округе. Я вряд ли его отговорю. Прием у Андервиль проводится раз в пару месяцев, туда съезжаются семьи со всей округи.
— Дерьмо.
Мелани плюхнулась на стул для посетителей.
— В таком ментальном состоянии я, вероятно, смогу тебя сожрать, — донеслось из зеркала. — Не то, чтобы я имела что-то против такого исхода, но…
Фин щелкнул крышкой, закрывая зеркало. Оттуда донесся довольный смех.
— Оно у тебя на редкость стервозное.
— Все в меня, ты хотел сказать?
— Да.
Они помолчали. Мелани сосредоточенно дышала, утихомиривая слишком яркие эмоции, глушащие здравый смысл, Фин смотрел в окно, на еще зеленые деревья, припорошенные за ночь инеем.
— Я не смогу его отговорить, — повторил он задумчиво. — Его навязчивая идея за эти годы не изменилась, отец все еще грезит возрождением былой славы рода.
Мелани перекосило, и все ее труды по налаживанию ментального состояния вылетели в трубу.
— Как… типично для папаши.
— Все еще называешь его так?
— Только так, даже в мыслях.
Фин вяло улыбнулся.
— Я отправлю фантомы вместо нас и предупрежу сестер. Отца я вырублю.
Мелани удивленно приподняла бровь.
— Он тебя накажет. Если он все еще значится главой рода…
— Конечно, — расслабленно отозвался Фин. — Не впервой, сестренка.
Мелани смутилась и отвела взгляд. Запоздалое смущение за то, что она плохо думала о своих сиблингах, накрыло ее.
— Мне жаль, что мы не общались все это время по моей вине, — сказала она негромко. — Я думала, вы на его стороне.
Фин пожал плечами и отвернулся к окну.
— Ты права. Когда мы были детьми, я был на его стороне. И Эйрин, и Катриона. Мы все. Наивность, глупость, недостаток опыта. Да, я был против твоего раннего брака, но только потому, что считал, что тебя можно выдать замуж позднее и выгоднее. Я тоже рассматривал тебя и твой высокий уровень темной магии как политический и денежный актив.
Мелани тяжело вздохнула.
— И когда ты поменял свое мнение?
— Когда ты отреклась от рода и оборвала все связи. До меня тогда с запозданием дошло, что от хорошей семьи не убегают, бросив все, не взяв даже украшений и денег. Я-то рассказывал себе, что это и для твоего блага, просто ты слишком мала, чтобы это понять.
— Я не считала вас семьей, — просто сказала Мелани. — Мне слишком часто говорили, как я отличаюсь. И даром, и внешностью, и характером. «Пошла в свою невоспитанную мать, взятую из милости» — то, что повторял мне папаша уже после ее смерти, а следом и все гувернантки.
Фин посмотрел на нее внимательным и цепким взглядом.
— Ты справишься?
Мелани хотела бы беспечно ответить: «Конечно», но…
— Вряд ли, — сказала она и потерла горло.
Мелани намекающе посмотрела на зеркало. Фин поморщился, но открыл крышку.
— Тварь стала очень сильной, — радостно сообщило отражение. — Она меня засекла. Я особняк прикрыла, но надолго не хватит, надо будет встретиться на наших условиях.
Мелани кашлянула, раздраженно посмотрев в сторону зеркала.
— Она хотела еще сказать, — отражение мерзко хихикнуло. — Что организоторы этого чудного события — Нимерия. Скорее всего, их третья принцесса, которая теперь королева-невестка в Девин.
Фин выругался. Он тоже с лету понял, на что был расчет.
— Все найденные доказательства на приеме мы отправим Циарану и Джейкобу, — отражение с удовольствием прищурилось. — Если умрем, не успев, передай наши слова ты.
— Я понял, — мрачно ответил Фин, снова закрыв крышку зеркала. — Почему формулировка твоей клятвы не включает в себя отражение?
Мелани смутилась.
— В моем досье по магии отражений у меня ноль, — призналась она.
Фин ответил ей долгим, тяжелым взглядом.
— То есть тебя отправили на смерть.
Мелани сделала вид, что заметила соринки на штанах, и это заняло все ее внимание.
— Иди уже, — услышала она усталое.
Мелани быстро поднялась и направилась к двери, избегая смотреть на брата. Прикрывая дверь, она успела заметить, как тот уронил лицо в руки.
«Надо подготовиться», — подумала она, направляясь к себе. — «У меня два дня».
Прием у Дамы зеркал
Первый день Мелани готовилась активно. Разобрала амулеты, оставив только те, что могли помочь в схватке с Дамой зеркал, подготовила чернила для особенной вязи рун на тело, в пышное платье для приема сплела и вшила защитные нити. Ее сестры и брат носились по поместью, готовясь к возможной атаке, но ее суматоха обошла стороной.
На второй день она принялась готовиться пассивно. Она ела, спала, медитировала. Пару раз прошла комплекс упражнений для детей по разгону и контролю резерва, почитала сборник светлых легенд про Всеобщего отца.
На третий день Мелани сонно проморгалась на утро, поднялась, на автомате кивнула своему отражению и лениво принялась чистить зубы.
— Отвар был слишком успокоительный? — съязвило отражение.
Мелани сплюнула пасту.
— Я всегда так. Не притворяйся, что не знаешь, — невнятно ответила она, продолжая методично вычищать зубной налет.
— Вначале паникуешь, потом собираешься?
— Ага, — после паузы подтвердила Мелани. — Я читала исследования, что сдерживание негатива приводит к истощению и частичной блокировке течения энергии по каналам у колдунов.
— То, что знаешь ты, знаю и я, — отражение материализовало пилочку и стало равнять ногти. — Просто скучно как-то.
— Тебе всегда скучно.
— Потому что ты сдерживаешь свою тягу к приключениям!
— Если приключениями ты называешь кровопролитие, бесконтрольные убийства и жертвы, то да, однозначно сдерживаю и продолжу.
— Фу.
Отражение драматично покинуло раму, напоследок чем-то бахнув в зазеркалье. Мелани полюбовалось, как развеивается темно-сизый дым, и тщательно прополоскала рот.
Возможно, она умрет в схватке с Дамой зеркал. Как она могла умереть при инициации зеркального дара, или после побега из дома, или от попадания болта на прошлом деле, или во время первой успешной попытки выиграть значительную сумму в «Удаче фейри», которая и привела к знакомству с Циараном.
Как ни отрицай, а неспроста ее отражение стало именно таким. Опасным, кровожадным и откровенно стервозным, любящим играть на чужих нервах и смертельные угрозы.
«Прием у Андервиль можно считать приемом у Дамы зеркал», — лениво подумала она, вызывая фантом и рассматривая себя. — «Поместье уже давно под ее контролем. Прием — отличный повод собрать еще больше жатвы, учитывая, что приглашены только ведьмы и колдуны с древней кровью».
Магия, конечно, наследовалась. Направление дара, традиции, особенности резерва. Только вот истинных высот в колдовстве могли достичь только те, кто обладал особенным характером: любовью к магии как таковой, а не как к средству достижения целей, и самоотверженным стремлением постичь все таинства, предлагаемые силой и божественными покровителями.
Потому-то часто древние семьи с кучей побочных ветвей могли похвастаться разве что одним по-настоящему талантливым колдуном в одном поколении, и тот
