что-то нам даст. Так, значит, вы говорите, что она вернула Полю кольцо? Это странно, но пока оставим это. Еще один вопрос, мэм: вы сказали, что у Энни мог появиться другой жених, а вы не знаете, кто это мог быть?
– Я не люблю сплетничать, но думаю, что это мог быть молодой Лоуренс. Энни работала у них горничной. После ее переезда в поместье она стала реже к нам заходить, и Поль стал сам на себя не похож. Все молчал, я и так и сяк к нему, а он – ни слова. Тут-то я и догадалась, что дело плохо. Но точно я ничего не знаю. Джефри Лоуренс в наши края не наведывается, и утверждать, что у него были отношения с Энни, я не могу. Но что-то там произошло, пока она у них работала, это точно.
– То, что вы сообщили, мэм, чрезвычайно важно. Пока нет никаких данных, указывающих на то, что ваш сын тоже пострадал. Конечно, учитывая их вчерашнюю ссору, мы должны обязательно допросить его. Поэтому, если вдруг Поль свяжется с вами, передайте ему, что он должен сам прийти к нам и рассказать, что все-таки случилось между ними на самом деле. Скрываясь, он только усугубляет свое положение.
Женщина уронила голову на руки и зарыдала:
– Поль, мальчик мой! Нет, нет, он этого не делал, он не мог, нет…
– Не изводите себя раньше времени, – успокоил ее Маккензи. – У меня к вам последний вопрос, мэм: по вашим словам, до встречи с Энни ваш сын был близок с другой девушкой, Лаурой. Где я могу ее найти?
– Она работает в мясной лавке своего отца на Грин-Бенк-роуд, одиннадцать – это напротив гостиницы «Лисья нора».
Поблагодарив миссис Залески за помощь, Дин Маккензи вышел из дома, оставив безутешную женщину наедине со своими страхами и сомнениями.
Свернув на Грин-Бенк-роуд, сыщик лицом к лицу столкнулся с миссис Бланш.
Глава 9
1
Когда инспектор, уходя, сказал, что нанесет визит Полю Залески, миссис Бланш решила, что ей тоже нужно что-то предпринять. Она помогла Норе уложить мисс Ховард в постель, приготовила хозяйке дома чай и вышла на улицу. Погода была чудесная. Со всеми недавними событиями Присцила чуть не забыла, зачем приехала сюда: отдыхать, дышать свежим воздухом, просто радоваться жизни. Но миссис Бланш одолевали невеселые мысли. Вот уж никак она не думала, что ее приезд в Литл-Медоу омрачится такой трагедией. Она мало успела узнать девушку, но то, что Энни сейчас мертва, задушена жестоким убийцей, не давало ей покоя. Кто мог совершить такое? Литл-Медоу – маленькая деревушка. Здесь каждый на виду. Даже сейчас, когда она неспешно прогуливается по деревне, чьи-то глаза наверняка следят за ней. И в вечер убийства любой мог оказаться случайным свидетелем. Это может быть даже опасно: если убийца догадается о том, что есть очевидец, знающий то, что ему не положено, то этого человека запросто могут убрать.
Но что могло толкнуть жителя Литл-Медоу на преступление? Любовь, ревность, деньги? Или все сразу? Энни была действительно мила: гибкое тело, роскошные волосы и такое красивое лицо. Наверняка она привлекала многих местных мужчин, и это могло вызывать неприятные чувства у женской половины населения. Убийцей мог быть как отвергнутый любовник, так и обманутая ревнивая жена. Глядя на милые светлые домики, миссис Бланш с трудом верила в то, что где-то рядом живет отъявленный злодей.
Больше всего на свете женщине хотелось знать, о чем сейчас беседует детектив Маккензи с матерью Поля. Интересно, вернулся ли сын миссис Залески домой? Или его местонахождение так и оставалось неизвестным? Присцила шла, вся погруженная в свои мысли, как вдруг услышала прямо над ухом:
– Миссис Бланш! Неужели это вы?
Инспектор Маккензи собственной персоной стоял около нее и улыбался.
– О, простите, детектив, я задумалась и совсем перестала смотреть по сторонам! – женщина смутилась, но искренне обрадовалась этой случайной встрече. – Вы уже были в доме жениха Энни?
– Вы слишком любопытны, миссис Бланш. Но я удовлетворю ваше желание всегда и все знать: да, я был у миссис Залески, но Поля там нет и не было со вчерашнего дня.
– Надеюсь, с ним ничего не случилось, – забеспокоилась миссис Бланш.
– Странно, но его мать тоже так подумала, – вставил инспектор, – она решила, что его убили, как и Энни, просто труп пока не нашли.
– Но это же логичное предположение, инспектор. Если у молодых людей было свидание, то злоумышленник мог напасть на них обоих, оттого-то мать Поля и переживает. Рано или поздно парень объявится и развеет ее страхи, – заключила миссис Бланш.
– Значит, вы считаете, что он просто где-то скрывается? – предположил Маккензи.
– Скрываются обычно преступники, а Поль пока ни в чем не обвиняется, верно? Я думаю, что он по каким-то причинам не хочет возвращаться домой, но где он сейчас – это, конечно, загадка, – развела руками Присцила Бланш.
– Могу еще кое-что вам рассказать: Поль и Энни вчера действительно встречались, и, более того, между ними разгорелась ссора! Энни разорвала помолвку и вернула молодому человеку кольцо. Как вам такой поворот? – не без ехидства спросил инспектор.
– Это, безусловно, меняет все дело. Поль сейчас во что бы то ни стало должен рассказать о том, что случилось, иначе у него могут возникнуть неприятности, – миссис Бланш нахмурилась и, подумав, добавила: – Вы подозреваете кого-то еще, детектив?
– Пока трудно сказать. Сейчас я иду в гостиницу «Лисья нора», чтобы найти сержанта Уилкса, своего помощника, возможно, он что-то раскопал. А вы? Просто гуляете? – поинтересовался инспектор.
– Да, знаете ли, Нора осталась с мисс Ховард, а я не могу сидеть дома одна. Вот решила выйти на свежий воздух, может быть, прогуляюсь к озеру, говорят, оно удивительно красивое. По какой дороге лучше пройти туда?
– Это довольно просто: вам нужно сейчас свернуть на Лейк-стрит и двигаться все время прямо. Но будьте осторожны – как-никак вчера там произошло убийство, – предостерег Маккензи и добавил: – Если вдруг вы сможете что-то выяснить по этому делу, то заходите ко мне в полицейский участок.
Миссис Бланш удивилась этому внезапному приглашению инспектора. Но ей польстила его уверенность в том, что она вполне может узнать что-нибудь важное.
Распрощавшись с детективом, Присцила пошла дальше и быстро нашла нужную улицу. Расположение домов было типичным для английской деревни, они стояли вдоль дороги, и калитки выходили прямо на тротуар. У каждого жителя Литл-Медоу был свой маленький садик, и сразу бросалось в глаза, что за цветниками и
