и могла там неплохо заработать. Тем более последние семь лет ей пришлось быть сиделкой у одной пожилой дамы, которая страдала тяжелым недугом, а потом скончалась. Мне казалось, что моя племянница уже никогда не будет ухаживать за больными. Но она захотела работать именно в Риджес-Холле, и нам с Полем пришлось
