нервировало присутствие дракона. Их всегда боялись и уважали, но близко мало кто с ними имел счастье общаться. Потому воришка и нервничал. Он прекрасно слышал разговор всех троих. И о смертях тоже услышал. Сейчас Картиша волновала только его собственная жизнь. А она, как юноша и предположил, оказалась под угрозой. Хотя откуда ждать угрозу, воришка не предполагал.
— Ты жить хочешь? — слишком спокойно, не обратив внимания на тираду воришки, поинтересовался Шайр. И тут только Картиш присмотрелся к магу и судорожно сглотнул.
— А говорили, ты умер, — выдавил из себя бывший заключенный. — Да и твой возраст… Ты смог вернуть молодость? Но как? Я же саа видел тебя повзрослевшим? Разве бывает обратный отсчет?
— Ага, ожил вот, теперь расследую преступления, — ехидно отозвался маг. Но потом махнул рукой и пояснил, причем не только Картишу, но и Жʼашу: — Умер мой брат-близнец. С него и начались эти страшные и необычные смерти.
— Мы здесь разговаривать будем? — заинтересовался дракон, поглядывая на вмиг притихшего воришку. Уж слишком напряженно он о чем-то размышлял.
— Есть предложения? — вопросом на вопрос ответил Шайр. Вот тут-то Картиш и отмер. Только голос у него стал убитым.
— Здесь трактир есть недалеко, в нем отдельные кабинки имеются, там можно и поговорить.
— Что ж, веди нас, — благосклонно позволил маг. Спорить никто не стал. Ведьма все время с интересом поглядывала на Жʼаша. Он ей мило улыбался, но не торопился ни затевать разговора, ни знакомиться. Такое положение дел оставило Затрину недовольной. Она за долгие годы жизни привыкла к мужскому вниманию, а тут со стороны дракона практически полное отсутствие интереса. Этот аспект неприятно поразил ведьму. Но и первой лезть она не стала.
Картиш ловко лавировал среди толпы. Вот что значит воровская привычка. Ведьме, магу и дракону оказалось сложнее. Их все время толкали, норовили наступить на ногу, оттеснить. Но все трое не желали упустить из виду Картиша.
Наконец, все смогли перевести дух. Толпа осталась позади. А перед четверкой предстало двухэтажное здание из красного кирпича. Над дверью болталась вывеска «Ларпартар». На ней изображалось некое животное с воткнутым в него ножом и вилкой. Запахи из приоткрытой двери заставили ведьму и мага сглотнуть. Воришка протянул руку и предложил:
— Прошу! Пока все на ярмарке, места еще должны быть.
Он же первым ворвался внутрь, с самого порога начиная выкрикивать приветствие редким посетителям. Сразу становилось понятно: он тут частый гость.
— Мамаша Клорит! Мамаша Клорит! Где тебя аргахраки носят? — закричал Картиш на весь трактир. Из-под стойки показалась приятная упитанная женщина.
— Чего орешь, вот глотка луженая? Что за спешка? Твой стол свободен, сейчас Маруша принесет твой обед, — ворчливо отозвалась женщина и тут только заметила посетителей.
— Мамаша Клорит, нам надо отдельный кабинет. Пока народу нет. Принесешь туда обед на четверых? Но каждый платит сам за себя, — тут же предупредил Картиш. Ни спорить, ни возражать, естественно, никто не стал.
Немногочисленные посетители с интересом осмотрели гостей. Особое внимание уделили девушки. Двое парней даже языком цокнули, выражая свой восторг. Но Затрина приняла это, как должное, не обратив внимания. Хотя парни наверняка ждали от нее хотя бы улыбки. Не дождались.
— Идемте, — без всяких вопросов кивнула женщина, сворачивая под лестницу. Четверка посетителей последовала за ней. Затрина с интересом разглядывала все вокруг. Интерьез трактира определенно располагал к себе. Уютно, светло и достаточно удобно. Столы накрыты белоснежными скатертями. На стульях мягкие подушечки. Выские резные спинки позволяли откинуться на них и расслабиться после еды. Девушка снова сглотнула набежавшую слюну, уж больно аппетитно здесь пахло.
Мамаша Клорит завела гостей под лестницу, где располагались четыре отгороженные друг от друга кабинки. При желании можно было задвинуть дверь для полного икогнито. Что Шайр и сделал, как только они оказались внутри. Обернувшись к Картишу, он заметил, как сник сразу воришка.
— Рассказывай, что ты знаешь? Я же вижу, тебя явно что-то гложет. Я хочу знать, что именно, — потребовал маг. Ни дракон, ни ведьма не вмешивались. Они только обратились в слух.
— Я не знаю, что рассказывать, — начал было Картиш, но тут же, вздохнув, произнес: — Там все вообще непонятно получилось. Еще и эти провалы в памяти…
— О провалах мне и Хэйт говорил, — подала голос Затрина. — Именно этот факт меня и насторожил. Расскажи подробнее, старайся вспомнить малейшую деталь, даже, казалось бы, самую незначительную, — предложила девушка.
— И самое главное, собственное восприятие и ощущения, — включился в разговор дракон.
— Сейчас попробую, — откинувшись на спинку стула и прикрыв на мгновение глаза, отозвался Картиш. Пару минут он молчал, потом начал излагать: — Хэйт после очередной рубки леса пришел… м-м-м… словно сам не свой. Его глаза блестели, он будто сам не понимал, что происходит. Вечером, как обычно, все сели играть. Хэйт тоже полез. Его старшОй пытался образумить. Ведь парень все время проигрывал. Но тот стоял на своем. И когда за первым выигрышем последовал второй, потом третий… парни насторожились. Они косились на Хэйта, все еще не понимающего, как ему удалось поймать Фортуну за хвост. Ему стали задавать вопросы, но Хэйт был вполне искренним. Он и радовался, как ребенок. Шутка ли, никогда не выиграть, а тут такой фарт весь вечер.
— А его поведение, помимо радости, не изменилось? — задал вопрос Шайр. — Может быть уверенность или… я не знаю… осознание случившегося?
— Нет, на его лице только удивление было, больше ничего. Он посчитал, что именно в тот вечер звезды к нему благоволили, — мотнул головой юноша.
Картиш замолчал, так как открылась дверь, в нее вошла девушка-падавальщица и стала расставлять тарелки с едой. В этот момент молчали все. Каждый обдумывал слова воришки. Казалось бы, в них ничего и нет особенного, но Шайр зацепился за несколько слов парня и сейчас пытался прокрутить их в голове. Только вот мысль постоянно ускользала. Не желала сформировываться в одно целое.
Девушка, сообразив, что все ждут только ее, слишком поспешно закончила расстановку терелок и столовых приборов. Кивнув и поклонившись, исчезла за дверью, плотно прикрыв ее за собой.
— А кроме радости Хэйт что-нибудь еще испытывал? Может какую-то тревогу? Сомнения? — задал вопрос Жʼаш, немного изменив формулировку Шайра. — Ведь не может же человек начать выигрывать и при этом только радоваться.
— Вы правы, господин дракон, — тут же откликнулся Картиш. — Уже на следующий вечер, когда Хэйт снова сел играть и ни разу не проиграл, он вместо радости испытал страх. Парни стали спрашивать, не заключил ли сделку с тьмой наш поцелованный Фортуной, но Хэйт слишком встревожился. Он не маг, оттого слишком боится… боялся сделок. Да
