Есть еще Ася Борисова, секретарь… И Асю тоже не уволишь так просто, потому что… потому что…
– А ну-ка все по своим местам! – почти рявкнул Арсений, почему-то на себя разозлившись. – Мужики все делом заняты, с утра уже никого в офисе нет, а вы все щебечете! Чтоб через минуту в моей приемной никого не было! Ляля, с тебя отчет, ты вчера обещала доделать! И заявку на тендер – подготовила?
– Подготовила, Арсений Афанасьевич, – энергично кивнула Ляля и двинулась царственной походкой в сторону выхода. Не пошла, а поплыла… Одно слово – лебедушка…
– И чего это вы, Арсень Фанасьчь, с утра такой злой бываете? – меланхолично зевнув, промурлыкала бухгалтерша Ира Жарикова и уплыла вслед за маркетологом Лялей.
«Развели мне тут… лебединое озеро», – мысленно пробухтел Арсений и скрылся за дверью своего кабинета, на ходу поправляя галстук.
И чего это он, кстати, как дурак, приперся на работу в пиджаке и в галстуке? Можно подумать, у него на сегодня какая-то сверхважная встреча запланирована… Так нет ведь, ничего такого не запланировано. Просто джемпер…
Ну да, джемпер же он вчера облил апельсиновым соком во время праздничного застолья. Вернее, не сам облил, а с помощью Федора, ну да это не важно… А другой джемпер тоже уже целую неделю грязный лежит. А третий джемпер…
А третьего джемпера у него почему-то нет.
Нужно срочно купить третий джемпер. А заодно и четвертый, мстительно подумал Арсений. А еще лучше – купить штук пятнадцать джемперов и завести себе наконец домработницу, чтобы она сдавала джемпера в химчистку. А что? Легко! Все-таки он директор преуспевающей фирмы. Может себе позволить пятнадцать джемперов и домработницу. И даже тридцать джемперов и двух домработниц! И даже…
В этот момент замигал коммутатор, и мысли о собственном благосостоянии, измеряемом количеством джемперов и домработниц, пришлось с некоторой грустью оставить. Вот ведь до чего бабы довели, а? Раздражают они его в последнее время до крайности… Так недолго стать женоненавистником…
– Алло! – сердито произнес он в трубку.
– Арсений Афанасьевич, Жидков на первой линии, – пропел в трубку Асин голосок. – Соединить?
– Какого черта он мне звонит? – все так же недовольно пробурчал Арсений. – То есть я хочу сказать, какого черта он звонит мне не на сотовый?
– Я не знаю, – терпеливо ответила секретарша.
Арсению стало немножко стыдно. В самом деле, ей-то откуда знать, с чего это заместителю шефа вздумалось позвонить ему на городской номер?
– Соединяй, – примирительно сказал он и даже добавил коротко: – Ася…
За что тут же себя возненавидел. Потому что это короткое добавление было совершенно ни к чему.
– Слушаю.
– Это я тебя слушаю! – сразу же завелся на том конце Дмитрий Жидков, его первый и единственный заместитель. – Во-первых, какого черта ты мобильник отключил? А? Ну, чего молчишь?
– Я? Отключил мобильник? – удивился Арсений и поискал в кармане сотовый телефон.
– А кто же, мать твою, еще мог отключить твой мобильник?! Я, что ли? Или тетя Маша уборщица? – продолжал рычать в трубку единственный заместитель.
– Нашу уборщицу зовут тетя Даша, – механически возразил Арсений, тупо уставившись в экран своего телефона. Так и есть, телефон не работает. Наверное, батарейка по дороге разрядилась.
– Да хоть дядя Степа ее зовут! Мне это сейчас не важно!
– А что тебе сейчас важно? – поинтересовался Арсений у заместителя. Странный день какой-то, все друг на друга орут.
– Ты, значит, забыл, да? Забыл?
– Да о чем я забыл? – не выдержал Арсений и заорал в ответ: – И вообще, ты чего на меня орешь так, как будто это ты мой начальник?
– Начальник! Да таких начальников… – дальше шло нецензурное ругательство.
– А если я тебя уволю? – поинтересовался он у заместителя, терпеливо выслушав матерную тираду.
– Увольняй! – не сдавался зам. – Только я тебя вначале уволю!
– Не имеешь права! И за что это, интересно, ты собрался меня…
И в этот момент Арсений вдруг вспомнил: гостиница!
Гостиница на полторы тысячи квадратных метров, четыре этажа, тридцать шесть номеров, два ресторана, бар, бассейн, сауны. Под ключ, приветствуются решения из дерева… Неужели?!
– Мить, постой… Неужели… Неужели гостиница?
– Гостиница, мать твою! Вспомнил наконец-то! А кто вчера мне обещал пораньше быть на работе? И если что – стрелой мчаться в офис заказчика, а? Обсуждать проект договора? Подписывать бумаги кто обещал, а? А он мобильный телефон отключил, мальчика из меня делает!
– Неужели срослось? – продолжал удивляться Арсений.
Тендер на строительство мини-гостиницы в курортной зоне левобережья был объявлен еще две недели назад. Для «Вашего дома» этот заказ был очень важен. Но конкурентов, желающих выступать в роли подрядчиков, оказалось много, это выяснилось в первый же день. Арсений был уверен, что шансов почти нет.
И вот теперь оказывается, что его гениальный зам все же сумел разогнать всех конкурентов и убедить заказчика, что только «Ваш дом» в состоянии воплотить проект в жизнь в кратчайшие сроки, обеспечить максимальное качество да при этом еще выгодные цены…
– Мить, если не врешь, с меня бутылка коньяка! – радостно сообщил Арсений, забыв о том, что еще минуту назад заместитель вел себя с ним непозволительно и даже ругался матом.
– Бутылкой коньяка не отделаешься, – уже более спокойно отозвался Жидков. – Это мы потом обсудим. А сейчас давай срочно сюда… И не забудь… Не забудь, слышишь? Эскизы фасада и интерьера, поэтажные планы… Расчетную смету на проект… В общем, сам знаешь, что я тебе тут толкую!
– Знаю, знаю! Не забуду! Мить, ты у меня гениальный заместитель, правда!
– Да заткнись ты, Волк, – добродушно ответил Жидков. – Тошно мне тебя слушать. И телефон свой включи дурацкий!
– Включу обязательно! Вот сейчас дойду до машины, поставлю его на зарядку, и он сразу заработает… честное слово!
– Ладно, давай. Жду тебя. Надеюсь, за двадцать минут успеешь.
– Успею за пятнадцать! – уверил его Арсений и помчался заводить машину.
Настроение было замечательным. Ну и что, что заместитель обругал его матом? В конце концов, он имел на это некоторое право.
Хотя бы потому, что рос со своим будущим директором в одной песочнице.
В офис они вернулись через два часа, оба уставшие и оба довольные сверх всякой меры.
Однако до обеда было еще много времени, и расслабляться было нельзя. Жидков, захватив кое-какие бумаги, проглотил чашку обжигающего кофе, надкусил бутерброд и умчался по своим делам на стройку.
